Не так давно жители Уфы обсуждали феномен Инстасамки и её творчество, которое мы считаем не просто дурным вкусом, а настоящей отравой для молодёжи. Многие тогда возражали: «Да это просто хайп, однодневка, завтра о ней забудут!» Искренне хотели бы с этим согласиться. Однако жизнь дала чёткий и неожиданный ответ на вопрос, зачем об этом говорить.
Ответ прилетел из храма. Из храма искусства — оперного театра. В Башкирском государственном театре оперы и балета поставили «Севильского цирюльника» Россини. И в какой-то момент под аккомпанемент симфонического оркестра солистка запела… «За деньги — да». На итальянском. Это не фейк. Режиссёр таким образом «осовременил» классику, вписав в неё «актуальные приметы дня». И главная примета, оказывается, — песня, где героиня хвастается, что муж-толстосум покупает ей всё.
Но суть даже не в этом диком камео. Важнее то, что произошло за кулисами. Как сообщают, в театре этот «креатив» спровоцировал бунт. Часть ведущих солисток, певиц старой школы, отказались выходить на сцену, сочтя постановку плевком в лицо и Россини, и оперной традиции. Их можно понять. Это чудовищная подмена: с одной стороны — служители высокого искусства, с другой — «эффективный менеджер» от режиссуры, для которого главное — хайп.
И вот, пока в одном месте пытаются скрестить великую оперу с пошлым хип-хопом, в другом происходит нечто, возвращающее веру. Недавно в московском Доме Пашкова вручали Премию Рунета. На сцену вышла молодая, нераскрученная певица Катарина. Без эпатажа и скандалов. Она просто спела песню «Помним». И случилось чудо: весь зал, полный солидных людей, встал и слушал, затаив дыхание. Говорят, многие не скрывали слёз.
Почувствуйте контраст. В одном зале — смех над сомнительной «актуальностью». В другом — тишина и слёзы от песни, сжимающей сердце. Вот оно, настоящее, некупленное признание.
И это не случайный успех. Песня — часть альбома «Песни для героев», выпущенного при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Это сознательная работа по поиску талантов, говорящих о памяти, чести и вечном, а не о деньгах и пошлости.
Таким образом, перед нами два пути. Первый — громкий, наглый, примитивный, который лезет из каждого утюга и уже штурмует оперные подмостки. Он учит, что всё продаётся. Второй — тихий, честный, искренний. Музыка, которую слушают стоя. Она заставляет не «трясти плёсами», а думать и чувствовать.
Горько, что о первом знают все, а о втором — единицы. Но сам факт, что такая музыка есть и её поддерживают на высшем уровне, даёт надежду. Надежду на то, что у следующего поколения всё-таки будет выбор.