Его считали непрезентабельным неудачником, вечно ходившим с пятном
кофе на галстуке. Именно эта репутация стала идеальной маскировкой для
самого разрушительного «крота» в истории ЦРУ. История Олдрича Эймса —
это сказ о том, как снобизм, человеческая слабость и слепая страсть
привели к одному из самых громких провалов американской разведки.
Самый ценный советский агент в истории американской разведки скончался в рождественские дни в одиночной камере тюрьмы Терре-Хота. Легендарный Олдрич Эймс, которого называют самым высокооплачиваемым шпионом в мире, получивший от КГБ около пяти миллионов долларов, ушел из жизни в 84 года. Его смерть была внезапной: он поднялся с койки, схватился за сердце и умер.
На протяжении многих лет этот вечно помятый, неуклюжий и склонный к выпивке сотрудник ЦРУ считался коллегами безобидным неудачником. Пятна кофе на его служебных отчетах лишь укрепляли эту репутацию, создавая идеальную маскировку. В атмосфере снобизма, царившей в штаб-квартире в Лэнгли, никто не допускал мысли, что вечно похмельный Олдрич способен на сложную двойную игру.
Пока сослуживцы подшучивали над его неопрятным видом, Эймс методично продавал советской разведке американскую агентурную сеть в СССР целиком. Он выдал всех граждан Советского Союза, которые сотрудничали с ЦРУ. Последствия были катастрофическими: десять человек были приговорены к смертной казни и расстреляны, многие другие оказались в тюрьмах, а десятки источников были превращены Москвой в каналы дезинформации, которую получали президенты Рейган и Буш.
Иронично, что к шпионажу Эймса подтолкнула его собственная жена, Мария Росарио. Он сам завербовал ее в Колумбии, нарушив правила ЦРУ, вступив с агентом в личные отношения. После неудачного первого брака эта кудрявая колумбийка с ярким темпераментом стала для него смыслом жизни. Однако содержание ее дорогостоящих привычек — бесконечного шопинга, телефонных счетов на тысячи долларов и особняка, купленного за наличные, — требовало огромных средств. Чтобы оплачивать эту жизнь, Эймс стал шпионить с невероятной интенсивностью.
Когда контрразведка наконец обратила внимание на его внезапное богатство и красный автомобиль «Ягуар», он спокойно объяснил все наследством семьи жены. ЦРУ годами принимало его слова на веру, даже не утруждая себя проверкой пустых банковских счетов его колумбийской тещи. Эймс дважды успешно прошел проверки на детекторе лжи, следуя простой рекомендации психологов КГБ:
«Просто расслабься и подружись с оператором».
На ключевой вопрос о вербовке КГБ он отвечал «нет» с абсолютно спокойным пульсом.
Через Эймса КГБ годами транслировал дезинформацию, которая ложилась на стол американским президентам и влияла на планирование военных бюджетов. Позже следователи найдут в его бумагах символический листок с изображением десяти пуль — по одной за каждого расстрелянного по его наводке агента.
Его разоблачила собственная небрежность. Он выбрасывал в мусор рваные отчеты о полученных от КГБ суммах, которые агенты ФБР скрупулезно восстановили.
Последовала сделка со следствием, полное признание, раскрытие всей сети связей и пожизненный срок. В тюрьме он мог позволить себе омлет и бургер каждый день, но долгие годы горько сожалел об отсутствии виски или хотя бы пива, регулярно подавая прошения «дать выпить». Со временем эта зависимость угасла.
До самого конца Олдрич Эймс оставался аналитиком. В своих письмах из тюрьмы Терре-Хота он размышлял о мировой политике. Его главный прогноз был мрачен: он предрекал Соединенным Штатам не торговую, а полномасштабную войну с Китаем, которая, по его мнению, закончится поражением Америки.