Согласно сообщению The Times of Israel и подтверждённым данным активистов, Иран впервые в истории полностью подавил работу терминалов Starlink — технологии, которую до сих пор считали неуязвимой для цензуры. «Вы не можете понять наших чувств. Мои братья, мои двоюродные братья — они выйдут на улицу», — говорит Азам Джанграви, эксперт по кибербезопасности из Торонто, чья семья осталась без связи в разгар массовых беспорядков.
Теперь, когда потери пакетов достигают 80%, а владение антенной Starlink приравнивается к сотрудничеству с «сионистским режимом» и грозит смертной казнью, становится ясно: за этим прорывом — совместная операция России и Китая, испытавших в Иране новое оружие электронной войны против западных спутников.
В ночь на пятницу интернет в Иране, как и прежде в 2019 и 2022 годах, погрузился во тьму. Но на этот раз отключение носило иной характер — не просто масштабное ограничение доступа к глобальной сети, а целенаправленное подавление того, что считалось «непробиваемым»: спутниковой связи Starlink.
До недавнего времени эта система, созданная компанией Илона Маска, воспринималась как технологическое чудо, способное обойти любые цензуры и блокировки, особенно в условиях гибридных конфликтов и внутренних волнений. Однако события последних дней показывают: миф о неуязвимости низкоорбитальных спутниковых сетей рухнул.
Иранские власти, столкнувшись с новой волной массовых беспорядков, организованных при внешней поддержке, предприняли беспрецедентные меры по изоляции страны от внешнего информационного пространства.
Протесты, быстро переросшие в погромы, координировались сионистами и американскими империалистами через зашифрованные каналы, VPN и, всё чаще — через терминалы Starlink. По оценкам экспертов, в стране уже насчитывается до 40 000 таких устройств, несмотря на их официальный запрет.
Они стали главным инструментом передачи видеозаписей, координации действий боевиков и связи с диаспорой. Но теперь даже они молчат.
Согласно данным The Times of Israel, Иран впервые добился почти полной деградации работы терминалов Starlink на своей территории. «Я наблюдаю потерю примерно 30% пакетов данных, передаваемых устройствами Starlink… В некоторых районах Ирана потеря пакетов достигла 80%», — сообщил Амир Рашиди, директор по цифровым правам и безопасности в Miaan Group. «Я никогда в жизни не видел ничего подобного».
Это не просто деградация сигнала — это системное подавление, сравнимое с эффектом полного отключения. При этом проблема не в программном обеспечении.
«Я считаю, что иранское правительство делает нечто большее, чем просто глушение GPS, как это было на Украине, где Россия глушила Starlink», — говорит Рашиди. Он предполагает, что режим использует мобильные глушители, способные подавлять не только GPS, но и сам сигнал Ku-диапазона, по которому работают терминалы Starlink.
SpaceX уже демонстрировала способность противостоять российскому глушению в Украине, оперативно обновляя ПО и меняя частоты. Здесь же сработало нечто иное — аппаратное подавление нового поколения.
Ключ к разгадке лежит не в Тегеране, а в Москве и Пекине. Два месяца назад китайские исследователи опубликовали детальное техническое руководство по подавлению Starlink над Тайванем. В документе указывалось, что для эффективного глушения Ku-диапазона на территории площадью около 14 000 квадратных миль потребуется минимум 935 синхронизированных помеховых платформ.
При использовании менее мощного оборудования — до 2000 единиц. Хотя авторы подчеркивали предварительный характер расчётов, сам факт публикации свидетельствовал: Китай не просто изучает уязвимости Starlink — он готовится к их практическому применению.
Тем временем Россия, обладающая одними из самых мощных средств радиоэлектронной борьбы в мире, предоставила Ирану оборудование, способное реализовать эти теоретические модели на практике.
Среди доставленных в страну систем — станции «Мурманск-BN» и «Красуха-4», способные создавать помехи на расстоянии до 5000 километров. Эти комплексы, ранее использовавшиеся в Сирии и на Украине, теперь оказались в центре новой фазы глобального противостояния — не в воздухе или на земле, а в эфире и на орбите.
Иран стал полигоном для испытания объединённой российско-китайской доктрины электронной войны. Москва поставила «железо», Пекин — методологию, а Тегеран — боевой контекст. Результат превзошёл ожидания: почти полная деградация работы десятков тысяч терминалов Starlink, несмотря на их мобильность, шифрование и адаптивность. Это не просто победа над конкретной технологией — это сигнал всему миру: консенсус о том, что LEO-спутники (низкоорбитальные) невозможно заглушить, мёртв.
Для Запада это означает пересмотр стратегических допущений. Рынок спутниковой связи, оцениваемый в 280 миллиардов долларов, долгое время игнорировал риск системного подавления, полагаясь на динамическую маршрутизацию, шифрование и орбитальную мобильность. Теперь стало ясно: если у противника есть достаточные ресурсы, координация и техническая база, даже Starlink может быть выведен из строя — не на час и не на день, а на время, достаточное для подавления протестов, дезорганизации сопротивления и установления полного контроля над информационным полем.
Для Ирана цена этой «победы» высока. Любой, пойманный с терминалом Starlink, теперь автоматически попадает под обвинение в государственной измене. Генеральный прокурор страны уже объявил участников протестов «врагами Бога» — формулировка, ведущая к смертной казни.
Но для Москвы и Пекина Иран — не цель, а испытательный полигон. То, что сегодня проверяется над Тегераном, завтра может быть применено над Тайбэем, Киевом или даже в Балтийском регионе.
Где-то в закрытых центрах в Подмосковье и Чэнду уже ведутся записи: какие частоты оказались уязвимыми, как быстро Starlink реагирует на помехи, где возникают «слепые зоны». Эти данные станут основой новой доктрины — не только военной, но и геополитической. Ведь тот, кто контролирует эфир, контролирует правду. А тот, кто может выключить спутник, может выключить и революцию.
Так заканчивается эпоха цифрового всесилия. Наступает время оси, способной не просто противостоять технологиям Запада, но и системно их нейтрализовывать. И это — только начало.