Танюшка жила в деревне староверов. Ну, как староверов — скорее выходцев из староверов. Жили они в обычных домах, и машины имели, и телевизоры, и компьютеры, волосы стригли да бороды брили. Не гнушались и грехов всяких разных. Словом, жили как и все обычные люди, только в церковь ходили особенную, свою, староверческую, которая стояла посреди той деревни. Да сохранили лишь некоторые обряды и традиции.
Одна из таких традиций относилась к выбору жениха или невесты. Как правило, пару для своих детей в той деревне выбирали родители. Не принято было в этом вопросе перечить. Считалось, что мама с папой лучше знают, с кем будет хорошо их чаду.
Танюшка скоро повзрослела. Старшенькая она была в своей семье. Батька помер рано, ей всего десять лет тогда было. Однако успел после Танюшки ещё пятерых братьев и сестёр настругать.
Матери одной тяжело было, а Танюшка, как самая старшая, должна была матери помогать. Много всяких домашних дел легло на детские плечи. Главным образом Танюшка должна была ухаживать за коровой.
Корова была большая, рогатая, Таня боялась её аж жуть. Но делать нечего: батька, уходя, наказывал, чтоб матери помогала и слушалась. Потом, привстав с кровати, уже едва дыша, притянул Танюшку к себе и на ухо прошептал: «Доча, выходи замуж по любви, никого не слушай».
По какой такой любви, думала Танюшка, рано замуж-то ещё, ей бы в куклы поиграть. Только вот теперь не до кукол стало. Вместо кукол — младшенькие братик и сестричка, двойняшки. За ними тоже Танюшке надо было глядеть.
Вот так они и жили. Время шло, ребятишки росли, да и Танюшка не отставала. Вот уж ей семнадцать лет исполнилось. Приглянулся ей парень из соседней деревни, а они, как назло, не староверы. Стал парнишка к Танюшке захаживать, пригожая да на все руки мастерица девушка тоже приглянулась Ивану.
Местные парни подловили чужака и хотели Ивану кулаками объяснить, чтоб к Танюшке ходить перестал. Так парнишка их в одиночку раскидал по кустам, такой сильный был Иван.
Отстали местные от парня, взялись за Танюшу, угрожали, дескать, если выйдешь за чужака, то избу твою спалим.
Так и встречалась Таня с Иваном, получается, тайком — где-нибудь на речке, в лесу, подальше от околицы. Больше всего Таня боялась, что о её любви узнает мать. Как тогда ей выполнить наказ отца? Ведь только теперь она стала понимать, о какой любви говорил отец.
Мать бы и слушать не стала, сразу выдала бы замуж за кого-нибудь из их деревни — и дело с концом. Помощь Танина по дому не так уж и требовалась, братья и сёстры тоже не бездельниками выросли. Так что мать была бы рада выдать Таню замуж и избавиться от лишнего рта в семье.
Иван предлагал ей замуж пойти. Только Таня боялась, что местные парни угрозу свою исполнят, и пока ответа любимому не давала.
Однажды девушка пошла вечером, по обыкновению, доить корову. Теперь она уже не боялась рыжую Бурёнку. Корова стала Тане словно лучшая подруга, только ей она могла доверить свои тайны, нашептать на ухо про Ванюшку, про свою любовь.
Вот и на этот раз Татьяна подошла к корове, а Бурёнка фыркает, головой мотает, по бокам хвостом себя лупит. Начала Татьяна доить — корова брыкается, подойник опрокинула, нервничает.
Стала Таня по сторонам оглядываться — глядь, а в углу что-то шевелится. Подошла, а там медвежонок жмётся. Как он там оказался? Что за чудо? То ли на запах молока пробрался, то ли подкинул кто. Таня налила ему миску молока, он жадно вылакал и полез в отдушину, застрял, заревел. Таня ухватила его за шкурку, втащила обратно. Выпустила через дверь.
Долго смеялась над ним, потом дома рассказала. Мать ругалась только: молока и так немного Бурёнка даёт, старая уже, а дочь нерадивая, ещё медведей кормит. Брат, который годом младше Тани, рассказал, что медвежонок тот не сам забрался в хлев — это деревенские парни его туда подкинули, сказали, что будет Таньке вашей предупреждение.
— Ой! — запричитала мать. — Пора Таньку замуж выдавать.
Тут Танюшку словно кипятком облило. Какой такой замуж, она же Ваню любит, да только как об этом скажешь матери?
Вечером, тайком, вроде бы как в баню сходить, прибежала Таня на свидание к Ивану. Плача рассказала девушка любимому, что маманя о замужестве заговорила.
— Так выходи за меня! Я давно тебя зову! — обрадовался парень.
— Как же ты, твердолобый, не понимаешь! Не могу я без венчания, не положено у нас! — разревелась девушка.
— Не пойму я вас: парни ваши на мотоциклах разъезжают, телевизор в каждом доме, а как замуж выходить — всё как в каменном веке! — воскликнул парень.
Утром следующего же дня Иван пошёл прямиком к попу той самой церкви, что стояла посреди Танюшкиной деревни. Долго разговаривал он с ним, спорил даже. Наконец договорился, что если он пожертвует приходу большую сумму денег, то священник обвенчает их с Татьяной.
Вот только где ту сумму взять? Надо уезжать на заработки. Рассказал Иван Татьяне, что задумал. Таня поплакала, да согласилась. Буду, говорит, ждать, пока ты не вернёшься. На том и расстались. Иван уехал.
А меж тем подкидыш-медвежонок продолжал в коровник к Бурёнке наведываться. В отдушину он уж давно не пролезал, сидел за хлевом, тихо-тихо, только на Татьянины шаги и выходил. Корова перестала его пугаться уж давно. Таня приучила медвежонка самому корову сосать, будто он телёнок, чтобы мать, не дай бог, никакие миски не нашла и не стала снова нерадивую дочурку пытаться замуж выдать.
Медведь покормится у коровы да тихонько в лес бежит. Не каждый день, но пару раз в неделю приходил — полакомиться молочком и снова в лес. Таня гладила его да называла Миша. Он уж откликаться начал.
К осени Миша стал уже совсем большим медведем, молока ему уже не надо было, он к Татьяне приходил конфетами лакомиться да печеньем. Она его угощала.
А парни деревенские, как прознали, что Иван уехал, словно все с цепи сорвались — один за другим сватов к Татьяне засылали. Каждый раз, увидев церемонию у дома, Таня кидалась к иконам и молилась в отчаянии, чтобы мать не согласилась.
Мать Татьяны выбирала: ей хотелось дождаться, чтобы самый богатый жених в деревне своих сватов прислал. Вот тогда она согласится, не думая. Тот жених пока помалкивал — Танька-то бесприданница, только красоту свою да рукоделие и могла мужу в дом принести.
Вот уж и зима прошла. Наконец вернулся и Иван. Пробрался тайком и за хлевом спрятался. Пошла Таня Бурёнку доить, Ваня из убежища ей шикает.
— Миша? Миша, ты? Иди сюда, хороший! — ласково позвала Таня, после зимней спячки она ещё не видела своего медвежонка-подкидыша.
— Какой такой Миша? — выскакивает Иван, со злости чуть не лопнул.
— Ах ты, Господи! Вернулся! — Таня бросилась к любимому и рассказала, что медвежонок, которого то ли в шутку, то ли со злым умыслом ей подкинули, так всё лето и осень к ней ходил.
Иван даже не сразу поверил, заревновал сильно. После снова к их попу пошёл, деньги отдал и назначил день тайного венчания — без гостей и без торжеств.
Как назло, на тот же день назначил сватовство и богатый жених, которого так ждала Танина мать. Девушка и места себе не находила. Всё утро как на иголках, ночь не спала. Ведь если обручение пройдёт — это уже почитай как свадьба, она и сама уж не сможет поперёк матери пойти, придётся в церковь с нелюбимым идти.
Вот уже подводы подъезжают. Сваты решили по старинке, на лошадях, украшенных цветами, с гармонистом, всё как положено, приехать. Таня выбежала к бане, пока мать гостей встречала, а там Иван. Без лишних слов и разговоров схватил Татьяну в охапку — обежали огород, в самую первую телегу прыгнули и погнали к церкви.
Чтоб никто в деревне путь им не перегородил, Иван решил вокруг, через лес проехать и с другой стороны к церкви подкатить.
— Мама! Танька убегает! — заголосила сестра, увидев, как они с Иваном тронулись.
Гости выскочили и в порыве гнева на других телегах в погоню кинулись. Зрелище для всей деревни было незабываемое. Все кричат, улюлюкают, пыль столбом. Не сообразили гости наперерез, через деревню к церкви рвануть. Подумать не могли, что их поп может Таню с чужаком венчать — решили, видимо, что Иван её к себе увозит, вот и поехали за ним.
Нагайкой лошадей стегают — вот-вот догонят. Лошадь, на которой беглецы едут, Ваню не слушается, чует, что другой человек вожжами правит. У Танюшки душа в пятках — догонят, могут ведь со злости и жизни лишить.
Вдруг из лесу вываливает огромный медведь. Таня сразу своего питомца узнала — возмужал-то как за зиму, вырос. Только они с Ваней пронеслись по дороге, лошадь их, как увидала зверя, понеслась словно торпеда.
А медведь перегородил дорогу, встал на дыбы. Лошади, что неслись в погоне, встали словно вкопанные, телеги перевернулись, сваты попадали.
Приехали Таня с Иваном в церковь. Поп ещё решил девушке нотацию прочитать, да как увидел Ванины кулаки — тут обряд по-быстренькому и провёл. Вышли молодые из церкви — тут и погоня подоспела, поздно сообразили, куда Иван повёз Танюшку.
Кричат, ругаются, а сделать ничего уже не могут. Молодые названы мужем и женой. Мать Татьяны злилась поначалу, а потом, когда узнала, что зять столько денег за год заработал, что и взятку дать хватило попу, и ещё на новый дом осталось, успокоилась.
Деревенский поп запретил местным мстить Татьяне. Тем более что Иван переехал жить к Татьяне, рядом с матерью её дом поставили, жили по совести и никому не мешали. Медведь так всю жизнь к Татьяне и приходил за лакомством.