Война — это не только стратегия и огонь. Это еще и эмоции, которые солдатам нужно было куда-то выплеснуть. Одним из самых выразительных и необычных способов «разговора» с противником стали надписи и рисунки на самих снарядах, бомбах и торпедах. Эти послания, нацарапанные мелом или краской, превращали безликий боеприпас в личное обращение, полное гнева, тоски, иронии или надежды.
От «пары ласковых» до разрешенной традиции
Считается, что первую «почту» на бомбах отправили летчики еще в Первую мировую войну, желая сопроводить взрыв «парой ласковых» для врага. В Красной Армии к такому творчеству поначалу отнеслись настороженно, видя в нем угрозу дисциплине. Однако командование быстро оценило мощный психологический эффект: процесс превращал абстрактный выстрел в акт личного возмездия и отлично поднимал боевой дух.
Правда, «свобода слова» на корпусе снаряда имела свои рамки. Для нанесения надписи обычно требовалось разрешение политрука. Цензура преследовала две цели: исключить нецензурную лексику и избежать досадных орфографических ошибок, которые могли, как считалось, «подмочить репутацию». Солдаты относились к этому с пониманием, и на смертоносном металле расцветали патриотические лозунги, горькие обеты и даже солдатский юмор в картинках.
Краткий словарь фронтовых посланий
Чаще всего на снарядах встречались фразы, навеянные желанием отомстить. Их авторами, в первую очередь, были те военные, которые потеряли кого-то из родных и сослуживцев. «За отца», «За мать», «За брата», «За сестру», «За любимую» — вот какого содержания были такие послания.
Переживали советские бойцы и за потерю территорий, разрушенные города. В таких случаях фашистам «прилетали» фразы «За Белоруссию», «За Севастополь», «За Мариуполь» и так далее.
Зачем Сталин включил Донбасс в Украину
Еще одна традиция, также появившаяся в годы Великой Отечественной войны, — «украшать» боеприпасы именами командиров, которым так и не довелось увидеть крах нацистской Германии. Сохранилась фотография, на которой запечатлен момент установки торпеды на боевой самолет. Старшина 24-го минно-торпедного авиационного полка Раков заканчивает подписывать снаряд фразой «За Киселева!» — в память о погибшем в 1943 году капитане Василии Киселеве.
Также врагу отправлялись снаряды «За Родину», «За Сталина», «За победу».
Путем взаимной переписки
Были и «именные послания». Например, в то время обычным делом было встретить, снаряды, на которых аккуратно выведено «Гитлеру», «В Берлин», «В бункер фюрера», «В лагерь фашистов». В преддверии праздников на снарядах наряду с уже привычными фразами появлялись небольшие тематические рисунки. Так, рейхсканцлеру с завидной регулярностью «отправлялись», разрисованные «по-праздничному», боеприпасы с текстом «Новогодний подарок Гитлеру».
Ошибочно предполагать, что отправка «боевых писем» — это чисто советская задумка. Таким же творчеством занимались и в других армиях мира. Не оставались в стороне от написания колких фраз и немцы.
Проявляли также остроумие таким образом в США. Есть даже фотография «самого процесса». На снимке американские авиатехники пишут послание премьер-министру Японии Хидэки Тодзио на бомбе. Перевести с английского языка данное письмо довольно просто — «С любовью из США».
Практика нанесения текста и рисунков на боевые снаряды показала свою эффективность. Солдаты не только избавлялись от негатива и улучшали себе настроение, но и поднимали боевой дух. Такой метод использовался в мире и после окончания Второй мировой войны.