Бессонные ночи.
Древний мир, где гигантские тени скользили по раскаленной земле, а воздух дрожал от рева неведомых существ, был нарушен. Не громом небесным, не землетрясением, а звуком, от которого у самых стойких динозавров сводило зубы. Трубадур. Неумелый, ужасный трубадур, чья деревянная флейта изливала какофонию, превращая ночи в пытку.
Третью ночь подряд Роберт метался по своей пещере. Он сведен с ума одной-единственной, фальшивой нотой. Он ходил туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда, его шаги отдавались эхом в тишине, нарушаемой лишь этим невыносимым звуком. Наконец, он не выдержал. Мощный, полный отчаяния рев вырвался из его груди, сотрясая стены.
Ян прижала ладони к ушам. Ее девятнадцать метров роста, украшенные острыми пластинами, казались хрупкими перед натиском этого звукового кошмара.
Ян: Я схожу с ума!" – орала она, ее голос дрожал.
Дана, тоже не находила себе места. Дана: Это невыносимо! Сколько можно еще это терпеть?" – ее голос звучал громко, но в нем слышалась нотка отчаяния.
В этот момент, словно призрак из ночи, появился Гордон. А сейчас его главной проблемой была головная боль, вызванная этим "музыкальным" издевательством.
Оскар: Ну что? Получилось?" – спросил он, сейчас был омрачен раздражением.
Гордон покачал головой, его крылья слегка опустились.
Гордон: Нет! Не получилось! У меня до смерти голова болит!
Отряд Дино: Симфония Тишины
Древний мир, где гигантские тени скользили по раскаленной земле, а воздух дрожал от рева неведомых существ, был нарушен. Не громом небесным, не землетрясением, а звуком, от которого у самых стойких динозавров сводило зубы. Трубадур. Неумелый, ужасный трубадур, чья деревянная флейта изливала какофонию, превращая ночи в пытку.
Третью ночь подряд Роберт, двадцатилетний тарбозавр с кожей цвета заката и глазами, пылающими алым, метался по своей пещере. Его мощное тело, украшенное белыми гребнями, напряглось от бессильной ярости. Двести сантиметров чистого, спортивного телосложения, способного сокрушать камни и управлять огнем, сейчас были сведены с ума одной-единственной, фальшивой нотой.
"Туда сюда, туда сюда, туда сюда..." – его шаги отдавались эхом в тишине, нарушаемой лишь этим невыносимым звуком. Наконец, он не выдержал. Мощный, полный отчаяния рев вырвался из его груди, сотрясая стены.
Ян, восемнадцатилетняя стегозавр с нежно-синей кожей и глазами цвета ночного неба, прижала ладони к ушам. Ее девятнадцать метров роста, украшенные острыми пластинами, казались хрупкими перед натиском этого звукового кошмара. "Я схожу с ума!" – прошептала она, ее голос дрожал.
Дана, яркая, как летнее солнце, трицератопс, с вишневыми глазами и когтями, готовыми к бою, тоже не находила себе места. Ее сто семьдесят сантиметров энергии, способной управлять электричеством и видеть будущее, были бессильны против этой акустической атаки. "Это невыносимо! Сколько можно еще это терпеть?" – ее голос звучал громко, но в нем слышалась нотка отчаяния.
В этот момент, словно призрак из ночи, появился Гордон. Птеродактиль, чья бледно-асфальтовая кожа и крылья цвета заката казались частью самой тьмы. Его темно-кроваво-красные глаза, обычно холодные и рассудительные, сейчас выражали лишь усталость. Он не мог дышать под водой, но сейчас его главной проблемой была головная боль, вызванная этим "музыкальным" издевательством.
"Ну что? Получилось?" – спросил Оскар, тираннозавр с зеленой кожей и глазами цвета земли. Его двадцатилетний возраст и спортивное телосложение, способное управлять природой, сейчас были омрачены раздражением.
Гордон покачал головой, его крылья слегка опустились. "Нет! Не получилось! У меня до смерти голова болит!"
Роберт, чья импульсивность и агрессивность часто брали верх над его спокойствием, ударил кулаком по стене. Камень треснул.
Роберт: Нет! Вы это слышали? Это просто невозможно слушать! – его голос был полон ярости.
Ян: Я согласна! – вторил ему, ее нежность сейчас уступала место решительности.
Оскар, чья прямолинейность и энергия обычно направлялись на созидание, сейчас кипел от гнева. Его коричневые глаза сверкнули, как угли. Он схватил толстую, сухую ветку, которая валялась неподалеку, и издал низкий, угрожающий рык. Его намерение было ясно: проучить этого несносного трубадура. Дана пыталась его остановить.
Оскар:Не трогай меня!" – крикнул он, бросаясь вперед, чтобы остановить его.
Дана: Оскар! Немедленно остановись! Оскар, не делай этого! Оскар, стой!
Но Оскар был неудержим.
Оскар: Не трогай меня! Вот же зараза! Я ему сейчас покажу! – его голос был полон ярости, и он рванулся вперед, ветка в его лапе казалась грозным оружием.
Когда пришел в лес, начался настоящий скандал. Оры, рычание и топот ног разносились по ночной долине. Дана пыталась удержать Оскара, Ян присоединилась к ней, ее нежная натура боролась с желанием увидеть, как этот трубадур наконец замолчит. Гордон, несмотря на головную боль, наблюдал за происходящим с холодным спокойствием, готовый вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля. Роберт, чья агрессивность сейчас была на пике, просто стоял, наблюдая за разворачивающейся сценой с мрачным удовлетворением.
Трубадур, услышав приближающийся рев и топот, понял, что его "концерт" подошел к концу. Испуганный до смерти, он схватил свою злосчастную флейту и, не оглядываясь, бросился бежать в самую гущу темного леса. Его шаги быстро затихли вдали, унося с собой источник ночных мучений.
После того, как трубадур исчез, в воздухе повисла тишина. Оскар, тяжело дыша, опустил ветку. Дана облегченно вздохнула, прижимаясь к его боку. Ян подошла к Роберту, который, наконец, успокоился, его кроваво-красные глаза уже не горели такой яростью. Гордон, с легким кивком, вернулся к своим мыслям, его крылья расправились в предвкушении полета.
На четвертую ночь, впервые за долгое время, в мире динозавров воцарилась тишина. Не та тишина, что предшествует буре, а та, что приносит покой и умиротворение. Отряд Дино, каждый со своими уникальными способностями и характерами, смог вернуть гармонию в свой доисторический мир, доказав, что даже самые разные существа могут объединиться ради общего блага. И хотя трубадур, возможно, еще где-то бродил, его музыка больше не тревожила их сны. Мир был спокоен, мир был тих, и это было самое прекрасное, что они могли услышать.
Наступившая тишина была настолько непривычной, что казалась почти оглушительной. Роберт, наконец, смог расслабиться, его мощное тело перестало быть напряженным. Он опустился на землю, прислонившись спиной к прохладной стене пещеры, и закрыл глаза, наслаждаясь покоем. Его мысли, обычно бурные и стремительные, теперь текли плавно, как спокойная река.
Роберт: Слава богу.....
Ян, чья нежность и доброта всегда были ее отличительными чертами, подошла к Роберту и осторожно положила свою руку ему на плечо. Ее темно-синие отметины на коже казались еще более глубокими в лунном свете.
Ян: Наконец-то – прошептала она, ее голос был полон облегчения.
Дана, все еще немного взволнованная, но уже успокоившаяся, подошла к Оскару. Её глаза смотрели на него с теплотой.
Дана: Ты был очень смелым, Оскар – сказала она, улыбаясь.
Дана: Но в следующий раз, пожалуйста, дай мне или кому-нибудь другому тебя остановить. Мы же команда.
Оскар, чья прямолинейность иногда граничила с безрассудством, кивнул. Он все еще чувствовал остатки адреналина, но слова Даны смягчили его.
Оскар: Ты права – признал он, его голос был немного хриплым.
Оскар: Я просто не мог больше этого терпеть. Но я не хотел тебя пугать.
Гордон, наблюдавший за ними с некоторого расстояния, медленно спустился с неба. Его крылья бесшумно сложились, и он приземлился рядом с остальными. Его темно-кроваво-красные глаза, обычно полные холодной рассудительности, сейчас выражали легкое удовлетворение
Гордон: Хорошая работа, команда – сказал он своим ровным, спокойным голосом.
Гордон: Мы справились.
Роберт открыл глаза и посмотрел на своих товарищей. Он чувствовал к ним привязанность, которая росла с каждым общим испытанием. Да – согласился он, его голос был тихим, но твердым.
Роберт: Мы справились. И теперь мы знаем, что можем справиться с чем угодно, если будем вместе.
Ян улыбнулась, ее глаза сияли.
Ян: Я рада, что мы не дали этому трубадуру испортить нам жизнь."
Дана хихикнула.
Дана: Я думаю, он еще долго будет вспоминать эту ночь. И, надеюсь, никогда больше не возьмет в руки флейту.
Оскар задумчиво посмотрел на звездное небо.
Оскар: Интересно, что еще ждет нас в этом мире – проговорил он. Столько всего неизведанного.
Гордон кивнул.
Гордон: Именно поэтому мы должны быть готовы ко всему. Наши способности, наши различия – все это делает нас сильнее.
Роберт встал, его тело снова наполнилось энергией. Он посмотрел на своих друзей, на их разные расы, на их разные характеры, и почувствовал гордость. Они были Отрядом Дино, и их приключения только начинались. Впереди их ждали новые испытания, новые опасности, но и новые открытия. И они были готовы встретить их вместе, как одна семья, как одна команда, объединенная не только общими способностями, но и крепкой дружбой.
Роберт: Ну что? Пора отдохнуть. Завтра новый день, и кто знает, что он нам принесет.
Остальные согласились, и каждый из них отправился в свою пещеру или на свое место для отдыха, унося с собой чувство удовлетворения и спокойствия. Ночная тишина, которую они так долго ждали, теперь была их наградой. И в этой тишине они могли услышать биение своих сердец, биение своих надежд и биение своей дружбы, которая становилась все крепче с каждым днем.