У нашей соседки тети Люды померла прабабушка. Очень скверный характер у неё был, большую часть деревни в страхе держала. Как только скончалась, согласно обычаям в тех местах, пригласили бабку-обмывальщицу, Софьей звали. Все необходимые действия она выполнила, а после отвела Люду в сторону и тихо сказала, что, мол, усопшая так просто не уйдет, есть на то указания — палец на ноге в сторону торчит и глаза не полностью закрыты. Согласно поверьям, надо путы между духом и домом развязать, а еще положить в гроб заговоренную подушку, а то будет посещать прабабка соседку и после своей смерти.
Но тетя Люда только головой покачала: ну что за глупости в наше-то время. Похоронили прабабку, провели поминки. На следующую ночь после этого соседка проснулась от громкого топота в сенях. Тяжелая поступь такая, словно кто-то еле тянет ноги. Дойдет этот кто-то до двери, а потом также обратно.
Наступила другая ночь. В этот раз звук раздавался уже в доме. По среди ночи зазвенела посуда. Люда вбегает сонная на кухню и видит, что на столе стоит любимая кружка прабабушки. До краев наполнена теплым молоком — все как та любила при жизни. Да только молока-то соседка с похорон не покупала, так как сама не пила.
Так прошла неделя. Но то, что случилось потом, было цветочками по сравнению с событиями на девятую ночь. Тетя Люда внезапно проснулась в полночь и увидела в комнате в углу высокую черную тень. Эта тень, покачиваясь, стала двигаться в сторону кровати, где лежала женщина. А звук при этом издавала то ли чмоканье, то ли чавканье, словно кто-то пытается есть беззубым ртом. Люда не нашлась, как поступить и просто закрылась одеялом и замерла, задержав дыхание. Звук приближался. Внезапно чувствует, как на нее поверх одеяла легла рука — жесткая, как палка, а тухлый запах как от рыбы в вперемешку с пылью чувствовался даже через одеяло.
Слышит едва различимый надтреснутый голос своей прабабки: «Внучка, тяжко мне… не могу.. поправь подушечку...». Как соседка моя закричит, одеяло откинула и бросилась к выключателю на стене. Когда свет озарил комнату, в ней никого не обнаружилось, зато возле кровати остались четко различимые следы от грязных человеческих ног.
Люда бросилась прямиком к бабке Софье. Та пришла, осмотрела комнату и повторила: «Говорила же тебе, путы ее держат, да еще и сама она уходить не желает. Надо было заговорить как полагается. А так она сейчас твой дом считает своим, а тебя — гостьей».
Пришлось моей соседке выполнять положенный обряд. Бабка Софья наказала тете Люде отыскать узелок, который повязывали вокруг рук усопшей. Его забыли в сенях во время похорон, там его моя соседка и нашла. Софья долго заговаривала узелок, а потом проткнула несколько раз иглой. Отдала его женщине и велела прийти на кладбище, подкопать могилку в районе изголовья и оставить узелок там. И строго предупредила, чтобы на обратном пути не вздумала Люда оборачиваться, какие бы звуки за спиной потом не раздавались. Еще заговор ей с собой на бумажке дала.
И вот тетя Люда уже на кладбище, направляется к могиле, и в то же самое время чувствует, что словно кто-то идет вместе с ней, за одежду ее хватает и назад пытается тянуть, еще тяжело дышит в самую спину. Нашла могилку, раскопала землю и кинула в ямку заговоренный узелок, и вместе с этим прочитала вслух по памяти заговор: «Как у мертвых не болят зубы, так чтобы и у рабы Божей не болели и не ломили и не пухли. Будет земля тебе пухом. Во веки веков. Аминь».
Как только закончила говорить, раздался оглушительный грохот -словно скала обрушилась. Припустила тетя Люда не оглядываясь до самых ворот с кладбища.
Снова стало по ночам тихо и спокойно. Однако по утрам находила моя соседка в разных местах разных дохлых жуков, завернутых в грязную тряпочку - похоже, что покойница продолжала оставлять своеобразные гостинцы с того света. Так что поняла тетя Люда, что не сможет спокойно жить в этом доме - продала через несколько месяцев.
В той деревне, откуда мы родом, верят, что во что бы то ни стало надо на усопшего правильный «заговор» наложить. А иначе он вернется, но не так, как в фильмах показывают про восставших мертвецов. А будет в доме тяжелый спертый воздух, будут ночью по всему дому раздаваться звуки, бегать по стенам тени, ломаться вещи. И не просто будет выселить неупокоенного духа, а скорей всего, такой дом придется попросту сжигать.