После охоты на медведя мы с пацанами решили взять паузу, понимая, что к охоте мы ещё не готовы, и с Иваном решили пока не связываться. Зато полезли грибы, и решили мы в один миг стать грибниками. В один погожий летний день четверо неразлучных друзей — Мишаня (Корнишон), Жора (Отмороженный), Витос (Ляля) и я (Сказочник) — решили отправиться в лес за грибами. Выбрали место подальше от цивилизации: глухой бор за рекой Неман, куда даже мобильная связь не добиралась. Погода стояла чудесная: небо ясное, воздух напоён ароматом листвы, а сквозь кроны пробивались тёплые лучи солнца. Вооружившись корзинами, ножами, выпивкой, мангалом, едой, холодильником, палаткой, чтобы собирание грибов было ещё интересней, захватывающей, мы весело шагали по тропинке, предвкушая богатый урожай, Витос, как обычно, запевал свои песенки на разный мотив. После двухчасового хождения по лесу мы сделали привал, изрядно напившись напитков, наевшись мяса, Мишаня, самый опытный грибник, торжественно заявил: — Сегодня наберём полные корзины! В том лесу — одни боровики, я точно знаю! Ж. В каком ещё лесу? В. А мы сейчас где? С. А может, ну на хер эти грибы? И так хорошо отдыхаем. М. Ты что такое говоришь? Я здесь за эти грибы стою. Пацаны мне все — и я всё пацанам. Кто меня знает, тот в курсе. Я там людей воспитывал на этих грибах, я их в люди выводил. Ты что, не понимаешь, что они всех нас не смогли сломить? Хорошо, хорошо, Мишаня, успокойся, у тебя пена из-за рта пошла. Отводя в сторонку, Жорик старается успокоить Мишаню. Слова пацана цитировал? Спросил Витос меня. Ага, насмотрелся своих фильмов и сериалов. Помнишь новый год Груни, когда бабка ему со всего размаху прикладом по голове ударила? Улыбаясь, сказал я, так это он фильмы с Чак Норисом смотрел и решил, что он каратист, он хотел ей с ноги ударить, а она его опередила. Помню, конечно, ответил Витос, то он спецназовец, то ниндзя, то ещё какой-нибудь супергерой в обтягивающих трусах. Мы поржали, повспоминали былые времена, которые происходили с Мишаней и с нами, надо потихоньку собираться, грибы собирать. Все успокоились, перекурили и пошли судьбе навстречу. К вечеру, когда солнце уже цеплялось за верхушки деревьев, Мишаня вдруг закричал:
— Нашёл! Целая поляна! Перед нами раскинулась поляна, усыпанная крупными, подозрительно яркими красно-белыми грибами. — Это же мухомор! — ахнул Жорик. — Не-е, — махнул рукой Витос. — Это… элита грибного царства. Редкий вид. Съедобный на 70%. Мы его в таблетки добавляем. Да это мухомор! Придурок! Заорал я. Ты куда нас привел, Сусанин? Выпучив глаза, я накинулся на Мишаню. Давайте отрубим Мишане ноги. Добавил Жорик. Ребята, постойте, я перепутал дороги. А Витос во всю уже режет ножки мухоморам и кладёт их в корзину. Ты чего творишь? Хором спросили мы. Подождите, сейчас всё сделаем, дайте время. Витос насобирал полную корзину грибов, разжёг костёр, обработал ножки, посолил, поперчил, посушил над костром. Готово! Пробуйте! Протягивает руку, в которой лежит пять половин ножек от мухоморов. Мы переглянулись с Жориком, толкнули Мишаню вперёд. Твои грибы, ты привёл нас на эту поляну, жри первый. Мишаня напрягся, стараясь не показывать свою нервность, он взял одну ножку и положил в рот, медленно начал жевать. М-м-м, вкусно, схватив ещё одну ножку, и сразу её запихал в рот, не прожив предыдущую, жевал жадно, глаза стали широкими, улыбка до ушей. Ну, хм, мы тоже попробуем. Все взяли по ножке, положили в рот и начали жевать. Первое, что произошло, через пять минут Мишаня вдруг сделал улыбку гумплена, у него потекли слюни, он сказал «гэ-гэ-гэ» и упал плашмя на землю.
С. Интересно, он живой?
В. Надо спросить его об этом!
Ж. Кого? В. Мишаню!
С. А что с ним?
В. С кем?
С. С Мишаней!
В. С каким?
Ж. Не знаю!
С. Мы о ком вообще говорим?
В. Вы слышите, музыка играет, поют птички. Распростёр руки в сторону и начал кружится в танце.
С. Не-не-не-не-не-не, подождите, шатаясь в каком-то угаре, начинаю слушать деревья, вы слышите, они разговаривают, они мне истории рассказывают.
Ж. Выпучил глаза, Вы их видите, белочки, они заполонили всю поляну, они повсюду.
В течение какого-то определенного времени мы не покидали поляну, каждый занимался своим делом, Жорик с белочками играл, Витос танцевал и пел, я, обнимая деревья, приговаривал. Да, я согласен, ай-ай-ай, как им не стыдно, бедные корни, обоссут и уйдут, как им не стыдно. Первый конфуз произошёл, когда нас отпустило. Сначала мы подошли к Минане, который лежал, скрючив руки непонятно как. Мы легонечко пнули ему по жопе, потом в живот, Жора наступил ему на лицо случайно, Витос упал плашмя, споткнувшись об корни деревьев, которых даже не было видно, тем самым придавив его, после этого мы услышали слабый стон. Ага, значит, живой, надо искать помощь. Закидав тело ветками от ельника, берёзы, дуба, сухостоем и положив сверху мох, если вдруг пойдет дождь, труп не промокнет, чтобы наверняка, пошли искать помощь. Но Жорику приспичило в туалет, и он слезно просил, чтобы без него не уходили, страшно в лесу рядом с покойничком. Всё было хорошо, пока мы не услышали крик, прибежав, мы с Витосом сначала ничего не поняли.
Жорик держится за правую часть жопы и в слезах рассказывает, что произошло. Я присел, не стал даже тужиться, всё произвольно вышло, а там змея.
С. Я в ступоре. Какая змея? Где? Жора отходит в сторону, значит, лежит змея черная в отходах и из пасти пена выходит.
В. Это черная мамба.
С. Кто?
В. Черная мамба, самая ядовитая змея, её укус смертелен для слона.
С. Ну Жорик у нас не слон?
В. Смотря с какого виду смотреть.
С. Ты убить била смотрел? Черная мамба у нас не обитает. Это черная вдова.
Ж. Какая черная вдова? Какая мамба? Меня змея укусила в жопу.
В. Да подожди ты со своим укусом, есть дела поважней. Я тебе говорю, это мамба. А вдова — это паук.
С. Да?
В. Да! Надо географию знать, лапоть.
Ж. Бл… Меня укусили. Заорал Жора.
В. И что ты нам предлагаешь?
Ж. Нужно отсосать яд, пока он не распространился по всему организму. И поворачивается к нам спиной, становясь раком.
Мы, переглянувшись с Витосом, послали его в очень дальнее место, повернулись и пошли разжигать костер, кушать очень захотелось. Как узнали чуть позже, змея сдохла от большого отравления алкоголем и химической атаки, хоронить не стали, палкой поддели змею и подкинули к Мишане, пускай вдвоем лежат. Первые часы прошли идеально: костёр, шашлыки, смех, истории. Когда стемнело, зажгли фонарики и стали рассказывать байки. Но вскоре разговоры стихли — в лесу стало слишком тихо. Даже сверчки замолчали.
— Слышите? — прошептал Жорик. — Ни звука…
И тут из-за деревьев донёсся стон. Низкий, протяжный, будто кто-то мучился в глубине чащи. Первым делом мы посмотрели на большой могильник, где лежал Мишаня, звук был не оттуда, а жаль. — Это филин, — нервно усмехнулся я. — Или ветер…
Но стон повторился, уже ближе. Витос, не допив бутылку, кинул в ту сторону, сразу послышался какой-то рык вместо стонов.
С. Ты зачем это сделал, инвалид?
Ж. Тебе Ивана мало было на охоте, когда он медведю бутылкой в голову зарядил? А?
В. Да я не хотел. Серёга, сходи посмотри!
С. Ни хера ты лысого нашёл. Жора, сходи посмотри.
Ж. А я чё, самый рыжий, так получается, иди посмотри, меня змея укусила за жопу, у меня психологически-физическая травма.
С. Ладно, пойду посмотрю, прикройте меня. Посмотрев на пацанов, я понял, что сморозил полную херню.
Рассказ Витоса.
Когда Серёга зашел за куст, мы его ещё видели, но, когда он резко упал и закричал: «Пацаны, на помощь», мы поняли, он разыгрывает нас. Жорик был со мной согласен, зачем идти, сейчас он выйдет через пять минут. Спустя полчаса мы, доедая мясо, заметили, что-то давненько Серёга не выходил из куста. Мы окликнули его. «Серёня, выходи, хватит баловаться». Тишина.
Спустя ещё полчаса Витос крикнул: «Ай». Меня что-то ударило по шее. Жорик подошел поближе, наклонил Витоса. На его шее проступили синяки в форме пальцев. Словно кто-то очень хорошо дал леща невидимой рукой. Они вдвоем напряглись, вдруг на поляне откуда ни возьмись появилась бабка. Мгновение, и она лицом к лицу стала к Витосу.
Б. Вы что здесь делаете? Это мои владения.
В. Фу, блядь… Ты что ела? Или пила? Воняет. Витос чуть не блеванул.
Б. Ты чего это, ирод, говоришь? Ты знаешь, кто я…
В. Не дыши на меня, старуха. Иди к Жорику, это по его части.
Ж. С хера ли?
В. Там какая-то бормотуха.
Бабка молнией оказалась у Жорика.
Б. Ты знаешь, кто я такая?
Принюхавшись, посмотрев в глаза старухи.
Ж. Мать, что за настойка? Сама гонишь или покупала?
Бабуля смягчилась, с улыбочкой на лице, с иронией в глазах.
Б. Да ты что, милок, такое не купишь, сама делаю, на травах настаиваю, крепенькая, первачок. О чем это я, забыла вовсе. А! Вы что здесь делаете? Вы знаете, кто я такая?
Витос сидел на бревне у костра и наблюдал картину, бабулю и Жорика, попивая мартини с оливкой и зонтиком в бокале.
Ж. Слышь, мать, нам пацанчика надо вернуть, зашёл за куст не так давно, а выходить не хочет, и выбраться нам отсюда надо, мы заблудились. А, да! Ты кто?
Б. Я Алко Мария, это моя земля. И мальчика вашего я забрала к себе для утех. Но если ты меня перепьёшь, я помогу вам с выходом из леса и отдам пацанчика.
Витос подрывается и орет. Алко батл.
Неподалеку была избушка Алко Марии, зайдя в избу, мы увидели Серёгу с шишкой во рту заместо кляпа, в воздухе подвешенный веревками, ноги на раскоряк, а на полу около тридцати сантиметров была игрушка из латекса, смотрящая на Серегино заднее место. Его глаза были полны отчаяния, тревоги, страха и мольбы о помощи. Мы прошли и сели за стол, Алко Мария за мгновения накрыла поляну. Накрыла на стол — сильно сказано, много бутылок настойки, засохший кусок хлеба и всё.
Ж. Ёпт, что так много закуски?
А.М. Хи-хи-хи, тебе и этого хватит!
В. А вы от этой алкашки не оббоссытесь?
Ж. маловато будет, за добавкой побежишь.
А.М. Ха-ха-ха, не льсти себе. Потирая руки и облизывая губы, начнем.
В. И так, бабка и господа, мы собрались, чтобы понять, кто сильней, у кого сегодня подведет здоровье, у кого печень вылезет через задний проход, к кому белочка придет раньше, кто сегодня захлебнется в собственных рогатине своего организма.
А.М. Ж. одновременно: «Заткнись».
Жорик сел напротив Алко Марии, Витос разлил по рюмкам.
В. Ну, первая за знакомства.
Оба соперника залили себе настойку в горло, Жорик вдохнул носом воздух и вдохнул через рот.
А. М. Закусывай, котик.
Ж. После первой не закусываю.
А. М. О-о-о-о, подготовился.
В. Светит месяц молодой, не пора ли по второй?
Разлил по рюмкам, выпили сразу.
В. Ну, за третью — не грешно! Всё идёт у нас ровно.
Если вдруг станет темно, Похороним глубоко! Разлил по рюмке, все выпили залпом.
В. Ну, четвёртую — за дружный смех, За то, чтоб не кончался грех!
Чтоб утром не было «ой‑ой‑ой» И чтоб сосед не вызвал наряд!
Все посмотрели на Витоса, выпили. После окончания третьей бутылки нас начинал охватывать ужас, потому-то Жорик начинал пьянеть, а алко Мария нет. И если пойдет так же, я останусь у алко Марии навсегда в секс-рабстве и Жорик тоже. А Витос будет скитаться по лесу как леший, один только Мишаня в лучшем из миров, наверное. Только чудо могло нас удивить и спасти. И оно произошло, дверь вылетела с петель и разлетелась на щепки, на пороге стоял грязный, мокрый, злой, но, сука, живой Мишаня и в руке он держал мертвую змею.
А. М. Ты чего это творишь, малахольный? Я же тебя сейчас заживо похороню. И тут её взор угодил на мертвую змею в руках Мишани. Анжела? Ты что со змеёй сделал?
Бабка в слезах хотела накинуться на Мишаню, но он её опередил. Кинув змею ей в лицо, подбежав к столу, схватив пустую бутылку ударил по голове алко Марии, её глаза налились кровью, вот-вот и она вцепиться ему в горло. Мишаня, не медля ни секунды, хватает вторую пустую бутылку, повторяет ритуал, алко Мария, покачиваясь, пытается встать, Мишаня хватает третью бутылки и опять разбивает ей об голову. Схватив не открытую бутылку с настойкой и занося руку для удара, услышал крик отрезвевшего Жорика.
Ж. Не-е-е-ет, только не целиковую, возьми пустую.
В. Надо Серёгу освободить. Пока бабка в отключке.
М. Я вас сейчас всех убью. Какого хрена меня оставили под грудой веток и ещё змеёй вонючей.
Ж. Мишаня, подожди, сейчас объясним, вот только Серёгу снимем с верёвок, а то его фаллос напрягает, вдруг верёвки порвутся и его жопе хана, сам понимаешь, плакать будет. Ты пока за Маришкой присмотри, только не убивай, она нужна мне живая.
Сняв меня с верёвок, мы обсмотрели дом, который был небольшой, пара комнат, большая кухня с множеством настоек и большим аппаратом, стоящим рядом с печкой, и прихожая, где сидели мы.
В. Странно, почему она нас на кухню не провела?
Ж. Сейчас мы об этом узнаем. Подойдя к алко Маришке, Жорик легонечко дал ей пощёчину, что у Маришки голова повернулась на сто восемьдесят градусов.
М. Это так, не убивать её, значит?
Ж. Витос, дай настойку.
Витос протянул открытую бутылку, Жорик набрал полный рот и брызнул Маришке на лицо, бабка начала движения. Прейдя в себя, она хотела кинуться на Жорика, как Мишаня схватил полную бутылку и разбил ей об голову.
Ж. Мы отсюда не выберемся, если ты будешь продолжать в таком же духе, и я тебя просил пустой бутылкой бить. Жалко настойку.
М. Жора, у нее настоек выше крыши, тебе на твой век хватит.
М. Можно было без этого, спокойно сесть поговорить, зачем разбивать настойку.
Ж. Маришка, ёпт, ты живая? С улыбкой и хорошим настроением обрадовался Жорик.
М. Что-то, когда я вошёл, никто так не обрадовался, никто ничего не сказал, как будто это в порядке вещей.
В. Мишань, такой, как ты, не убиваем, как не тонет, так и не убиваем. А накрыли тебя, чтобы не замёрз, пока лежишь, пошли помощь искать.
М. Правда?
Все хором и даже Маришка ответили: «Правда!»
А.М. Мне же скучно одной, вот я и решила вас разыграть.
М. А грибы?
А.М. А грибы — это Витоса радость, он спец, я не при чем.
Итог: мы сели за стол на кухне, нажрались до белочек, наутро Жорик попросил у ней карту с точным местонахождением её дома. Алко Маришка улыбнулась, дала ему волшебную бутылку. И сказала: «Чтобы меня найти в лесу, отглотни, и ноги тебя сами доведут до дому, буду тебя ждать с нетерпением». А нам всучила глубок, по которому мы пошли по кустам, по полям, по пути собирая грибов полные ведра, и вышли к нашей машине. Конец.