Елена Кучеренко
Погиб Режиссер. Боец, о котором я сделала несколько материалов. Не одна, конечно. С Михаилом – волонтером, который с начала СВО ездит в зону боевых действий, поддерживает наших ребят. Он и свел меня с Режиссером в Телеграме и сам очень много рассказал. Они были друзьями.
Погиб уже некоторое время назад. Двадцать пятого декабря его ранило, двадцать шестого не стало. А я все думаю, думаю... Я о нем писала, но ничего-ничего о нем не знала.
***
На самом деле я часто почти ничего не знаю о бойцах, о которых пишу. Ни имени, ни лица. Только позывные. Редко – немного из их мирной жизни. Ну и голос. Потому что это либо голосовые сообщения, либо звонки, либо записи на диктофон, которые делал для меня Михаил. Я понимаю – это безопасность.
Вот и Режиссер... Что я знала?.. Что, действительно, режиссер: помимо того, что воевал, снимал какой-то свой фильм, снимал наших боцов, писал о них…
Мои материалы были о Режиссере и мученике Трифоне, которого он очень любил еще с мирных времен, а попав на войну, верил, что святой отгоняет дроны. У него и шеврон был с изображением мученика Трифона, и много историй о его помощи этот боец рассказывал. А я удивлялась, что там – на войне, где ужас и кошмар, он находил время и силы еще и отвечать на мои вопросы.
Ну и всё. Больше я ничего не знала – только он и его любимый святой. И что зовут его Олег. А больше и не спросишь – не принято.
А сейчас Олег погиб... От дрона...
Больше, наверное, суток врачи боролись за его жизнь. Но ранения были очень тяжелыми, несовместимыми с жизнью. Не буду рассказывать подробности, да это и не надо.
Огромное количество людей молились, все надеялись на чудо. Мы с Михаилом списывались и верили, что столько историй о необыкновенной помощи Божией мы сделали вместе, почему бы не прийти ей и сейчас. Но Господь решил иначе. Все это, конечно, очень больно. Но верю, что теперь Режиссер обязательно встретится со своим любимым мучеником Трифоном – вживую, ТАМ.
***
И сейчас, когда Режиссера не стало здесь, на земле (потому что у Бога все живы), я, наконец, узнала, кто – за этим позывным.
Это Олег Ракшин. Конечно, я слышала это имя и раньше. Лауреат премии «Золотое перо России – 2025». Но у меня в голове не сходилось, что он и есть «мой» Режиссер. А теперь я знаю... Знаю и удивляюсь.
Успешный человек, известный многим самарский краевед. Сценарист, продюсер, режиссер, фотограф, руководитель киностудии «Самарафильм»... Началась спецоперация, и он пошел добровольцем, несмотря на то, что ему было уже за пятьдесят. И что у него четверо детей.
Уже после его гибели в одном из интервью услышала, как Олег говорил: «Из четырех у меня трое пацанов, как по-другому я объясню им, что такое любить Родину?». Не дословно, но смысл такой.
Гвардии старшина и Георгиевский кавалер, он служил в легендарной 15-й гвардейской отдельной мотострелковой Александрийской бригаде – «Черных гусарах», всегда находившихся на самых горячих участках фронта.
Воевал не только с автоматом, еще он фотографировал, снимал и писал. Он – автор снимков к проектам «Лица армии», «Хроники войны», «Жены героев». С «Лицами» он стал победителем Всероссийского конкурса «Золотой Сокол – 2024».
Но главное: своими снимками и репортажами он как будто вдохнул жизнь в эту страшную военную реальность. Понятно, что войну ни в коем случае не надо романтизировать. Но он старался рассказать, что там не только взрывы и смерть. Там – живые человеческие истории и живые люди. И за каждым лицом в маске – судьба, радости, трагедии, подвиги, метания... Так я сейчас это вижу.
«На этой войне, где все окрашено в цвета грязи и пепла, свои огни. Яркие, ослепляющие – вспышки взрывов. Холодные, зловещие – отсветы пожаров на облаках. И был свет – ровный, теплый, человеческий. Олег не просто снимал войну, он проживал ее насквозь. Его камера была не орудием и не инструментом. Она была проводником. Проводником его невероятной, почти болезненной чуткости. Он смотрел через объектив – и война отступала, обнажая свою страшную, простую суть: жизнь против смерти, человеческое против нечеловеческого», – читала я о нем в одном дружественном телеграм-канале.
А в ушах у меня – тот голос, который стал родным. Интеллигентный, скромный, добрый... Который человека, терпеливо отвечающего на вопросы и рассказывающего о Боге, любимом святом и чудесах на войне. Но сейчас я уже знаю его лицо и всё, наконец, сходится.
Царство Небесное Олегу – этому большому герою и Человеку.
***
Хотела закончить – не получается. Зацепили слова: «жизнь против смерти», и хочется рассказать одну историю. И тяжелую, и светлую одновременно.
В одном из госпиталей лежит раненый боец – молодой, всего двадцать шесть лет. Без двух ног. Я узнала о нем от одной своей знакомой, с которой мы делали гуманитарный сбор.
«УДИВИТЕЛЬНЫЙ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ ПАРЕНЬ!» – писала мне та знакомая. Прямо так – большими буквами. Недавно она с одним священником ездила его навестить.
– У него тридцать ранений, ему оторвало ноги, когда он вытаскивал другого бойца с поля боя. Он сейчас на реабилитации (уже стоит на протезах) и куча операций еще впереди. На руке пальцы меняли с ног... Всё очень сложно... Резаный-перерезанный... Женился он в двадцать лет, еще до СВО. Когда понял, что инвалид – развелся с женой. Сказал: «Зачем ей это?!» Она приехала, ухаживает за ним. Будут опять жениться и потом венчаться... Собирается поступать в институт. Говорит, что даже льготы не нужны, сам всё выучит и всему научится, руки есть, голова есть... Такой удивительный, позитивный парень. Все обстоятельства принимает. Очень эрудированный, начитанный, Островского цитировал (не священника – писателя... Сам из какой-то глухой деревушки. Я ему говорю: «Дай я тебя обниму и расцелую!» Потому что это он нас посетил, а не мы его. Это мы от него заряжаемся...
Вот это точно жизнь против смерти.