В интервью «В некоторых областях уровень внедрения ИИ у нас сильно выше, чем в других странах», опубликованном в ноябре 2025 года, ведущий российский эксперт в области ИИ Иван Оселедец говорит о текущем состоянии искусственного интеллекта как о принципиально новой реальности. Оселедец выступает за прагматичное, разрешительное госрегулирование внедрения ИИ, аналогичное экспериментальным режимам в московской медицине, и призывает сосредоточиться на применении ИИ для решения реальных человеческих проблем, а не на абстрактных страхах перед технологией. Он считает, что сильный ИИ может появиться в течение нескольких лет, и это изменит мир, но подчёркивает, что технология — не цель, а инструмент для улучшения жизни.
Можно ли проанализировать глубокий, многосторонний и интересный текст с точки зрения СА-анализа? Безусловно! И мы сейчас это сделаем.
Иван Оселедец мыслит синтезом: соединяет системное видение технологий и конкуренции с архетипическими нарративами о новом. Он говорит не на языке «железа», а на языке систем, их ограничений и точек бифуркации. Он занимает мета-позицию по отношению к хайпу вокруг ИИ, указывая, что нынешняя ситуация качественно отличается от прошлых циклов «зим» — периодов, когда завышенные ожидания сменялись разочарованием и замораживанием финансирования. Эти «зимы» были обусловлены системными корректировками, обрубавшими нежизнеспособные нарративы. Сегодня же ИИ стал утилитарной инфраструктурой, приносящей реальную пользу и встроенной в глобальную экосистему, что ломает старый сценарий.
Анализируя положение России, Оселедец накладывает двойную сетку. Системная сетка фиксирует дефицит мощностей и санкции, а архетипическая выявляет компенсаторные стратегии — «быть умнее» при нехватке ресурсов, находить точки роста там, где система проявила жизнеспособность, как в медицине или создании моделей. Однако в его позиции есть противоречие. С одной стороны, он выступает за разрешительное, прагматичное регулирование по образцу московских медицинских экспериментов, где скорость и польза важнее предосторожности. С другой — настаивает на стратегии технологического суверенитета, на создании собственных моделей, что требует времени и ресурсов, но гарантирует независимость. Это противоречие между логикой «купить» (быстро, но с зависимостью) и «построить» (медленно, но с контролем) отражает два уровня риска: операционный (ошибка модели) и системный (геополитическая изоляция). Он видит оба, но не предлагает простого рецепта их совмещения.
В оценке глобальной конкуренции Оселедец видит не бинарную схему, а динамическое поле с центрами силы в США и Китае, отмечая архетипический сдвиг последнего от Ученика к Творцу. Его подход к регулированию — это архетип Экспериментатора-Садовника, отвергающий запретительную бюрократию в пользу управляемого риска. Самый глубокий его инсайт касается цели технологии: он последовательно направляет фокус от внутренних «игр» к решению реальных человеческих проблем, воплощая в технологической сфере категорический императив. Таким образом, Оселедец предстаёт практикующим «профайлером реальности», предлагающим не простые ответы, а карту для навигации в сложности, где ключевыми становятся системная интуиция и неизменная фокусировка на высшей цели.
Профайлинг реальности: от любопытства — к агентности!
#профайлинг_реальности #системный_анализ #архетипы #искусственный_интеллект #психология #иван_оселедец #СА-интеллект