Летом 1874 г. в Екатеринбурге на улице Московской в одном из флигелей усадьбы купца-старообрядца и гласного Городской думы Василия Матвеевича Бородина проходило тайное совещание для избранных. Приглашены были только самые авторитетные староверы, которым хозяин доверял безусловно. Повышенные меры конспирации были связаны со статусом гостя, который отрекомендовался так: «архиепископ Аркадий из Беловодского государства и послан в Россию рукоположившим его патриархом Мелетием». После чего представил старообрядцам свою «ставленую грамоту», начинавшуюся словами: «Божиею милостию, аз, смиренный Милетий, патриарх Славяно-Беловодский, Ост-Индский, и Юст-Индский, и Фест-Индейский, и Англо-Индейский, и Японских островов… на основании правил святых апостол и вселенских учителей хиротонисал со священным собором с четырьмя митрополитами сирскаго языка сего преосвященнаго Аркадия во епископа словенским градовом, Тавризию и Турхилину, да поставит диаконы и пресвитеры и всякий чин церковный по правилам святыя восточныя кафолическия церкви сирскаго и словинскаго и прочим языком вселенныя…».
Екатеринбургские старообрядцы, однако, отнеслись к информации «архиепископа» весьма скептически и спросили Аркадия («под крестным знамением») где он рукоположен во святительский сан? На что тот ответил: «в Беловодии». Тогда староверы принесли книги и «всей земли планы» (географические карты) и, естественно, не нашли такой страны. Знание – сила! (и это не журнал). Затем, посоветовавшись между собой, сказали: «не надо нам его, он обманщик, давайте бросим его в воду». Аркадий, сохранив присутствие духа, произнес: «чем бросать меня в воду, так я сам уйду, и не будет на вас греха». И ушел в «пермские пределы».
Аркадий, точнее – Антон Савельевич Пикульский, никогда и никем не был рукоположен даже в сан диакона. Этот энергичный прохиндей и проходимец, после очередного ареста и побега из томской тюрьмы около полутора лет провел в таежных скитах. Но затем решил устроить своеобразный «гастрольный тур» для поправки своего материального положения. Кстати, после уральского «фиаско», Аркадий развернул бурную деятельность в Прикамье, положившую начало «беловодской иерархии», последователи которой, как это не покажется странным, есть и в наши дни…
А в «просвещенный» Екатеринбург (да и вообще на горнозаводской Урал) «Аркадий Беловодский» больше никогда не совался.