Иногда решение приходит внезапно: «всё, с сегодняшнего дня — ни грамма и ни крошки». Звучит твёрдо и правильно. Но через день‑два ночной тишины вдруг становится слишком много: мысли скачут, страх не отпускает, и реальность будто «сдвигается» — мерещатся шёпоты, тени на стенах, появляются убеждённость, что следят, подслушивают, хотят навредить.
Это не «слабость характера» и не «сумасшествие». Так нервная система, привыкшая к веществу, реагирует на резкую отмену.
Текст подготовлен руководителем клиники «Свобода», психологом Светлицкой Ольгой Владимировной.
Ниже — почему «резко и навсегда» бывает опасно, как устроен психоз на отмене и как выглядит грамотная помощь при проблеме.
Что такое психоз при отмене простыми словами
Психоз — это состояние, когда мозг временно теряет «проверку реальностью»: слышатся голоса, видятся «картинки», появляются жёсткие убеждения («за мной следят», «меня хотят отравить»), поведение становится резким и непредсказуемым. При отмене психоактивных веществ это случается, когда системы возбуждения и торможения в мозге разбалансированы.
Дофамин — медиатор «значимости» и мотивации — «шумит», глутамат — условная «педаль газа» — давит слишком сильно, а ГАМК (гамма‑аминомасляная кислота), главный «тормоз» нервной системы, работает хуже. Любая бессонная ночь, страх, обезвоживание и пустой желудок усиливают эту картину.
Риск психоза различается в зависимости от вещества. При отмене стимуляторов (амфетамин, метамфетамин, синтетические катиноны — их в быту называют «соли») и синтетических каннабиноидов («спайсы») психозы встречаются часто.
Резкая отмена бензодиазепинов (сильных «успокоительных») может дать спутанность с галлюцинациями и судорогами. При опиоидной отмене доминирует «ломка» — боль, озноб, пот — но при длительном недосыпе и смешении веществ психоз тоже возможен.
Почему «резко» — не всегда безопасно, даже если хочется поскорее
Организм учится жить «с примесью». Рецепторы и медиаторы подстраиваются под регулярные дозы: это и есть толерантность. Когда поддержку выдёргивают в один момент, начинается «перекос»: возбуждение преобладает, торможение не успевает, дофаминовые «датчики» ловят случайности как «знаки».
Если сверху — тревога, бессонница, кофе вместо еды, обезвоживание — получается идеальная почва для галлюцинаций и бредовых трактовок. Есть и личная уязвимость: семейная предрасположенность к психическим расстройствам, травматичный опыт, СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности) — при таких факторах риск выше.
Это не приговор, а причина сделать шаги осмотрительно и с сопровождением.
Как это проявляется в реальной жизни: на что обратить внимание
Первым приходят внутренние изменения: тревога, поверхностный сон или бессонница, скачки настроения, недоверие. Дальше мысли «цепляются» за случайности: кажется, что про вас шепчутся, что в телефоне «жучок», что взгляд прохожего — сигнал. Речь становится «скользкой», возникает раздражительность или, наоборот, ступор.
На пике — «голоса» (комментируют, приказывают), «картинки» на периферии зрения, убеждённость в преследовании и отравлении, резкие попытки защититься или убежать. При отмене стимуляторов чаще видны беспокойство, потливость, быстрая речь и «паранойя»; при «спайсах» — паника, спутанность или «замирание»; при резком прекращении бензодиазепинов — дрожь, «обрывки» сна, вспышки зрительных сцен, иногда судороги.
Чем опасны галлюцинации и бред на отмене — и для головы, и для тела
В таком состоянии люди иногда действуют импульсивно: «спасаются» бегством в ночь, вступают в конфликт из‑за мнимой угрозы, уходят из дома. Тело в это время переживает обезвоживание, сбой электролитов (натрий, калий, магний), частый пульс, иногда перегрев, мышечное истощение вплоть до разрушения мышц (это называется рабдомиолиз), что может «ударить» по почкам.
При отмене бензодиазепинов опасны судороги. На фоне нарастающего отчаяния появляются суицидальные мысли — и из‑за «голосов», и как попытка «выключить» невыносимое.
Как мы проводим через острый участок в клинике «Свобода»
В «Свободе» этот этап устроен так, чтобы быстро вернуть безопасность и опоры. Сначала — спокойная оценка без осуждения: как вы спите, что и когда было принято, что беспокоит прямо сейчас.
Из объективных показателей мы смотрим пульс, давление, температуру, сатурацию (насыщение крови кислородом), делаем ЭКГ (электрокардиограмму), сдаём базовые анализы на функцию печени и почек, сахар и электролиты. Это помогает увидеть риски и не пропустить то, что может мешать восстановлению.
Дальше — снимаем ажитацию (сильное внутреннее возбуждение) и психотические симптомы. При отмене стимуляторов и «спайсов» в первую очередь назначаются препараты из группы бензодиазепинов — они снижают тревогу, защищают от судорог и дают возможность заснуть.
Если галлюцинации и бред не отпускают, подключаем современные антипсихотики в минимально эффективных дозах и на короткий срок. При отмене бензодиазепинов делаем именно постепенное, контролируемое «схождение», потому что резкая остановка там небезопасна.
Параллельно возвращаем то, на чём держится нервная система: воду с электролитами, чтобы нормально работали клетки; питание небольшими порциями для ровного сахара; снижение температуры, если она поднялась.
Если в истории есть алкоголь, обязательно вводим тиамин — это витамин B1 — до любых глюкозосодержащих растворов: так мы защищаем мозг от острого поражения, которое в учебниках называется энцефалопатией Вернике.
Ночь — всегда под наблюдением: темнота усиливает симптомы, а мы держим рядом человека, чтобы он не оставался один на один с «перекошенной» реальностью.
Когда острое позади: как не «сорваться» обратно и не застрять в постотмене
После стабилизации часто начинается постострый период отмены. По‑английски это называют PAWS — Post‑Acute Withdrawal Syndrome. Это недели с утомляемостью, «плоским» настроением, взлётами тревоги и плохим сном. Это не «леность» и не «характер», а восстановление нервной системы. Здесь мы вместе с вами собираем маршрут.
Для опиоидной зависимости обсуждаем долгосрочные медицинские опоры: заместительную терапию (бупренорфин/метадон под контролем профильного врача) или налтрексон длительного действия после детокса.
Для стимуляторов и «спайсов» лекарства помогают стабилизировать сон и тревогу, но основу составляют поведенческие шаги: сон «по часам», регулярное питание, умеренная физическая активность, техники саморегуляции (дыхание с длинным выдохом, «заземление» холодной водой, короткие протоколы отсрочки при тяге), когнитивно‑поведенческая терапия — учимся замечать и менять мысли‑ловушки вроде «всё равно не смогу» или «по разу — не страшно», и заранее планируем, что делать в «трудные» часы.
При отмене бензодиазепинов — долгий, безопасный план снижения с альтернативами для сна и тревоги, у которых доказана безопасность.
Семья получает ясные инструкции: как поддерживать без контроля и упрёков, какие границы важны, к кому обращаться, если день пошёл «вразнос». В первые месяцы мы остаёмся на связи и встречаемся регулярно — так проще подстроить план под реальную жизнь и вовремя поймать «сигналы».
Мифы, из‑за которых тяжело решиться
«Только резко — иначе не получится». Правда в обратном: резкая отмена некоторых веществ опасна, а при стимуляторах и «спайсах» резко повышает риск психоза. «Антипсихотики — сделают “овощем”».
В коротком курсе в правильных дозах они возвращают реальность и снижают риск травм и импульсивных действий.
«Мне стыдно, справлюсь сам». Стыд — просто чувство, оно уходит, когда возвращаются сон и тихая голова.
Вы не один: как поддерживаем вас и близких
В «Свободе» общаемся простыми словами и держим рядом без оценок. Объясняем, что происходит, и что мы делаем сегодня, завтра и через неделю, чтобы стало легче.
Делаем план «на вечер», «на ночь» и «на первый час тяги». Помогаем договориться с близкими о поддержке без морали. Если нет сил приехать — организуем выездную помощь и, при необходимости, стационар: это про комфорт и непрерывность, а не про «строгость».
Контакты:
Адрес: Красноворотский пр., 3Б, стр. 3, Москва
Сайт с ответами на часто задаваемые вопросы и онлайн-записью.
Telegram. Администратор ответит в любое время, проконсультирует и подберет удобное окно для записи.
Телефон: +7 (495) 187-31-05
«Навсегда» — реальная цель. Но путь туда безопаснее, когда он не «с обрыва», а по ступеням: снять остроту, вернуть сон и воду, собрать план на период отмены и перестроить привычки. Это не про «сломать себя», а про вернуть управление», — Светлицкая Ольга Владимировна, руководитель клиники, психолог.
Статья носит информационный характер и не заменяет очную консультацию. Самолечение опасно.