Плита выключена, тарелки, чашки, баночки со специями закрыты в шкафу, кухонные полотенца, свернутые валиком, спрятаны в ящик стола, дверца микроволновки плотно прикрыта.
Нина Петровна окинула взглядом кухню – все убрано, теперь можно и на работу поспешить.
Она почесала Германа за ушком, потрепала Арсения за загривок.
– Смотрите у меня, ведите себя прилично. Цветы не жевать, книги не трепать, обои не драть, иначе…
Она никогда не договаривала, что следует за этим многозначительным «иначе». Что бы не натворили ее два лохматых бандита, она никогда даже голоса на них не повышала. А творили они много чего.
Не то, чтобы Нина Петровна была аккуратистка, но с появлением этих двух очаровательных котеек, ей долгих два года пришлось подстраиваться под их повадки.
Она удалила с поверхности кухонного гарнитура всю милую, необходимую в хозяйстве мелкую утварь потому, как все, что оставалось на поверхности сбрасывалось на пол: рассыпалось, разливалось и вываливалось.
Все это происходило в ее отсутствие. При Нине Петровне два кота по шести килограммов каждый были сама милота и очарование.
Нина Петровна посмотрела на Германа и Арсения – котяры, словно сфинксы лежали на подоконнике внимательно наблюдая, как она суетиться перед выходом за дверь.
Часы показывали двенадцать минут девятого, пора выходить. Ах, да, нужно вынести пакет с мусором.
Уже обутая и одетая в пальто Нина Петровна ринулась на кухню. Открыв дверцу под раковиной, она увидела почти пустой пакет с кошачьим кормом. Кошачий корм был внушительным расходом в бюджете Нины Петровны, но глядя на то, как похрустывали им ее питомцы, она только умилялась и не сомневалась, что котикам вкусно. Да и не до сомнений тут было: корм пах терпко, но приятно, зернышко к зернышку, гладкой овальной формы, насыщенного кофейного цвета. В пакете оставалось где-то пара пригоршней лакомства. Долго не думая Нина Петровна пересыпала корм в полулитровую стеклянную банку, засунула пустой пакет из-под корма в мусорный мешок, а банку, закрыв крышкой, поставила наверх, туда, где хранила чай, сахар, кофе и прочую бакалею.
Много позже она не могла даже себе объяснить, почему поставила банку с кормом именно туда, а не оставила ее под раковиной.
***
В бухгалтерии, где трудилась Нина Петровна, всегда толпился народ: кому подписать, кому спросить, а кому непременно что-то нужно было выяснить. Но тот день был особенно суетливым. Хорошо, что сегодня пятница, думала Нина Петровна, передавая сводку одному сотруднику, тут же поднимая глаза к другому посетителю, при этом не переставая печатать приказ о премировании.
Когда появилась свободная минутка Нина Петровна взяла в руки телефон и обнаружила пять пропущенных звонков от зятя.
– Боже ты мой, что-то случилось. – Пролепетала она побледнев.
С зятем Игорем у Нины Петровны были не то чтобы натянутые отношения, но дружба как-то не заладилась. Она почему-то решила, что зять просто обязан приходить и помогать налаживать быт в ее квартире.
Но зять то ли уставал, то ли думал иначе, но прибегать по первому ее зову не торопился. Поэтому она, как теща, была разочарована. Иногда приглашала на семейные посиделки по разным поводам. Игорь никогда от посиделок не увиливал, ел, что подавала Нина Петровна с аппетитом и ей это нравилось. Нравилось, что он мог спокойно, с экономической точки зрения, объяснить ту или иную политическую раскладку в стране, рассказать о своей работе, о друзьях. Но все это было как-то чопорно, оттого и посиделки были редкими.
Алкоголь зять не употреблял вовсе. Он мог часами молча сидеть, слушать ее болтовню с дочерью и потягивать, незнамо какую по счету, чашку кофе.
Кофе зять любил. Нина Петровна подозревала даже, что кофе он любил больше, чем свою жену – ее ненаглядную единственную дочку. Но дочку зять не обижал, покупал ей приглянувшиеся наряды и баловал, в меру своего молодого мировоззрения всевозможными тусовками и никогда не перечил даже, если она была «слегка» не права. А раз ее красавица была довольна своим ранним замужеством, то и Нина Петровна лишний раз рта не раскрывала, по-своему была признательна Игорю за все. Как правило, ее признательность выливалась в покупке дорогого премиального кофе.
Элитный и экзотический кофе Нине Петровне привозили коллеги по туристическому бюро, выезжая в рекламно-информационные поездки налаживать отношения с агентами для увеличения продажи туров. Там они знакомились с местностью, отелями, условиями отдых, экскурсионной программой и, конечно, привозили из поездок всевозможные редкие, диковинные штучки.
Нина Петровна переполошилась. Зять, который никогда ей не звонил в рабочее время,позвонил целых пять раз. Она трясущимися руками обхватила телефон и нервно нажала кнопку вызова зятя. Он трубку не взял. Она нажала кнопку вызова дочки и с остановившимся дыханием слушала бесконечные, как ей казалось, гудки вызова.
– Доченька, что случилось? У тебя все хорошо? У меня пять пропущенных звонков от твоего мужа.
– Все нормально, – услышала Нина Петровна возбужденный голос дочери. – Это я попросила его тебе позвонить. У меня был онлайн-сеанс с потенциальным клиентом, а к нему приезжает его научный руководитель, ну, ты знаешь, поговорить о перспективах его проекта. Мы его в гости пригласили. Так вот, Игорь хотел спросить, не осталось ли у тебя того вкусного кофе, забыла, как называется, который тебе Александр Владимирович привез с Бали? А ты трубку не берешь, он, почему-то, подумал, что ты с ним общаться не хочешь.
– Да завал, как всегда, новое направление разрабатываем, а телефон на беззвучном режиме стоял. Но Игорь тоже трубку не берет, неужели обиделся?
– Нет, не обиделся, просто он за рулем, в аэропорт едет. Так, кофе еще остался? Можно я забегу к тебе и заберу? Очень хочется проявить неизгладимое гостеприимство.
– Конечно, приходи и забирай остатки. Правда, я упаковку уже выбросила, но он в баночке, там на полке. А называется Индонезия Сулавеси, запомнишь? Мне тут бразильский везут, поэтому можешь забрать весь.
Они еще поболтали минутку и Нина Петровна, успокоившись, принялась за разбор ваучеров.
С теплом, ваша Я)