Когда речь заходит об автомобилях, которые по-настоящему можно назвать иконами, трудно найти пример более очевидный, чем Lamborghini Countach.
Countach — это вершина дизайна суперкаров, доказательство того, на что способны человеческие руки и умы, когда с них снимают все ограничения. Ну, почти все — за исключением, пожалуй, светотехники, которая скорее служит доказательством того, что бывает, когда на решение задачи не хотят тратить ни денег, ни времени.
Речь идёт прежде всего о тех фарах, которые действительно видны на машине: передних габаритах и указателях поворота, а также задних фонарях. Основные фары-то спрятаны под крышками, так что визуально на них почти никто не обращает внимания.
Начнём с задней части — она драматичнее и, пожалуй, трагичнее. Достаточно взглянуть на корму концепта Lamborghini LP500 1971 года, того самого прототипа, который стал основой серийного Countach.
Здесь задние фонари выглядят как дизайнерский идеал: они полностью заполняют шестигранные, заострённые ниши по краям кузова. Они эффектны, агрессивны и идеально вписываются в характер автомобиля.
А теперь посмотрим на серийную версию. Видно, что Lamborghini попыталась приблизиться к задуманному образу: форма всё ещё шестигранная и вроде бы заполняет отведённое пространство. Но что-то здесь явно не так, и это особенно заметно при ближайшем рассмотрении.
На самом деле это всего лишь три квадратных фонаря, дополненные странной фасонной вставкой-отражателем, которая, судя по всему, отражает так себе, потому что под средним фонарём зачем-то установлен ещё один отражатель, несмотря на то что у фонаря заднего хода уже есть собственный.
Понятно, чего хотели дизайнеры, но реализовано это откровенно топорно.
И ведь были версии ещё хуже. На некоторых поздних Countach от фигурной вставки отказались вовсе, и машина просто получила три квадратных фонаря без всякой попытки подогнать их под форму кузова.
Эти фонари Lamborghini позаимствовала прямиком у Alfa Romeo Alfetta 1972 года.
На аккуратном, угловатом седане Alfetta они смотрятся вполне уместно. Но на резких, драматичных плоскостях Countach создаётся ощущение, будто кто-то просто ткнул пальцем в первый попавшийся элемент в каталоге запчастей.
Учитывая силу исходного дизайна, такое решение выглядит особенно ленивым для столь дорогого и эксклюзивного автомобиля. Сделайте собственные фонари, чёрт возьми. Они могли бы выглядеть потрясающе. И я до сих пор не понимаю, зачем вообще понадобился этот дополнительный отражатель.
Перейдём к передней части. У прототипа LP500 спереди были выдвижные фары, а под ними — плоская утопленная в кузов световая панель, в которой размещались поворотники и габариты. Смотрелось это очень круто.
А как это реализовали на серийной машине?
Так, будто в Lamborghini сделали небольшой «карман», выстлали его чем-то серебристым, нашли самые дешёвые фонари из каталога и накрыли всё ребристым куском плексигласа в надежде, что никто не заметит.
Если вы когда-нибудь видели этот световой блок вне своей ниши, зрелище, мягко говоря, удручающее. Да, для условной Honda Civic где-нибудь под бампером такие фонари сгодились бы: мигают, светят — и ладно. Но как один из ключевых визуальных элементов передней части суперкара? Серьёзно?
Я понимаю, что Lamborghini рассчитывала спрятать всё это под ребристым стеклом и придать блоку собственную форму, но, честно говоря, от этого становится только хуже. На фоне всех этих прекрасных линий, заломов и динамики кузова этот грубый элемент выглядит особенно убого — словно вы открыли яйцо Фаберже, а внутри нашли резиновую игрушку из коробки у стоматолога.
Это откровенное разочарование. Это же Lamborghini. Они могли превратить эту большую, специально выделенную зону под светотехнику во что-то выдающееся — с индивидуальными отражателями, сложной оптикой, чем угодно. Любой дизайнер по свету был бы счастлив поработать над таким элементом. Но, увы, никому не было дела.
Да, я знаю, что суперкаростроители — одни из главных любителей воровать фары, уступая разве что производителям автодомов. Но это не значит, что мы обязаны с этим мириться. Lamborghini, вы схалтурили — и вам это сходило с рук годами.