Многие ещё помнят строчки из советской песни времён Гражданской войны 1918-1923 годов «белая армия, чёрный барон снова готовят нам царский трон». Чёрным бароном называли тогда одного из лидеров Белого движения барона Врангеля, который носил чёрную черкеску. Но уже символически «чёрным» лучше назвать бывшего подчинённого Врангеля, тоже барона, барона Унгерна. Его назвали ещё «безумным бароном». Вот он-то действительно готовил царский трон, причём не только для России. «Самодержец пустыни» – так называется книга Леонида Юзефовича об Романе Фёдоровиче фон Унгерн-Штернберге, которую я хочу порекомендовать к прочтению в нашей рубрике «Искусство о войне». 10 января с даты рождения «чёрного барона» исполнилось 140 лет.
Из пантеона белого движения Унгерн выделяется, так как многим известным белогвардейцам не хватает мифологии, что у Унгерна хоть отбавляй. Этим, кстати, он похож на героя из противоположного, красного спектра, я имею в виду Че Гевару. Как бы это парадоксально не звучало, несмотря на свою контрастностью они во многом похожи. В конце я вернусь к их сравнению.
Как можно понять по фамилии, русский офицер Унгерн был немецкого происхождения. Барон вёл свою родословную от гуннов, в его роду можно найти рыцарей, крестоносцев и даже пиратов. При этом 72 представителя погибли за Россию – Унгерн был потомственным военным и тоже жаждал подвигов и славы. На японскую войну 1905-1907 он пошёл добровольцем, но не удалось не удалось, пока Унгерн добрался до войны, она закончилась. В 1913 он подаёт в отставку, чтобы участвовать освободительном движении монголов против Китая. Но получив известие о начале Первой мировой, срочно спешит на европейский театр военных действий.
Но в Монголию барон ещё вернётся.
На военный полях Европы Унгерн зарекомендовал себя исключительной храбростью, граничащей с безумием. Был пять раз ранен, пять раз награждён орденами, один из которых – орден Святого Георгия. С этим орденом он не расстанется до самой своей смерти. Несколько раз сбегал из госпиталя с незажившими ранами.
Революция застаёт Унгерна на службе в Маньчжурии. Он участвует в белом движении и формирует «Азиатскую дивизию», отдавая предпочтение инородцам-кочевникам, бурятам и монголам. (Вспомним, что буряты и якуты отлично воюют и на СВО). Когда белые терпят поражение от красных, барон вместе со своей дивизией уходит в Монголию.
Там Унгерн вынашивает грандиозные замыслы. Он хотел восстановить ни много ни мало империю Чингисхана с монархом во главе. «Чёрный барон готовил царский трон» не только для России, но и для всей Европы. Унгерн сделал ставку на азиатов. По его мнению, Европа находилась в упадке, а Азия пребывала в девственном Средневековье. (Как показала впоследствии история, азиаты больше подошли коммунистическим режимам. Кроме Кубы, они сейчас все находятся в Азии.)
Восстановление абсолютного монархического режима барон начал с Монголии. Монголия на то время потеряла независимость и была оккупирована китайскими войсками. Теократического правителя Монголии Богдо-хана китайцы посадили под домашний арест.
Вид для своей евразийской армии у Унгерна был соответствующий: под портупеей он носил длиннополый монгольский халат с нашитыми на него золотыми царскими погонами. На груди барона красовался тот самый орден Святого Георгия. На знамени его дивизии присутствовали как узоры из буддистских свастик, так и корона с гербами Российской империи. На полотнище была вышита надпись: «С нами Бог!» и профиль Христа. Унгерна в его походах всегда сопровождали ламы и пифии, к предсказаниям которых барон всегда прислушивался. Исходя из них, он выстраивал свои планы. Но иногда, веря предвещаниям, он поступал им вопреки.
В конце 1920 года барон с полутора тысячами всадников осадил Ургу, столицу Монголии, и несмотря на семикратное превосходство китайцев взял её штурмом черёд несколько месяцевчв За день до штурма люди барона из-под носа китайцев выкрали арестованного Богдо-хана, а сам Унгерн в одиночку провёл разведку города. При свете дня по главной дороге он въехал в Ургу на коне, осмотрел дворец китайского наместника и беспрепятственно вернулся. На обратном пути он избил нагайкой спящего китайского часового, охранявшего тюрьму, – барон не терпел нарушения дисциплины не только в своих, но и в чужих войсках.
Появление барона в осаждённом городе деморализовало китайцев. Они верили, что Унгерн пользуется сверхъестественными силами. И не только они. Сами монголы за его бесстрашие и жестокость считали Унгерна «белым богом войны» и думали, что пули барона не берут.
Любители кинематографа могут увидеть образ Унгерна в сумасшедшем полковнике Курце из культового фильма Френсиса Форда Копполы «Апокалипсис сегодня». Как и для этого персонажа, война для Унгерна была религией, Апокалипсисом, в котором он видел себя одним из его всадников.
После восстановления теократии в Монголии весной 1921 года Унгерн пошёл крестовым походом на большевистскую Россию. Но тут военная удача от барона отвернулась. «От тайги до британских морей всех сильней оказались Красная Армия». И после серии неудачных боёв, барон был предан своими офицерами и попал в плен к большевикам.
Таков вкратце воинский путь барона Унгерна, «белого бога войны».
Вернусь к Че Геваре, с которым я провокационно хочу сравнить Унгерна. Красный команданте и чёрный барон – это сравнение может показаться очень натянутым, а для многих, возможно, и кощунственным. Но оба были яркими харизматиками, яростными пассионариями, и оба они мыслили большими масштабами, целыми континентами. Че Гевара мечтал распространить коммунистическую революцию на всю Южную Америку, а Унгерн, чтобы восстановить традиционный монархический порядок, хотел через Азию завоевать Европу.
Судьба этих исторических персонажей похожа. Вне зависимости от своих политических пристрастий и тот, и другой представляли собой тип древнегреческого героя, героя, который бросает вызов судьбе. А миф о герое не может состояться без его трагической гибели. Че Гевара после победы кубинской революции мог оставаться на Кубе, а Унгерн после взятия Урги – в Монголии. Оба они могли пользоваться плодами своих успехов. Но за триумфом героя неизбежно следует фиаско. Магнит судьбы тянет героя к смерти. Че Гевара во главе партизанского отряда отправился в Боливию, а Унгерн пошёл походом на Советскую Россию. Для обоих кампании закончились полным поражением и смертью.
И Че Гевара, и Унгерн были расстреляны в разные времена, на разных континентах. Есть посмертное фото Че, и на нём он похож на Иисуса Христа – боливийские крестьяне до сих пор считают его святым. Есть и характерная фотография Унгерна за полмесяца до его смерти. Он чинно, как на троне, сидит перед советским следователем в своём монгольском халате со Святым Георгием. Взгляд пронзительный, ледяной. Взгляд бога войны.
Дмитрий Селезнёв (Старый Шахтёр) специально для @wargonzoya