Соколиная охота XVII века была не только практикой, но и особым языком. Люди охоты говорили иначе, чем военные, чиновники или крестьяне. Их речь состояла из слов, которые точно описывали движения птицы, этапы охоты и тонкие различия в поведении ловчего сокола. Этот язык не был второстепенным. Он формировал способ мышления и позволял понимать охоту как сложный и осмысленный процесс. Сегодня многие из этих слов утрачены, а вместе с ними ушла часть культурного опыта эпохи. Слово «напуск» обозначало не просто выпуск птицы с руки. Это был строго определённый момент, когда все условия считались подходящими: ветер, положение дичи, состояние ловчей птицы. Напуск требовал точности и выдержки. В этом слове заключалась идея своевременности. Ошибка в напуске означала неудачу всей охоты, поэтому термин нес в себе больше смысла, чем простое действие. «Вабило» называли предмет или приём, с помощью которого птицу возвращали после напуска. Но за этим словом скрывалось больше, чем техника. Вабило треб