Похитив президента Венесуэлы и его жену, Трамп сорвал аплодисменты у части своих фанатов и даже у некоторых противников. Спору нет, дерзость операции впечатляет. Но яркость первого шага не гарантирует стратегического успеха. Трамп может и проиграть эту рискованную партию.
Как поведёт себя Мадуро в суде? Пока мы этого не знаем. Но предположим, он выберет путь воина: категорическое непризнание вины, отказ от сделки, обличительный пафос в адрес американского империализма.
Заткнуть ему рот будет непросто. В США полно недоброжелателей Трампа, в том числе среди журналистов. Чтобы испортить настроение нелюбимому президенту, они будут охотно транслировать высказывания подсудимого. И европейские СМИ не останутся в стороне.
Если у Мадуро хватит храбрости и ума, он построит политическую часть своей защиты на обличении империализма «гринго», приносящего латиноамериканцам одни страдания. Большинство «латинос» в США сейчас обозлены на Трампа из-за охоты на иммигрантов и депортаций. Слова Мадуро упадут на вспаханную почву.
Скептики возразят: когда-то Милошевич пытался дать бой в суде Гааги, но и себе не помог, и общественный резонанс был ничтожным. Но то была другая эпоха. Трансатлантическое единство (союз США и Европы) казалось нерушимым, а сегодня оно трещит по швам. Россия тогда изо всех сил стремилась стать частью западной цивилизации, а сегодня об этом даже странно вспоминать. Наконец, страны глобального Юга мало интересовались судьбой Милошевича, поскольку, с их точки зрения, это были внутриевропейские разборки.
Нынешний международный политический контекст благоприятствует Мадуро. Сцена ждёт героя, который от лица угнетённых всего мира обрушится на американского агрессора. Другой вопрос, способен ли Мадуро сыграть такую роль. По части харизмы ему далеко до Чавеса, не говоря уже о Кастро. Но иногда обстоятельства превращают заурядного бюрократа в героя.
Юридическая сторона обвинения очень мутная. В основном она построена на новоизобретённом термине – «наркотерроризм». Что он значит – непонятно, определение отсутствует. Но понятно, зачем этот термин понадобился. Если бы Мадуро обвиняли только в торговле наркотиками, военное вторжение не укладывалось бы ни в какие рамки. А так выглядит более пристойно – борьба с терроризмом.
Согласится ли судья Хеллерштейн, который ведёт дело Мадуро и его жены, с «террористической» трактовкой – большой вопрос. Весной прошлого года Хеллерштейн был одним из тех судей, которые заблокировали распоряжение президента США о высылке иммигрантов без судебного решения.
Суд над Мадуро может оказаться проблемой для Трампа. Еще большей проблемой может стать отказ американских компаний инвестировать в добычу венесуэльской нефти, ради чего Трамп, собственно, всё и затеял. Сам он говорит, что компании готовы вложить сотни миллиардов долларов, но лидеры нефтяного бизнеса пока особого оптимизма не выразили.
России из произошедшего следует извлечь два главных урока. Первый: обзаводиться слабыми в политическом, экономическом и военном смысле союзниками далеко от собственных границ – рискованно и затратно. Игра не стоит свеч.
Второй и главный урок следует из недавнего высказывания президента США. Трамп открыто заявил, что ему плевать на международное право. Фактически он провозгласил право сильного, как высшую моральную ценность: прав тот, кто сильнее. У нас другие представления о силе и правде. Но живя на одной планете с хищниками, нельзя позволить себе быть слабее их.
Макс Литвинов специально для проекта @wargonzoya