Лишай охотник был известный,
Он щелбанами зайцев бил,
Мизинцем он валил медведей
В те дни, когда запойно пил.
И вот вернувшийся с охоты
Спортсмен, добытчик, юморист,
Устало спрыгнул с вертолёта,
Красив, брутален, мускулист!
Ягдташ был полон:
В нём лежали
Два им застреленных мыша,
Бычки, початая чекушка
И больше, в общем, ни шиша.
Зато под его левым глазом
Фингал эффектно воссиял,
И на вопрос, откуда это,
Лишай ответа не давал.
А может быть в жестокой схватке
Мышом он тяжко ранен был?
А может лопасть вертолёта
Нечаянно он зацепил?
А может с леммингом подрался?
Иль глазом пиво открывал?
На наводящие вопросы
Лишай стоически молчал.
Тихонько в цоколь он спустился,
Освежевал тела мышей,
Сложил обоих в морозилку,
Потом навертит пельменЕй...
И только задом он в контенте
Мелькал в ближайшие два дня,
Старался сильно не светиться,
К Пусосе голову склоня.
Однако хейтерским каналом
Ребром поставлен был вопрос:
Какой неведомой зверушке
Лишайку стукнуть удалось?
Или у тёщи он пытался
Украсть тарелку пельменЕй,
Совсем забыв, что та бабуля
Его в десятки раз сильней?
Что приключилось с Ололошей?
Кто изувечил молодцА?
И сколько нам ещё не видеть
Его прекрасного лица?
Ш.С