Я родился в благополучной семье. Нас три брата, я – младший. Родители, Царство им Небесное, врачами работали, были порядочными. Старший брат в 14 лет попал в тюрьму. Можно сказать, я его вообще не видел в детстве. Посадили его в 14, отсидел он 12 лет. Когда он освободился, я уже учился в школе. Средний брат ушёл из семьи в 17 лет, он с нами не жил. Получается, я рос один у родителей, жили в достатке. Родители пылинки сдували, и всё было хорошо.
Вот освободился старший брат, и тут началось! Попробовал лёгкие наркотики, стал выпивать часто, по выходным – постоянно. Сауны, девочки, алкоголь… Чем дальше, тем больше. Всё это нравилось. Был молодой, лет 14 — 15 мне было. Потом пошёл криминал. По пятницам постоянно собирались во дворе с ребятами. Сначала вроде бы всё было на спорте, а потом уже перешли на алкоголь. И постоянно были драки. Даже боязнь была перед пятницей, что в пятницу надо выпивать. А как выпил, уже все было пофиг. И потом вспоминаешь, кто как напился, у кого какие были приключения: кто мужиков бил на улице, кто между собой подрался, какие были криминальные ситуации. С помощью родителей меня приземлило немножко, я отошёл в сторону. А брат старший всё равно с панталыку сбивал меня. Постоянно в выходные: «Давай курнём. Давай выпьем. Давай сходим туда. Давай сходим сюда.» Я сам по себе слабохарактерный - как "Герасим, на всё согласен".
Но тут меня забрали в армию, отслужил 2 года. Нормально отслужил, не употреблял. Я думал, что с армии приду, все наладится. Но я пошёл опять по той же дороге, криминальной. Опять алкоголь затянул на происшествие, я получил первую судимость. По пьянке избил человека, забрал у него телефон. Осудили, дали условно.
Потом ситуация повторилась. В алкогольном опьянении избил человека. Закрыли, реальный срок дали. Попал на зону, думал, что устаканится всё. Там спорт, все ребята на спорте, тоже говорили, что выйдут к семье, дети – главное. Да потому что не было употребления, под запретом не разгуляешься. Кто-то употреблял раз в год. Но в основном здраво мыслили: освобожусь, никогда не буду пить, никогда не буду колоться. А в результате – итог один. Или кладбище, или опять в зону. Освободился я. Опять старая компания, да ещё появилась после тюрьмы новая криминальная - уголовники, уже со стажем, с большими сроками, не по одному разу. Тоже постоянно в выходные были клубы, употребление и употребление, развратный образ жизни, ничего хорошего.
Познакомился с девушкой, порядочной. Она не пьёт, не курит. Я думал, может Боженька мне эту девушку послал, чтобы я жил, радовался жизни, ни в чём не нуждался. Она со мной маялась 6 лет, за мной бегала постоянно. Из 6 лет я с ней всего 2 года, наверное, прожил, а так всё криминальные компании, уголовники, алкоголь, и опять меня затянула эта трясина, уже надолго. Я стал употреблять каждый день, раньше хоть какие-то тормоза были, в выходные только. А тут я начал употреблять уже каждый день. Запои стали такие жёсткие. Не было такого, что пару стопочек – и домой. Как бездонная бочка, как насос. Такое ощущение, что этот насос уничтожал алкоголь, но уничтожил он меня. Дальше – больше.
По алкоголю 16 судимостей ещё было, и всё драки, хулиганка. Бог отвел, что не заезжал на зону, то штрафы, то исправительные работы, то условно. Допился до того, что попал в притон. Я не мог уже из этого болота вылезти самостоятельно. Там такая разношерстная компания была. Я думал, что я сильный. Думал, что меня боялись и потому приносили алкоголь. И я пил, просто безбожно пил. Допился до того, что у меня отказали ноги, уже не до криминала, хоть самого там бей. Силы покинули. Думал, что всё, не выкарабкаться из этой трясины, с этого дна.
Как-то раз созвонились с близким другом. Не знаю, как получилось, что мы попали в монастырь. Я хапнул там глоток воздуха, жизни. Опять в себя поверил, всё вроде бы восстановил. Были в монастыре и свои нюансы. Тоже чуть там не умер, потому что был в тяжёлом алкогольном состоянии, и трясло, и белая горячка была. Вылез из этой ситуации и остался в монастыре. В монастыре люди работали, монастырь реставрировали. Они рядом жили, гражданскими считались. По вечерам после работы наловят рыбы, щуку закоптят, постоянно разлив, зависалово. И был у них спортивный закуток: брусья, турник. И я утром забегал на турник, на брусья. Вечером зайду, работники рыбу коптят, предлагают: «Давай забубеним. Зачем тебе это надо? Что ты там просто так время проводишь?» Я – не-не. Я восстановился. набрал сил. А эта болячка, болезнь, всё равно как будто просила: «Выпей там с ними, закуси, там нормально, природа, речка, всё нормально.» Боролся я, боролся. Не получилось у меня, всё-таки болезнь победила. Я стал уже съезжать, чтобы объяснить монахам, что мне зуб надо сделать, съездить домой. А у меня в подсознании это уже сидело, что надо мне выпить.
Я вышел из монастыря, думаю, бутылочку пива только выпью. Что будет-то? Выпил бутылку пива, потом вторую, третью. Вроде бы нормально, жизнерадостно, без происшествий. И в результате 9 месяцев запоя. Последний месяц я вообще ничего не ел, только употреблял. Опять в притон попал. И алкоголь мне заливали, можно сказать, потому что руки тряслись до такой степени, что не мог стакан взять. Ноги не ходили, отказали вообще. Увезли меня в реанимацию, там кровью блевал. Помогли мне, дали ещё шанс пожить. В больнице набрался сил за 3 месяца, лечился, восстановили. Я вообще в коме лежал, врачи меня "футболили" с одной больницы в другую, опасались, что вообще не довезут. Но этого я не помню. Помню только реанимацию, подозрение на цирроз. Но, Слава Богу, всё обошлось.
Я вышел из больницы, опять набрался сил, набрал вес. Когда из монастыря ушел, было во мне 120 кг. В реанимацию заехал — 72 кг. Средний брат забрал меня к себе домой. А там мероприятие – день рождения, девушки пили вино. А я еще на уколах был, витамины, что ли колол. Девушки собрались дальше погулять где-нибудь, а я решил посуду убрать, тарелки помыть. Стал прибираться. А в фужерах вино осталось. И я раздумывал: выливать или не выливать. И мне одна половина говорит: «Вылей!», а другая говорит: «Выпей! Выливать, что ли?» Победила плохая половина, и я выпил.
И пошло-поехало! Это было 4 мая что ли, и потом я помню только 3 декабря. За мной друг приехал, близкий, из Краснодара в Северодвинск приехал, в притон зашёл. После больницы я попал в тот же марафон, наступил на те же грабли. Запой был такой же длительный, как после монастыря. Друг довез меня до Краснодара. Как я доехал – вообще не понимаю. Может, с Богом. Через 2 дня после такого запоя опять же весил 70 кг, ноги не ходили, а я с сумками бегал по Москве, пересаживался с поезда на поезд.
В Краснодаре мы пошли в монастырь, пошли на группу анонимных алкоголиков, я познакомился с ребятами. После такого марафона ещё голова не на месте, да в другом городе. Вообще ничего не понимал сначала. Если честно, думал, что секта какая-то. А какая секта может быть на территории храма? И вот так зацепился. Сначала тоже не верил: какие-то шаги, программа… Сейчас я в четвёртом шаге, 8 месяцев трезвости. Я попадал в пьянки, где люди пьют, а меня не тянет и употребить не хочется.
Я не хочу вспоминать прошлую жизнь, у меня сейчас жизнь новая. Я, как будто, заново родился. Бог не оставил меня, значит я для чего-то нужен, другим людям, больным алкоголизмом, может, нужен.
Я в программе, благодаря Богу и сейчас трезвый. Мне нравится жить трезвым, без криминала. Нужно новую жизнь строить, хочу семью, ребёночка, чтобы всё было благополучно. Хочу помогать людям, тоже страдающим от этого заболевания. Спасибо, что выслушали.