Начало.
31 декабря, с него всё началось, с него и описываем.
Есть хочется, так что просто жр.ать до синих колик! Но нельзя, нельзя! Стоит только открыть холодильник, отовсюду крики:
- Не тронь! Это назавтра!
1 января.
Под бой курантов в двери ввалился Новый год, перецепившийся за Старый, бездыханным телом валяющийся в направлении порога с вытянутой рукой.
До дверной ручки дотянуться не смог. Рука устала принимать от всех на посошок. Сам устал тоже.
Новый год кубарем вкатился под Ёлку. Вокруг завопили:
- О! На Новенького!
Заглотив сразу с двух рук, Новый год покосился на уже напровожавшегося Старый год гостя, лежавшего фотокарточкой в салате. Салат был любимый. Селедка под той самой шубой. Шубу явно погрызла моль, и лицо уже мало, что смогло испортить.
Приняв на Новенького, Новый год принял за здоровье, счастье, любовь, деньги, удачу.
За что принимал ещё, уже не помнил, потому что фанатки начали щипать волоски из его бороды, и кричать:
- Трах, тибидох!
Хозяйка смущенно отвела глазки. Трах, тибидох при таком количестве народа, это…как-то не романтично.
Дед Мороз со Снегурочкой, спустившиеся с восьмого, или восемнадцатого, никто точно не знал этажа, потребовали шест, включить «Стоп» Саманты Браун, и отключить уже эту гирлянду, вопящую не по-русски, хэппи безди ту дей. Почему безди, тоже никто не знал, но было весело.
2 января.
Все пытались вспомнить, что вчера было, куда делся Дед Мороз, и почему Новый год спит лицом в салате.
Дед Мороз, выйдя из душа, долго искал Снегурочку под ёлочкой. Не найдя, плюнул, и пошел в ЗАГС, подавать на отчуждение от рода. И к нотариусу, чтобы лишить наследства.
Постучавшись во все запертые двери, долго доказывал операм, что он не взломщик.
Операм, привезшим Деда по адресу, срочно налили целебного.
3 января.
Гости разъехались, категорически отказавшись забирать с собой оливье, гуся с яблоками, огрызками, точнее, на посошок согласились все. К счастью супермаркет уже работал.
4 января.
Теща долго выговаривала за то, что у мужа бледный вид. Видать, его не кормят. Муж с отвращением смотрел на селедку под шубой, решая, где бы раздобыть подходящей моли. Моль, попытавшись вычислить количество единиц, которые ей надо было развоплотить, срочно попыталось перекинуться в число Авогадро, но перепутала с авокадо, растолкла его в молекулы, чем вызвала несварение черной икрой.
5 января.
Врача вызвать не представлялось возможности из-за загруженности скорой.
6 января.
Есть нельзя. До первой звезды. Какое счастье! Небо укрыто тучами. Счастье множится!
7 января.
Гусь под яблоками, вытащенный из морозилки, при разморозке вспомнил полетные качества. Кот, счастливо ухвативший его за хвостик, был счастлив.
8 января.
Домовой печально пел марш из Сонаты для фортепьяно № 2 си-бемоль, глядя на раздутого кота.
Кот вопил, и категорически отказывался верить в то, что в праздничные дни найдется хоть один внятный ветеринар. А раз таковых нет, то нечего у него отнимать последнюю радость в виде недоглоданной ножки гуся.
9, 10, 11 января.
Простояли в очереди в аптеку. Кто-то бегал вдоль очереди и рисовал на ладошках номера. Чтоб значит, обочечники не просочились.
- Дорогой, вставай…
- ЧТО, ОПЯТЬ?!
- Да нет! Уже на работу! Новогодние каникулы кончились!
12 января.
Какое счастье!!!
Новый год растворился в череде дней нового года. До следующего 31 января.
Он ещё не знал про традицию «на посошок»,…и в этом было его счастье!