В начале 70-х мои родители купили "Урал", тяжёлый мотоцикл с коляской.
Среди нашей родни и знакомых не было людей, имевших автомобиль, легковушки вообще были редкостью в нашем городке. А вот мотоцикл можно было купить. И он был настоящей рабочей лошадкой. Столько воспоминаний, связанных с ним!
Помню, как однажды перед праздником 9 мая в местной газете бросили клич: у кого есть "Урал", просят откликнуться. Папа сообщил о себе. И вот на шествии в честь Дня Победы он с несколькими десятками других мотоциклистов медленно ехал по центральной улице. У каждого водителя в коляске стоял пионер в белой рубашке, он левой рукой держал флаг, правой держался за ручку коляски.
А я смотрела на них, стоя на обочине дороги, гордилась папой и мечтала стать пионеркой.
И ещё яркое воспоминание: в одну из суббот папа уехал собирать грибы в боровые леса, окружающие наш городок, приехал вечером с коляской, доверху набитой белыми грибами. Мама насчитала 18 вёдер, когда доставала их. Весь вечер и всю ночь родители топили печку и перерабатывали грибы, ведь в сыром виде их негде было хранить. Чистили, отваривали и мариновали. Без конца сушили, пусть и не до конца, важно было хотя бы подвялить, выгнать лишнюю жидкость, чтобы потом досушивать, не боясь появления червяков. Утром мы, дети, встали, мама покормила нас жареными грибами с картошкой и ушла спать. Полдня мы провели без родителей, играя и гуляя просто так. А ведь обычно по выходным с утра нам давали работу по дому. Принести дрова, полить огород, нарвать траву кроликам и т.д.
Коляска мотоцикла была такой объёмной, что в ней размещались трое детей. Конечно, по правилам втроём нельзя было ездить, поэтому старший брат сидел в кресле, прикрывшись чехлом, а мы с сестрёнкой прятались у него в ногах, размеры коляски позволяли. Иногда с нами ездил наш двоюродный брат, он тоже забивался вниз. Когда мы выезжали с территории городка, все высовывались и торчали из коляски, как опята на пеньке.
Наш папа очень любил лес, в любое время года выбирался туда и прихватывал нас, детей. Мама просто так любоваться природой не хотела, ездила только по грибы и ягоды, ещё на рыбалку.
И вспоминается, как мы ночевали на берегу какого-нибудь озера, а их в наших краях великое множество. Мы брали с собой резиновую лодку, чтобы рыбачить с неё, и вот ночью, перед рассветом, папа будит меня, спящую у затухающего костра. Мы садимся в лодку и плывём в тишине предрассветного тумана, лесные птицы ещё спят. Слышен только плеск от вёсел. Я опускаю руку в воду, она кажется куда теплее, чем была вечером. Туман меняет очертания озёрного берега и островков, дарит ощущение волшебства.
Возвращаемся с рассветом, когда вокруг звучат птичьи песни, и папа поясняет, какие именно птицы поют. Мы начинаем варить на костре двойную уху на завтрак. Сначала в котелке отваривается рыбная мелочь, затем на этом бульоне варится рыба покрупнее.
Вечером мы навьючиваем мотоцикл и едем домой.
В последний раз я проехалась на "Урале" уже в подростковом возрасте. Гостила у бабушки в деревне, пошла с компанией на танцы в соседнее село. Туда доехали на рейсовом автобусе, а обратно шли 3 километра пешком через лес. Только вышли на дорогу, как нас обогнал бабушкин сосед на "Урале". Предложил подбросить. А нас семь человек! И что вы думаете, мы все кое-как разместились и тихонько, но доехали. Сидели на бензобаке, багажнике, на задней части коляски и на передней, двое в коляске. Мне до сих пор смешно, а тогда я и вовсе хохотала, глядя, как мы облепили мотоцикл.
А ведь когда-то я очень боялась этого мотоцикла, потому что его называли железным конём. История про этот страх и его причины у меня написана, как-нибудь опубликую.