Внимание!!! Все имена и события в этом рассказе вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми и событиями имеют случайный характер.
*******************************************************************************
Всем доброго здравия!
Всю свою жизнь я связал с автомобильными дорогами, их эксплуатацией и ремонтом. Но получилось это случайно, как это часто бывает с людьми. После школы я поступал в Ленинградский Инженерно-Строительный институт.
Его главное здание на 2-й Красноармейской у Техноложки - в нём и была приёмная комиссия.
В наше время там находится Архитектурно-Строительный Университет. А до революции в этом здании располагался 2-й дом Общества дешёвых квартир. Это я узнал много позже, когда мы с Тасей нашли серебряный жетон этого Общества.
Но далёкое прошлое и постсоветское будущее ЛИСИ к нашему рассказу отношения не имеют. Так что не будем отвлекаться от заявленной темы.
Выбрал я в институте Авто-транспортное отделение Механического факультета. Поскольку с самого детства был влюблён в шоферскую профессию, и вот почему.
Отец долгое время работал шофером, и я с восторгом слушал его рассказы. В войну он был угнан немцами в Германию. А когда их освободили наши, стали спрашивать, кто из них бывший шофёр. Отец соврал, что до войны ездил на машине, хотя видел автомобиль всего два раза - и то издали.
Его и определили в шофера. Но поначалу он так шоферил, что когда вёз артиллеристов в кузове и пушку на прицепе, они его остановили. И старшина с наградами на груди, сказал: "Я всю войну прошёл и остался живой. А ты нас такой ездой после войны угробишь. Нет, мы уж лучше пойдём пешком. А ты отвези нашу пушку без нас".
Но потом у отца всё наладилось, он ездил и в Германии на Студебеккере, и по Брянщине на ЗИСе, и по Чукотским дорогам на МАЗе с ещё деревянной кабиной.
Старший брат тоже шоферил - иногда он мне даже разрешал на безлюдной дороге проехать за рулём своего Зил-157. Помню, что я ужасом смотрел, как он при движении бросал руль и начинал прикуривать сигарету. Только когда и я поработал на "Колуне" без гидравлики, понял, что руль на нём сам по себе не вертится.
В общем, я был влюблён в автомобили и во всё, что с ними связано. Поэтому и поступал на Авто-транспортное отделение, где на третьем курсе даже выдавали шоферские права.
Но туда меня не приняли по зрению - правый глаз единица, а левый подвёл. Уселся я там же на подоконник на лестнице, и слёзы сами по себе покатились из моих глаз. Накрылась моя мечта медным тазом. А рядом на том же подоконнике рыдала девчонка - её по зрению не приняли на Архитектурный факультет. Сказали, что там она не сможет чертить мелкие детали зданий.
Я её потом встречал в институте, она поступила на факультет ВК. А я поступил на Автодорожный факультет - всё поближе к машинам. Полтора курса отучился неплохо. Но потом пришёл брат из армии, я связался с их компанией и забросил учёбу. Был отчислен за прогулы на лекциях и пошёл в армию. Отдал Родине долг в Группе Советских Войск в Германии.
После службы отучился на шофера в Пушкинской автошколе и работал в дорожной организации водителем. Но подходил крайний срок восстановления в институте. И через 5 лет я восстановился в ЛИСИ на второй курс вечернего отделения.
Одновременно перешёл на дорожный участок ЛЕНАВТОДОРА поближе к Питеру. Там летом работал на асфальтовом катке Ду-50, а зимой - на шнеко-роторном снегоочистителе ЗИЛ 157 Д 470. Приходилось работать и в бригаде дорожным рабочим.
Начальник участка мне сказал: "Всё понимаю - учиться надо. Но у меня нет возможности отпускать тебя в учебные отпуска на сессии." Вот так я 5 лет и делил свой очередной отпуск на две сессии. Вечером после смены брал себя за шкирку и тащил на учёбу. Плюс дорога - час туда и полтора обратно.
Никаких трейлеров для катка на участке не было - добирался до места работ своим ходом. Нарисовал на катке шашечки такси спереди, чем немало веселил честной народ в городе и окрест.
Но смех смехом, а езда на такой технике маленько отличается от езды на мерседесе. Всё трясётся, дребезжит и ревёт - всю душу вытрясет такая поездка. Но самое неприятное - это крутые спуски, коих на дорогах было изрядно. Приходилось со всей силы упираться ногой в рычаг передачи, который мог легко выскочить без нагрузки. И тогда пришлось бы мне бежать от своего катка, как волк в "Ну погоди!". Кстати, у него был точно такой же каток, как и у меня - шеститонный ДУ 50.
Годы спустя, когда я был по делам в Кипени, увидел там перед воротами Сельхозтехники свой каток с шашечками такси. Поздоровался с ним как со старым другом. Видно, списали со службы старичка. И мне почему-то стало горько.
Что касается работы на участке, то атмосфера там была, как и везде - несколько любимчиков при начальнике и все остальные. Как раз в то время на предприятиях ввели КТУ - Коэффициент Трудового Участия. Так вот, нескольким своим приближённым начальник ставил повышенный КТУ, остальным - как повезёт.
И была ещё дополнительная халтура - мы окашивали обочины и отвозили сено в совхоз. Там выгружали его в силосные ямы.
За это совхоз платил хорошие деньги налом. Начальник делил их между своими втихаря. Кому-то тоже перепадало маленько, остальным - ваще ничего. Причём своему дружку он оставил повышенный КТУ даже после того, как тот был пойман ГАИ за езду в пьяном виде.
Так меня взбесила эта несправедливость, что написал на картонке стихи на эту тему, а картонку повесил в раздевалке:
И потянулись паломники в нашу раздевалку из соседних. Пришли и начальники почитать моё настенное творчество.
Мне была интересна реакция людей на этот стих. Начальник и те, кого я клеймил, прочли молча и молча же удалились. Мастер что-то хмыкнул в кулак. А рабочие выразили одобрение мне и негодование в их адрес. Меня удивила солидарность людей - даже те, кому заплатили за сено, поддержали меня. Получилось точно, как в фильме ГАРАЖ, хоть и по другому поводу.
Не знаю как и из каких фондов, но через день премию выдали всем, кого обошли вначале. Потом начальник подошёл к бригадиру: "Как Николай работает в бригаде? - Отлично работает, лучше всех. Ещё и других подгоняет!" После этого мне тоже повысили КТУ.
А в связи с тем, что кроме своего катка я освоил на большом асфальте и более современные двухвальцовые катки-тандемы, мне присвоили высший 4-й разряд моториста асфальтового катка. И чтобы два раза не залезать в мою трудовую книжку, одновременно присвоили бригадирский 4-й разряд дорожного рабочего.
Вот так завершился этот конфликт. Вообще начальник был интересный человек. Помню, что его водитель рассказывал: "Когда едем с ним по чужим территориям, начальник вертит головой и возмущается: "Вот ямы не заделаны, куда они смотрят! А тут труба выпирает из асфальта, не видят что ли! Канавы не чищены - лужи на дороге!"
А когда пересекали границу его участка, он уже не вертел головой, не смотрел на дорогу и не считал ямы, а начинал дремать.
Он был не хуже и не лучше других начальников, хоть и не давал мне учебные отпуска. А когда ушёл на пенсию и попросил меня принять его на работу, я взял его мастером к себе. Но работать на линии он не смог и по возрасту, и без привычки. А вакансий на кабинетную работу у меня не было. Так что через какое-то время он ушёл.
Что касается работы на его участке, то все пять лет я отучился на вечернем отделении ЛИСИ без очередных отпусков. А диплом защищал, уже работая мастером в городском дорожном управлении ДОРМОСТа. И попал я туда в женский коллектив, где все мастера, прорабы и механик были женщины. И начальником ДЭУ тоже была женщина. От неё и от девчонок я много чему научился в дорожном деле, уже как ИТР. В общем, получилось как в фильме "Берегите Женщин." - один мужчина на весь женский экипаж.
Сразу после защиты диплома меня перевели из мастеров в прорабы, а через год назначили на вакантную должность главного инженера. Так я вошёл в состав районной номенклатуры, с чем меня поздравила начальница. Там я и застал перестройку, будь она неладна. И увидел, кто пришёл к власти в районе на волне первых выборов.
Но об этом в другой раз. Всем удачи!
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...