Часть 1-я. Казачьи походы в царствование Алексея Михайловича
После открытия русскими первопроходцами великой реки Амур до окончательного присоединения её берегов к нашей стране прошло двести лет. Что же происходило в те два столетия вокруг Амура, прежде чем он стал границей между Россией и Китаем?
Первое упоминание реки Амур в международных документах появляется 25 июня 1670 года. Именно в тот день император маньчжуров Сюанье подписал послание русскому царю, в котором сообщал, что «в районе Амура мелкие разбойники, твои подданные, напали на наших сборщиков соболя».
Естественно, имя великой дальневосточной реки Амур в том письме звучало иначе – «Сахалянь-ула», Чёрная река, как её называли маньчжуры. Русские этот язык не знали, и гонцы из Пекина дали им копию императорского послания на монгольском языке. Уже в Москве монгольское имя «Кара-мурэн» (Чёрная река по-монгольски) перевели как Шилка – столичные чиновники из Сибирского приказа, управлявшего далёкими восточными окраинами, ещё не очень разбирались, где начинается собственно Амур, а где его притоки…
С государственной принадлежностью Амура тоже было всё непонятно. К тому времени русские первопроходцы, именно их небольшие отряды маньчжурский император именовал «мелкими разбойниками», уже почти четверть века собирали на берегах реки меховую дань и строили укреплённые остроги. Первый официальный представитель власти приехал из Москвы на берега Амура ещё в 1653 году, чиновники русского царя планировали основать на этих землях новое воеводство.
Но за то время, пока первые русские люди осваивали Приамурье, южнее возникла огромная империя. В июне 1644 года, когда отряд первопроходцев Василия Пояркова впервые вышел на берега Амура, в полутора тысячах вёрст к югу армия маньчжурских племён захватила Пекин. За следующие десятилетия маньчжуры покорили почти весь Китай, основав свою империю Цин. И когда в 1670 году император Сюанье отправлял письмо московскому царю с первым упоминанием Амура, на берегах этой реки находилось не более тысячи русских, а всё население России не превышало 14 миллионов человек, тогда как в новой китайской империи насчитывалось почти 100 миллионов подданных.
Ранее китайцы хотя и бывали на берегах Амура, но почти не интересовались этими северными для них землями. Маньчжуры же считали «Чёрную реку» своей сферой влияния, так как здесь, среди не знавших государственности малочисленных племён, издавна проживали и их дальние родственники – народности дючеров и орочёнов. Русские называли их «тунгусами». Сами маньчжуры, впервые столкнувшись с русскими первопроходцами, изначально тоже посчитали пришельцев «неизвестным сибирским племенем».
В итоге берега Амура стали спорной территорией между Русским царством и маньчжурской империей Цин. Первое вооружённое столкновение произошло уже в 1652 году, когда казаки Ерофея Хабарова разгромили атаковавший их маньчжурский отряд, в три раза превосходивший первопроходцев по численности.
«Здесь на великой реке Амуре стоят драки сильные с воинскими людьми, что присланы от царя богдойскова» – архивы сохранили датированное апрелем 1655 года письмо об этих событиях, отправленное в Якутск «служилым человеком» Онуфрием Степановым. «Богдойским царём», или «богдыханом», русские именовали маньчжурского императора.
В своём письме якутскому воеводе Онуфрий Степанов рассказал, как маньчжурские войска безуспешно осаждали построенный казаками Кумарский острог, расположенный на правом берегу Амура, на территории, которая сегодня является китайской провинцией Хейлунцзян: «А приехали те богдойские воинские люди со всяким огненным боем, с пушки и пищальми, и знамена у них всякой розной цвет… Из Кумарского острожку государевы служивые люди и амурские казаки выходили на вылазку, и многих богдойских людей побили и отбили у них 2 пищали железные, порох и ядра…»
Спустя три года сибирский казак Степанов, известный среди своих под прозвищем Кузнец, погибнет в бою, когда 11 казачьих лодок столкнутся с полусотней маньчжурских боевых кораблей на Амуре, там, где в него впадает река Сунгари.
Основной целью казаков было закрепление на Амуре и его притоках для сбора ясака – налога с местного населения в виде пушнины. Данной цели казаки добивались посредством строительства острогов по рекам Приамурья, которые являлись центрами сбора ясака.
Основной задачей маньжурского государства цинов являлась покорение Китая, что требовало мобилизации абсолютно всех сил этого народа. При этом Маньчжурия становилась беззащитной для любого внешнего воздействия. Таким образом, внешняя политика империи Цин преследовала две цели: во-первых, оккупация Китая, во-вторых, создание наиболее безопасной обстановки в своём тылу. Эта концепция действовала до полного покорения Китая маньчжурами, так как с момента достижения этой цели империя высвобождала огромные силы для активной внешней политики за пределами Китая. Первоначально к осуществлению данной цели, то есть охраны Маньчжурии как тыла, не надо было прикладывать никаких усилий так как, Южную Маньчжурию окружали подконтрольные цинам племена.
Ход действий в Приамурье в 1643 – 1662 гг.
В июне 1643 г. якутский воевода Петр Головин снарядил на исследование Амура экспедицию служилого человека Василия Пояркова. Поярков доложил воеводе о богатствах края и изложил свое мнение о необходимости приведение местных народов в русское подданство. В 1649 г. новый якутский воевода Дмитрий Францбеков помог промышленнику Ерофею Хабарову снарядить новую экспедицию в составе 70 человек. Когда отряд достиг Даурии, казаки узнали, что весь ясак уже уплачен некому «князю Богдою» (так местные называли цинского императора), почему русские вскоре вернулись в Якутск за подкреплением. Здесь Хабаров получил новые инструкции насчет будущих действий: «А велеть им говорить, чтоб князь Богдай с родом своим и с племенем и со всеми улусными людьми был под государевою нашего царя и великаго князя Алексея Михайловича всея Русии высокою рукою в холопстве, потому что государь наш страшен и велик, и многим государствам государь и обладатель». В ходе новой экспедиции, усиленной еще полсотней казаков и пушками, русские постоянно подвергались нападениям. Одна из самых ожесточенных битв произошла возле городка даурского князька Албазы весной 1651 г. После его взятия, казаки начали делать из него форпост для дальнейшей экспансии – Албазинский острог. В сентябре Хабаров захватил один из поселков ольчей и основал Ачанский острог. Местные князьки несколько раз безуспешно пытались выбить русских, но потом покорились. Новое нападение произошло 26 марта 1652 года. Маньчжурское войско (600 маньчжур и 1500 солдат из местных племен), скрытно сосредоточившись возле крепости, пошло утром на штурм, застав казаков (206 человек) врасплох. Тем не менее, штурм был отбит, после чего полторы сотни человек пошли на вылазку, обратив маньчжур в бегство.
В 1653 г. на Амур прибыл царский посланник Зиновьев, чтобы наградить Хабарова за присоединение новых территорий и составить собственное мнение о новых землях для доклада государю. Уезжает Зиновьев вместе с Хабаровым, оставляя О. Степанова за главного. Со Степановым связана активизация деятельности по сбору ясака в данном районе. Весной 1654 года, казаки, испытывавшие острую нехватку продовольствия, пошли вниз по Амуру к реке Сунгари. 6 июня русские силы нарвались на китайские корабли (3 000 человек). После короткого боя русские взяли часть китайских суден на абордаж, а остальные китайские силы отступили в близлежащую крепость. Попытка штурма успехом не увенчалась и Степанов отступил вверх по реке, где и зазимовал в Кумарском остроге.
В январе 1655 г. началась подготовка военной операции, а уже в марте армия во главе с полководцем Минъаньдали в составе 10 000 человек и 10 пушек осадила Кумарский острог, осада которого продолжалась около месяца. Маньчжурская армия потерпела поражение. Далее русские нанесли маньчжурам несколько ощутимых поражений.
Большой цинской армии противостоял маленький казачий отряд. Однако после осады Степанов наносит ощутимые поражения цинам. Действительно численность казаков была в несколько раз меньше, чем численность маньчжурских войск. Но, говоря о численности войск, нужно также учитывать их эффективность, куда включены понятия боеспособности солдат, мобильности армии, морального состояния войск, искусности полководцев. Малочисленность казаков компенсируется их очень высокой эффективностью. Не имея возможности победить казаков военной силой, маньчжуры решили взять их измором, полностью разорив селения местных народцев, поставлявших русским воинам провиант. Чтобы раздобыть продовольствия Степанов спустился вниз по Сунгари летом 1558 г. Здесь русские бойцы приняли неравный бой против 47 китайских галер. В итоге 270 человек погибло, а остальные бежали. Несмотря на поражение, экспансия на Дальний Восток не останавливалась: продолжали строиться поселки и остроги, осваивались земельные угодья. В 1681 г. сюда была послана новая экспедиция, окончательно подчинившая русскому влиянию Приамурье, бассейн р. Уссури и часть бассейна Сунгари.
Ход дипломатических действий сторон в 1652 – 1662 гг.
В 1654 г. в Пекин прибывает торговый караван Ярыжкина, снаряжённый на деньги казны, который не являлся официальным посольством России, а преследовал цель получить информацию о ведении торговли в Китае, распродать привезённые из России товары. Ярыжкина заставляют пройти ритуал коу-тоу, то есть официально принять статус зависимой от Китая державы, варварского государства. Таким образом, цины, не добившись успеха в военных действиях, стремятся вписать Россию в свою иерархическую схему, где Китай – высший, а Россия – низшая. Ярыжкин не был наделён полномочиями посла, однако в глазах цинов произошло торжество конфуцианской доктрины и превосходства Китая.
Первым государственным посольством России в Китай было официальное посольство Байкова, которое прибыло в Пекин 3 марта 1656 г. «с уверениями от Алексея Михайловича в мире и дружбе» и «с целью установления посольских связей и постоянной торговли». Одновременно с временем пребывания посольства атаман О. Степанов «нанёс несколько ощутимых поражений» цинам. Такие агрессивные действия, а также отсутствие инструкций вести переговоры по амурскому вопросу у Байкова могли послужить причиной отказа в удовлетворении интересов Российского государства. Также немаловажной причиной отказа Байкову была его твёрдая позиция не проходить ритуал коу-тоу. Что же обусловило отсутствие необходимых инструкций у Байкова? Если Москва знала о столкновениях её подданных с империей Цин, почему не стремилась об этом говорить? Ведь если начать политические переговоры, то рано или поздно это приведёт к установлению границ или точному разделению сфер влияния, что снимет обострённость в регионе и приведёт к приостановлению боевых действий. Москва не была заинтересована ни в обсуждении амурского вопроса, ни, тем более, в разграничении Приамурья, потому что являлась не обороняющейся стороной, а агрессивной: постоянное расширение сферы влияния русской администрации на территории Приамурья являлось образом действий России. Наоборот же империя Цин затрагивала амурский вопрос, стремилась решить его прежде всего политическим путём. Таким образом, уверения Москвы о мире и дружбе с цинами носили характер ничем не обоснованных заявлений, преследовали цель открыть сверхприбыльную русско-китайскую торговлю, подчинённую государству, при этом Москва не стремилась к стабилизации ситуации на Амуре, так как ей это было невыгодно.
Второе посольство И. Перфильева и С. Аблина в Китай (1660 – 1662 гг.) имело те же цели, что и посольство Байкова. Интересен тот факт, что во время подготовки посольства в России узнали о том, что Байкову и его свите угрожает опасность, была составлена грамота царём, и туда был включён следующий пункт: «ходили наши царского величества ратные люди на тое Даурскую землю войною, а того не ведали, что та Даурская земля у вас в подданстве» и что «великий государь, наше царское величество, ратных своих людей на Даурскую землю посылать не велим», но потом, когда пришла весть о благополучном возвращении Байкова в Россию, пункт этот из грамоты исчез. В отличие от миссии Байкова, миссия Перфильева не настаивала на личной аудиенции у императора. Миссия Перфильева была принята гостеприимно, им были выданы подарки от императора, был устроен пир, но результат не был достигнут: цины решили не посылать ответную грамоту царю, а предложения установить торговые и дипломатические связи были отвергнуты, так как Россия, по мнению цинов, не проявляла покорности, не признавала верховенства Сына Неба.