Материал из серии «Из первых рук: срочная служба в ВС РФ во время переходного периода военной реформы. 2010-2014 гг.»
Перед вами история, превзошедшая по части различных негативных моментов даже мои «Реактивные заметки». Опрошенный под ником Defender (Защитник) служил в 2015-2016 гг. в отдельной роте связи ВКС (Воздушно-Космических Сил) недалеко от Питера... в воинской части, которая на момент службы опрошенного являлась, наверное, худшей из всех описанных ранее в цикле интервью и большинства тех, про которые ещё выйдут материалы. И причина очень показательная, можно сказать каноничная — командир роты с несколькими контрактниками наладили «воровской ход», разложив службу подразделения, кроме небольшой части личного состава, выполнявших боевую работу. По мере повествования вы увидите, как разложение службы выглядит во всех проявлениях — как вновь прибывшее пополнение наполняется доносчиками, как из-за этого коллектив распадается на землячества, начинаются межнациональные проблемы. И как в этом бардаке проворачиваются тёмные делишки.
Хочу отметить на будущее, на всякий случай. Выбранный мною жанр интервью — «Реальная Россия» — не означает очернения военной службы, нет. Я публикую ровно то, что мне рассказывают желающие дать интервью, ещё не отказал никому, потому что уникальные истории не заканчиваются. Публикую как есть. Встречаются и образцовые воинские части (учебка РВСН в Переяславле-Залесском, бригада СПН в интервью со спецназовцем, зенитный-ракетный дивизион 6-й танковой бригады, 16-я бригада РЭБ в ЗВО), будут хорошие части и в следующих публикациях. Но их немного, видимо, потому что так в реальности и есть. Большинство же воинских частей имеют те или иные проблемы. Совершенно негативные отзывы поступили только о 138-й омсбр (в период 2012-2014 гг.) и вот теперь — от отдельной роты связи ВКС в ЗВО, возле Питера.
Личный блок
- Как вас можно представить?
— Defender.
2. В каком возрасте вы поступили на службу? Какое на тот момент у вас было образование? Укажите год и номер вашего призыва, например, «осень 2013».
— Поступил на службу в 2015 году, высшее образование. Призыв «Осень 2015».
3. Какова была ваша мотивация? Деловая — военный билет мог пригодиться для работы на гражданке? Идеалистическая — родня/друзья прошли службу, вы из семьи военнослужащих, личный интерес к службе, в том числе по патриотическим убеждениям?
— Мотивация смешанная. Все мои предки служили в армии, а сам я окончил бакалавриат, поступил в магистратуру, но ловить там абсолютно нечего, поэтому и принял решение пойти в армию. По здоровью ограничений не имелось, откосить всё равно с одной стороны не получилось бы, а с другой ни родители, ни близкие уклонения не одобряли и наверняка стыдились бы такого моего поступка.
4. Во скольких воинских частях вы проходили службу — учебка, воинская часть? Где территориально довелось служить?
— Проходил службу в Западном военном округе (ЗВО), сначала курс молодого бойца (КМБ) неподалеку от Санкт-Петербурга, затем перевели в часть непосредственного места несения службы, также за пределами Санкт-Петербурга.
5. До какого воинского звания вы дослужились к концу срочной службы? Были ли какие-то отличия в виде знаков классности, благодарностей и грамот, спортивный разряд, полученный за армейский период?
— К концу воинской службы (осень 2016 года) получил звание младший сержант. Получил несколько грамот — одну в честь годовщины образования воинской части, вторую на день связиста. Также было несколько благодарностей — в честь Дня Защитника Отечества и в честь дня ВВС.
Боевая подготовка
- Какая у вас воинская учётная специальность, какую роль пришлось выполнять по факту? Может, несколько ролей сверх штатного расписания?
— Воинская специальность по военному билету — «кабельщик-монтажник линий связи». После получения звания ефрейтора стал старшим кабельщиком-монтажником. Под конец службы, после получения звания младший сержант, изменили специальность на «командир отделения линий связи».
По факту было несколько ролей — по боевому расчету старший стрелок, по служебным обязанностям — механик радиорелейной связи, затем старший механик радиорелейной связи.
Такое положение вещей сформировалось по окончании первой трети службы и сохранялось до самого конца
2. Как вы оцениваете качество обучения по вашей воинской учётной
специальности (ВУС)? Доводилось ли принимать участие в учениях и полевых выходах? Была ли боевая стрельба у вашего подразделения?
— В целом, качество обучения непосредственно по специальности кабельщик-монтажник оцениваю, как 1/5. По идее, кабельщики-монтажники должны с помощью специального оборудования наподобие миноискателя находить место, где залегает кабель, выкапывать его, затем выполнять разрез. К разрезу крепится специальный прибор, который позволяет понять, на каком именно участке произошел обрыв. Затем кабель также выкапывается в месте обрыва, ставится муфта, и, собственно, закапывается обратно. По факту, оба прибора постоянно не работали — в одном не было батареек, а потом его вроде как украли; во втором, который был необходим для определения места порыва, постоянно имелись неполадки, а затем от него потеряли батарею, и к использованию он стал также непригоден.
Никакого обучения по специальности кабельщик-монтажник не производилось, кроме «бери лопату и копай землю где-нибудь здесь, а затем закапывай». За
время службы произошло несколько случаев, когда происходили порывы, выезжали аварийно-ремонтные команды, но что-то путное получалось у них
не часто. Тем более, что многие кабельные линии были проложены ещё в военные годы. Очень интересно, кстати, было посмотреть раритетные карты и схемы расположения этих линий. Сами карты, если не изменяет память,
были датированы 1944 годом, жёлтые, рассыпающиеся на глазах. Основные знания по ВУС, указанной в военном билете, мною были получены в частном разговоре в курилке с контрактником, который руководил ремонтными работами.
Что касается по факту занимаемой должности «механик радиорелейной связи» — здесь дела обстояли иначе.
Изначально, после КМБ, я должен был попасть в пункт управления связи ЗВО, но, так как у меня высшее образование, то отправили в отдельно стоящую роту связи, с целью поставить на должность «хакера» (канцеляра). По приезде, в первый же вечер, старшина поручил установить и наладить работу игры World Of Tanks, как приоритетную задачу. Пока скачивал и настраивал, в помещение вошёл командир роты, оказавшийся не то узбеком, не то таджиком — сделал замечание за нарушение безобразий и тут же приказал сделать так, чтобы принтер работал. А в принтере закончились картриджи с чернилами, требовалось ехать в город, чтобы закупиться. Я понял, что проваливаю задачу за задачей, но старшина приободрил меня гениальной фразой: «Если ты не лох, не прислуга — не будь чмошником, "гасись"!». Обычно «гаситься от службы» означает отправиться в госпиталь или на должность каптёра или канцеляра, но в этой роте связи большая часть службы как раз и проходила в «стиле тыловика», поэтому (парадокс) «гаситься» я отправился на боевое дежурство.
На следующий день меня отправили в наряд помощником дежурного по КПП. А затем, после знакомства с командиром нашего взвода, я узнал, что в части помимо основных нарядов ведётся боевое дежурство по поддержанию боеготовности линий связи.
И я честно сказал, что хочу попробовать, тем более кое-какие навыки работы с электроникой у меня есть. После этого меня стали ставить на боевые дежурства — так и пошло моё обучение по специальности «механик радиорелейной связи».
В целом, контрактники, которые заступали с нами на боевые дежурства, были
большими специалистами, правда, не все. Учили на совесть. Поскольку я закончил ВУЗ, очень быстро освоил требуемую информацию, конспектировал всякие тонкости и моменты, разбирал схемы и принципы работы радиорелейных станций двух типов.
Затем уже сам стал учить пацанов, которые заступали со мной на боевое дежурство, и мы стали вполне неплохим сработавшимся боевым расчетом.
Что касается учений. На моей памяти было порядка 10 учений, все они были
связаны с боевыми вылетами самолетов, а также проводились какие-то учебно-боевые стрельбы ПВО. Более того, постоянно возникали неполадки со связью, приходилось регулярно проводить настройку.
Кстати, на нас, по сценариям каких-то своих учений, «нападали» не то спецназовцы, не то разведчики. Подбрасывали «бомбы», а однажды вообще захватили наше КПП, проехав в кузове машины, которая привозила жратву. Наряд, конечно, испугался — сидишь, спокойненько куришь себе, о жизни думаешь, а тут из знакомой машины выпрыгивают мутные персонажи в масках и с оружием, захватывают тебя и заставляют на четвереньках выползать на плац.
С нашей стороны каких-либо выездов со станцией не было, потому что антенно-мачтовое устройство нашей станции смогли установить только один раз, после чего сломали механизм свёртывания мачты, дальнейшие свёртывания-развёртывания без ремонта были невозможны.
В целом, учебно-боевая работа была весьма насыщенная.
Также нашу роту однажды отправляли на учения на танковый полигон в Сертолово, но, по прибытии, оказалось, что учения уже кончились. После чего нас хотели отправить демонтировать палатки и собирать мусор, но никто ничего не смог организовать, и в итоге было принято решение возвращаться обратно в часть.
Также, в конце лета, была масштабная командировка роты на работы, отправилась туда большая часть личного состава, но я в эту командировку не попал из-за боевого дежурства. Парни там занимались обычной работой по расчистке территории, выбрасыванию и передвижению старых агрегатов от машин в автопарке. Говорили, что довелось повидать проржавевшие под открытым небом автомобили — «гнилые», ставишь ногу на бампер — нога проваливается. После работы ходили купаться или выпивать с контрактниками.
По срокам эта командировка заняла больше месяца, а на боевом посту нас осталось только два срочника. Мы дежурили 8 часов через 8 часов, без остановки. При этом, как всегда, по закону подлости, объем задач резко увеличился.
_______________________
Комментарий: в нашей бригаде похожая ситуация произошла, когда мы уехали на окружные учения. В ППД остался из нашего подразделения только мой сослуживец по прозвищу Качок. Месяц он дежурил 24/7 в одиночестве, отрабатывая задачи по связи, отправляясь посыльным в город и по территории части. По его словам, как будто 2,5 месяца в одиночной камере отсидел — тяжелейшее напряжение для психики.
Когда я вернулся с попутной машиной в ППД за месяц до дембеля, Качок встретил шуткой: «А воооот и мой слоооник приехал, кого-то буду п%здить скоро». Ирония заключалась в том, что несмотря на моё возвращение и постановку на дежурство, сеансы сыпались только в дни дежурства Качка. И так до самого моего дембеля. За это время мы успели не раз заняться «набивкой рабочих поверхностей локтей и голеней», но беззлобно.
_______________________
Полевые выходы, если так можно сказать, также несколько раз имели место быть.
Однажды, на передающем узле, который был расположен на территории нашей части, но к нам не относился (был отдельной в/ч), ночью украли систему радиосвязи. И мы ходили по окрестностям искать следы похитителей, но «план Перехват результатов не дал».
После этого случая к нам приезжала куча ответственных лиц из военной комендатуры, но окончания процесса я не знаю, так как почти поселился к тому времени на дежурстве. А через некоторое время контрактники с этого узла связи позвали нас пострелять из пневматического пистолета, выданного для стрельбы по ворам, если ещё раз полезут.
Затем был другой полевой выход со схожим результатом.
Поступила задача протянуть кабель до другого узла связи, порядка 10 км. Сначала на протяжении двух месяцев копали канаву по лесу, ломали асфальт на дорогах и так далее. Затем оказалось, что копали не в ту сторону, стали копать в правильную. С горем пополам канаву подготовили — пришёл черёд укладки кабеля.
Для укладки используется специальный механизм — на грузовик Урал крепится катушка с кабелем, грузовик едет вдоль канавы, разматывает катушку, а солдаты укладывают провод и закапывают. Катушка развалилась от старости почти сразу после начала работы, спутав кабель наподобие проводов от наушников в кармане. Огромный моток погрузили на Урал, стали медленно ехать, постепенно распутывать и укладывать. В итоге грузовик застрял в болоте, мы его всю ночь выкапывали, выбились из сил. А на утро половина ещё не уложенного запаса кабеля исчезла в неизвестном направлении.
Комментарий: ниже по тексту станет ясной возможная причина исчезновения — среди контрактников было несколько адептов воровской идеологии АУЕ («арестантский уклад един»).
3. Проводились ли за время службы стрельбы из стрелкового оружия? Как вы оцениваете качество обучения стрелковой подготовке — приводилось ли ваше оружие к нормальному бою, тренировались ли вы в упражнениях на прицеливание с командирским ящиком, как часто стреляли и сколько выдавалось патронов на обычную стрельбу?
— Стрельб проводилось несколько. Перед присягой — 6 патронов, из них 3 пристрелочные, 3 на зачёт. Затем зимние стрельбы, уже не помню, сколько патронов, вроде бы, около 10. И затем летние — там по 25 патронов.
По факту, стрельбы должны были производиться несколько раз в неделю, в том числе ночные, стрельбы трассирующими патронами, из различных видов оружия, метание гранат и так далее. Но, по факту, ничего из перечисленного не
проводилось.
Все стрельбы производились из положения лёжа, без всяких изысков.
Однажды едва не довелось пострелять по живым мишеням — по бродячим собакам.
У нас на территории откуда-то развелось много бродячих собак, бегавших стаей. Как-то раз на утреннем разводе командир роты выполнил воинское приветствие и едва произнёс «Здравствуйте, товарищи!», а мы едва набрали воздуха, чтобы гаркнуть приветствие в ответ, как между строем и командиром промчалась с визгом стая бродячих псов. Командир немедленно поставил задачу старшине фразой «Старшина, ты понял, что надо делать?».
На следующий день старшина привёз нам охотничье ружьё и напутствовал «%баште, мужики!». Собак убивать нам не хотелось — жалко, — поэтому мы попытались испугать их выстрелами в воздух. Стреляли по очереди, поэтому ружьё оказалось всё же в руках солдата, возжелавшего пальнуть по живой
мишени — попал в самую добрую из собачек. Вдобавок, закопал он её в
снег, а не в грунт, так что весной она оттаяла и начала разлагаться, после чего потребовалось перезахоронение.
В целом, что касается какой-либо воинской подготовки, у нас был отличный контрактник, прошедший Вторую Чеченскую и увлекавшийся страйкболом. Он же дежурил по связи и учил нас специальностям боевого расчёта. Ему мы обязаны полученными знаниями, плюс, рассказами о том, как правильно кидать гранаты, например, если бы нам пожелали провести занятие по их метанию.
Физическая подготовка
- Занимались ли вы спортом до армии? Имелись ли спортивные разряды? Готовились ли физически к срочной службе, как именно?
— До армии я занимался тайским боксом, порядка полутора лет, а также по
стандарту: турник, брусья, специальная физподготовка для боксеров. Разрядов как таковых не было, но базу получил неплохую. Физически к срочной службе дополнительно не готовился, считал себя и так в должной степени готовым
2. Каким образом проходили занятия по физподготовке? На какие нормативы вас готовили — подтягивания, бег 100 м, 1 км и так далее?
— Максимально интенсивная физподготовка проводилась на КМБ (на курсе
молодого бойца). То есть в этот период службы реально много всего проводилось, потому что непонятно было кто куда попадет — кто в роты охраны аэродромов, кто в связь, кто ещё куда. Качали всех, по стандарту —приседания с собственным весом, отжимания, ходьба гуськом, турник, брусья, бег на разные дистанции, статические упражнения (Делай раз, делай два, полтора!).
В части с физподготовкой было проще — зарядку проводил дежурный по роте из срочников: вялая разминка, минимальная пробежка, турник (почти никто не подтягивался), брусья (почти никто не отжимался) и курилка (почти все, кто курил, делали подход-другой). Время от времени бегали с голым торсом вокруг части, но редко.
Сами по себе занятия по физподготовке не проводились, вместо них наряды и рабочки. Для фотоотчета иногда симулировали, например, фото на старте и фото на финише, но не более того. То же самое делали контрабасы, но они загоняли срочников в казарму на время фотоснимков, чтобы мы над ними не угорали.
3. Как вы оцениваете результат от физической подготовки, если считать от начала занятий до первой ответственной задачи, когда она могла пригодиться?
— В целом, физподготовка у связистов должна быть весьма и весьма специфичная, потому что мало упражнений, имитирующих рытьё земли, перетаскивание громоздких аккумуляторов и тому подобных видов деятельности в неудобных положениях.
Но, свою подготовку для выполнения специфических задач я бы оценил на 4/5.
4. Как именно проходили спортивные праздники, если их устраивали — футбол, волейбол, борьба, «качалка»?
— Время от времени играли в футбол. Порой между собой боролись, но это
строго пресекалось командирами, во избежание травм — однажды я поймал на «гильотину» сослуживца, и в этом положении нас застал один из контрактников, после чего нам пришлось долго и муторно качаться.
Также боролся с корешем, причём схватились перед вечерней поверкой, но там я попался на болевой на ногу, долго терпел и пытался освободиться. В итоге нога на некоторое время отказала, однако контрактник внимания не обратил.
Как таковых спортивных праздников особо не проводилось, никто не хотел этим заморачиваться.
Повседневная жизнь части
- Как вы оцениваете приготовление пищи в вашей части? Хватало/не хватало? Требовалось ли бегать в «чипок» («Часть Индивидуального
Продовольственного Обеспечения Красноармейца» — магазин при воинской
части) специально, чтобы добрать рацион?
— Приготовление пищи по пятибалльной шкале можно оценить на слабую тройку.
Наша рота стояла отдельно от батальона в лесу. Пищу привозили из батальона,
по остаточному принципу. В основном это был бигус с полусырой селедкой —на обед и ужин. На завтрак чаще всего привозили рис или гречку с кусками «подошвы» — какое-то мясо неизвестного происхождения. По средам в меню появлялось нечто похожее на плов — рис с куриными костями, но, в принципе, поглодать можно было.
Два раза в неделю давали пельмени, которые очень любят ставить в укор современной армии, якобы, солдаты зажрались. По факту, я не знаю, из чего эти пельмени делались, потому что после них нужно в течении 10 минут успеть прибежать в туалет, иначе крайне высок риск оказаться недееспособным. Поэтому их старались не есть.
В общем, на ужин большинство солдат ело хлеб с чаем, потому что бигус в горло не лез уже. Супы — это тоже какая-то баланда: вода с капустой и какими-то огурцами.Салаты также отсутствовали, но вместо них была гнилая кукуруза. С голодухи ели, но теперь я кукурузу вообще не ем после армии.
Так обстояли дела с питанием в части. На КМБ с едой было лучше, продукты как будто отбирали неплохо, кроме мяса. Летом мы использовали возможность сходить в лес вокруг части, чтобы набрать черники, грибов, чтобы разнообразить пропитание.
Чипка у нас не было, как и магазина. Вообще, если ты заболел или надо купить носки, например, то приходилось давать денег контрабасу на бензин. Если едешь вместе с контрактником, то обязательно купить за свои что-нибудь контрактнику, а только затем себе. Поэтому случались самоволки до ближайшего магазина, но это крайне рискованная затея.
Выручали посылки из дома. Но я делился с товарищами ровно один раз, потому что приметил, как народ свои посылки прячет, жрёт втихую по углам, да к тому же вынужден отдавать долю контрактникам. Помню историю по этому поводу, когда на посту достал шоколадку из присланного и сделал первый укус — сполз на пол и сидел, не в силах справиться с эйфорией, настолько было вкусно. А ведь на гражданке цена такой шоколадке копеечная, не проблема достать хоть десяток.
2. Как вы оцениваете выданную форму — ходили в «цифре» или во «флоре», как показала себя форма в погодных условиях вашего региона? Хватало ли подменной формы для работы в парке и на учениях? Как вы оцениваете выданную обувь, хватило ли одной пары на год или пришлось докупать за свои?
— Носил два типа униформы — авиационная офисная, синего цвета, похожая на спецовку, и ВКПО. К офиске шёл берет в те времена.
После КМБ, уже в роте, форму нам сменили на ВКПО, летний комплект, в котором мы ходили с ноября до середины января. Просто оказалось, что у нас в
баулах с полевой формой ВКПО не хватает части положенного имущества. У кого штанов, у кого нательного белья не хватает, у кого даже бушлатов.
Летний костюм ВКПО после стирки очень сильно выцветает, ну и сама по себе
ткань может порваться от резкого движения, а если зацепиться в лесу за сучок, то дыра будет знатная. Зимние комплекты сшиты из гораздо более прочной ткани, к ним претензий нет.
Носки и перчатки выдавались ровно один раз, из расчёта, что прослужат год. Конечно, это дурь полная — по факту, приходилось покупать новые носки в магазине раз в 3-6 месяцев. Процветало воровство носков друг у друга, даже грязных, даже не высохших после стирки — из-за нехватки.
3. Как обстояло дело со звонками родным по мобильным телефонам?
— Мобильные телефоны на КМБ выдавались два раза в неделю, иногда чаще. Смартфоны были запрещены, только обычные кнопочные «тапики». Хотя, пара солдат привезла с собой айфоны, но один продал свой за 500 рублей, а второй тоже отдал совсем по дешёвке, перед убытием в боевую часть.
В части ситуация была примерно такая же — смартфоны запрещены, но почти каждый имел нормальный телефон. Прятали кто как мог. Я свой прятал на станции, потому что в казарме имелись стукачи. Один боец спалился и на утреннем разводе приколачивал свой телефон к дереву гвоздем, причем телефон был хороший, какой-то «Самсунг Гэлэкси».
Контрабасы проверяли наши страницы в ВК, поэтому сослуживцы обзавелись фейковыми аккаунтами и сидели с них.
4. Проводились ли с вами занятия по информированию, они же политические занятия, в какой форме? Какие исторические темы поднимались, проводились ли занятия в связи с актуальными событиями в жизни страны?
— Политические занятия стояли в расписании, но практически не проводились. Пару раз для изучения гимна страны — самое большее. Актуальные события в жизни страны также не рассматривались.
Политинформация сводилась к случаям, когда кто-то из контрабасов по пьяному делу рассказывал, как Америка хочет захватить наши ресурсы.
5. Как организовывался досуг военнослужащих срочной службы? Экскурсии в ближайший город, в музей части? Организовывался ли просмотр фильмов и телепередач?
— Экскурсий не было, но, в транспортной доступности находился Санкт-Петербург, поэтому можно было сходить в увольнение, при условии отсутствия косяков по службе.
Я с товарищем со своего боевого поста ходил в увал. Заранее составили с ним программу, куда нужно попасть. За один день побывали в Эрмитаже, Петропавловской крепости и ещё где-то. Очень здорово вот так с головой окунуться в гражданскую жизнь, освежает.
Фильмы смотрели по воскресеньям, после обеда. Один сержант составил список
патриотических фильмов, рекомендуемых к просмотру. Почему-то включил туда «Груз 200» и ещё какой-то трешак. Поэтому его списком не пользовались, смотрели на собственный выбор.
6. Оказывал ли климат вашего региона какое-то влияние на повседневную жизнь в части? Например, в Карелии влажный, болотистый климат, что не способствует быстрому заживанию царапин, порезов, ушибов и повышает
требования к гигиене.
— Да, безусловно, климат оказывал очень существенное влияние на повседневную жизнь.
В Ленинградской области климат очень влажный. Сам я с Урала, в принципе, к суровым погодным условиям привыкший. Сейчас вообще работаю в районах Крайнего Севера, работал на берегу Карского моря. Но, скажем, -45С градусов на севере Сибири переносятся гораздо легче, чем -32С градуса на Урале, и ещё легче, чем -25С в Ленинградской области.
Мелкие ранки и правда очень долго заживают и имеют тенденцию к воспалению.
К тому же, зима 2015-2016 года была как раз холодной, температура понижалась до - 30С градусов, стоял дубак в казарме, спали в бушлатах и шапках.
Аппаратура связи также выходила из строя из-за морозов, перегорали предохранители, например.
Тёплую обувь нам выдали после пика холодов, самые морозы преодолевали в летних берцах. Помёрзли.
Лето зато жаркое, с грозами. Несколько раз приходилось переводить станцию на резервное питание от дизелей, но соляру у нас тоже крали, разбавляли водой, поэтому связь барахлила.
Неформальные взаимоотношения между военнослужащими
- Расскажите, что из себя представляли неформальные взаимоотношения между солдатами срочной службы? Была ли неуставщина между старшим и младшим призывом, между выпускниками учебок и солдатами из части? Что представляли из себя межнациональные отношения, которые года до 2014-го составляли немалую проблему в армии?
— Что касается КМБ и первого знакомства — поначалу никто никого не знал, все знакомились друг с другом, были вежливы и доброжелательны. После первых испытаний на КМБ появились первые залётчики — в основном это были татары и чуваши из глухой сельской местности, которые плохо говорили по-русски. Их самих качали чаще всего, плюс, из-за них прокачивалось всё подразделение, поэтому к ним быстро испортилось общее отношение. Пару раз в день эти ребята попадали на чистку туалета, кроме них почти никто не делал грязную работу на КМБ — настолько часто они оказывались на помощи наряду из-за языковых проблем. Они, правда, особо не парились, потому что среди них нашёлся лидер, организовавший наряд наиболее рационально, с приблудами для чистки поверхностей.
В остальном, расслоение коллектива наметилось уже на следующий день. Началось формирование землячеств.
Контрактники, особенно из АУЕшников, активно пытались внедрить систему стукачества, поощряди доносчиков, в итоге срочники не доверяли друг другу («не верь, не бойся, не проси» на практике), подчинившись навязанному ходу вещей.
Было несколько столкновений ещё на КМБ между срочниками — некоторые не
следили за языками, плюс, был немалый процент ребят из детдомов и отсидевших в «малолетке», которые сходу били в табло.
Особенно меня поразил факт, что один из сослуживцев, которому было 26 лет,
активно вещал что-то про АУЕ и прочую мракобесную ерунду. Например, когда написал письмо домой, то нарисовал на нескольких тетрадных листах воровские звезды и написал «АУЕ».
Также один солдат, из местных, активно пытался подмазаться к контрабасам, доставал для них марихуану. В итоге, когда поток поставок перекрылся, он резко впал в немилость, и напряжение в коллективе возросло ещё больше.
Отдельно хочется сказать про одного контрактника, сержанта, который был одним из командиров на КМБ. Он был снайпером во время Второй Чеченской компании, хороший человек в целом, никого не боялся. Но порой у него падала планка — он кидался ножами и просто мог кого-нибудь избить. Последнее начиналось со фразы «Хуле ты ржёшь, у%бище?!». После чего летела табуретка или другой подручный предмет. Когда в ярость не впадал, то адекватный человек, научивший многому по службе и мастер рассказывать истории из жизни. И если кто-то из срочников ломался, то подбадривал, не давал скиснуть. Такой вот противоречивый контрактник, но по деловой хватке почти эталонный сержант.
После КМБ, когда мы уже попали в часть, ситуация была несколько другая. Наша рота насчитывала порядка 35 человек, плюс/минус. Состав был крайне насыщенный — русские, татары, чуваши, ингуш, чеченец, еврей, армянин. Поначалу ладили. Но...
Теперь нужно пояснить по поводу контрабасов, которые служили в боевой части. Многие из них были ранее судимы и также топили за АУЕ — как их пропустили на стадии отбора в военкоматах, я не знаю. Другая группа состояла из ветеранов локальных конфликтов. И небольшая группа обычных, не выделяющихся военнослужащих, пошедших в армию, как на работу.
Между группировками контрабасов постоянно возникали конфликты, недомолвки и интриги. И в обеих группах находились те, кто срывал своё дурное настроение на бойцах. У сторонников АУЕ были свои любимцы-«шестёрки», которых они продвигали в дежурные по роте, чтобы те стучали на остальных. Другая часть контрабасов просто вела алкогольный образ жизни, по пьяни вытворяя мерзейшие поступки не только в части, но и за её пределами. Например, один из пьяных контрабасов, будучи в Питере, побил водителя маршрутки.
Частенько контрактники выпивали в бане на территории части. И, как понимаешь, там тоже случались инциденты. То повариху попытались затащить и изнасиловать, то один субъект словил «белочку» и сам себя командами выгнал на плац, чтобы прокачать за плохое поведение. Третий в бухом состоянии загнал наряд по КПП внутрь помещения и пытался вскрыть запершихся ломом, чтобы побить. Четвёртый строил по пьяному делу роту и по очереди пробивал «в душу», якобы «переводя в мужики».
Проституток они как-то раз вызвали. Я ночью совершал обход станций на дежурстве, вижу — совершенно голая мадам ковыляет навстречу и спрашивает с трудом: «Мальчик, есть у тебя плюшки?». Я думал, что сошёл с ума. Но за ней прибежал бухой контрактник и потащил за собой, неся какой-то лютый бред о том, чтобы я «не думал с этой блядищей что-то делать», ибо он её трахнул и заболел.
В общем, почва была исключительно благодатная для конфликтов.
И они, конечно, возникали. Наиболее агрессивными были ребята из Сибири. Один из них не умел считать и писать, не знал, что земля круглая. То есть, когда ему сказали, он просто обалдел: «Да ты что, %%%%%, была бы Земля круглой, то мы с неё попадали бы!». Сибиряки ещё часто между собой дрались.
Ингуш пытался тоже что-то из себя строить — требовал сделать себя младшим командиром, в столовой в очереди стоять не хотел, приборку делать. Но ему передали, что вокруг части есть укромные места в болотах, свободные. Он всё понял, скис и более не возникал — стал прятаться от службы в госпитале. Командир не ставил его дальше наряда дневальным, но он и от него более-менее успешно «гасился». Как-то раз заявил, что у него умер родственник, поэтому вместо заступления в наряд отправился переживать в ротную канцелярию. Когда слегка продвинулся по сроку службы, то подстригся машинкой и попытался заставить за собой убирать, но был послан на три буквы.
С чеченцем тоже было забавно. Этот как раз усиленно старался стать дежурным по роте, руководить и командовать. Заявил, что для того, чтобы побить одного чеченца нужно минимум 200 человек. Ему немедленно предложил выйти в сушилку один охочий до конфликтов парень из Омска, в ответ чеченец что-то зашипел и ушёл.
У меня тоже был конфликт с этим парнем из Чечни. Дело к дембелю шло, нас стали на зимнее довольствие переводить. В столовой этот парень попытался что-то нести про сало, мол, те, кто ест сало — гомосексуалисты (примечание:
вероятно, интерпретация полумистического тезиса из тюрьмы для малолетних преступников — «Сало %%% сосало», чтобы при передачках кому-то из арестантов от родни страдать всей камерой, но не видеть, как хомячит один). При том перед кем выпендривался-то? Немного народу было в тот момент, только заступающий наряд. Который повалил его на землю и закидал салом, мстительно хохоча. Повариха завизжала, чтобы мы прекратили свалку, но и только-то. Кстати, удивительно, но отношения с этим солдатом у меня потом наладились, даже изредка переписываемся теперь.
Вот в таком дурдоме мы жили, под дембель особенно тяжко было в эмоциональном плане, хотя мы, кто в боевом расчёте, держались особняком и разговаривали только с дельными срочниками и контрактниками.
Замечательные люди тоже имелись — вот армянин как раз. Шумный, весёлый парень, никого не боявшийся и говоривший правду в глаза. Очень здравомыслящий человек, мы с ним тоже переписываемся время от времени.
2. Как относились к офицерам? Примеры хороших офицеров и плохих?
— Офицеров было всего два (прапорщиков к офицерам не относим).
Командир роты — то ли таджик, то ли узбек, сначала майор, потом подполковник, получивший повышение. Он не совсем адекватен был. Постоянно вывозил каким-то своим смуглым братьям хлеб из столовой по несколько мешков в неделю. Ну, и просто давал странные задачи, говорил странные вещи... Даже привести сложно, звучит, как бред. У него был любимец среди контрактников-АУЕшников, который на фоне доверительного отношения распустил перья и тащил всё, что только можно — кабели, топливо, прочие расходные материалы. Однажды они дошли до того, что просто на территории части обжигали кабели и тут же везли на продажу, в сумме грузовика на два. Благодаря такому командиру у нас и часть была такой, какой я описываю.
Второй офицер — старший лейтенант, замкомроты. Он пытался вести борьбу со всем этим беспределом, причём реально — что-то у него выходило, а что-то нет. В итоге он ушёл на повышение в другую часть, заслуженно.
Потом и узбек наш получил подполковника, его перевели также в другую часть, командовать батальоном. Незаслуженно, я считаю. Когда он проставился перед «своими» контрабасами, то те напились в хлам. Прапор с сержантом подрался, сержант прапора нокаутировал так, что у того лицо опухло. Этот прапорюга при срочниках красовался часто, что может любого побить, срывался на солдатах, но сам выхватывал от контрабасов.
На его место приехал капитан, достойный человек, который сразу взялся за разгребание бардака. Насколько я слышал уже после дембеля, ему удалось с большими усилиями в целом навести порядок. С нами, с боевым расчётом он хорошо общался, мы его консультировали по части работы аппаратуры, особенностей нрава техники, о проблемах, которые нужно было вписать в список дел.
3. Отправляли ли на вашей памяти кого-то в дисциплинарный батальон или в тюрьму за неуставняк?
— Нет, в дисбат никого не отправляли, как-то всё это обходилось внутри части. Так, ставили в наряды. Даже в случае, когда один парень пробил другому голову камнем — как-то обошлось.
4. Ваше мнение, что дала армия лично вам, что вас разочаровало, а что обрадовало (если такое бывало)?
— Ну, в целом, армия позволила взглянуть на жизнь совершенно с другой
стороны. Вне армии, ты смотришь на жизнь сверху вниз, в армии, ты смотришь на жизнь снизу вверх. Сейчас, после службы, взгляд совершенно иной, безусловно.
Разочаровало, мне кажется, что в большинстве своём срочная армия не имеет большого смысла (в контексте нашей части). По факту, 90% срочников занимались уборкой территории, несением службы в виде нарядов. Грубо говоря, служба ради службы, часть функционирует ради дальнейшего функционирования. По сути, можно было оставить 4 контрактника и 4 срочника, для несения боевых дежурств, и 2 контрактника + 2 срочника для ремонта кабельных линий. А готовку и уборку заменить гражданским персоналом, и всё.
Обрадовало? Мне понравилось именно выполнение боевой работы, учения и прочее — в этом есть и какой-то адреналин, и в целом, осознание, что ты имеешь отношение к чему-то большему. От твоих навыков и умений зависит немало. Несмотря на все сложности, самосознание по окончании службы всё равно поднимается — даже если посмотреть какие-то кинохроники прошлых побед или парадов, понимаешь, что ты в какой-то степени являешься преемником этих побед.
Небольшой бонус: когда где-либо спрашивают «В армии служили?», без тени смущения говоришь «да».
В армии учишься ценить настоящую дружбу, человечное отношение к ближнему, понимаешь, кто чего стоит, появляется какая-то Вера в высшие силы. Да и сейчас, когда какие-либо трудности или сложности по работе, я всегда про себя говорю: «Ну ничего, бывало и хуже».
5. Как вас встретили после демобилизации родня, друзья и знакомые?
— После демобилизации на ж/д вокзале встретили родители, сестра, девушка, и друг, с которым вместе учились в универе. Нанёс визиты вежливости друзьям, близким, родным. Все спрашивали о том, как прошла служба, я отвечал, что нормально.
Со временем плохое забывается, воспринимаешь это с долей юмора. И иногда с яростью, когда погружаешься в воспоминания сильнее.
Послесловие
На мой взгляд, эту историю следует изучать, как наглядный образец. В прессе ведь обычно обсуждают следствия, а не причины. Ту же межнациональную рознь одни готовы обосновать какими-то предвечными и незыблемыми культурными особенностями разных народов, другие же в качестве мер для решения предлагают столь же фундаментальные изменения, которые, может, и нужны, но часто захватывают всю страну в целом. А дело-то на практике в банальных причинах — межнациональная рознь появляется при распаде воинского коллектива на землячества и замкнутые группы по интересам, когда командирам наплевать на жизнь подчинённых, когда командиры извлекают выгоду от управления разобщённым коллективом, когда командиры не владеют педагогическими, дисциплинарными и управленческими приёмами по организации воинского коллектива.
Отдельно хочется съязвить про сущность преступной идеологии АУЕ. В армии мне часто доводилось слышать как раз от вороватых контрактников выражения на тему «мы ментов не уважаем», «стучать западло» — у этих людей солдаты в полях жили впроголодь, пока начпрод нашей бригады не соизволил поработать, у этих людей перед появлением комиссий и скатерти чистые появляются для понта, и обед по норме, и даже моющее средство возле умывальника... Но до тех пор, пока не минует угроза, а затем вновь «преодолевать тяготы и лишения воинской службы», потому что должно быть плохо. Вот только сами-то «воры» как раз наводняют коллектив доносчиками, ведут непрерывную оперативную работу по выявлению, локализации и нейтрализации лидеров, которые могут нарушить «воровской ход», ведут работу по поиску и оценке нужных людей на ключевые должности, чтобы легче было воровать. Словом, держат руку на пульсе полумёртвого коллектива. То есть очередная деструктивная идеология раскрылась, как лживая и двуличная.