Марина стояла у плиты, помешивая борщ, когда услышала звук подъезжающей машины. Глянула в окно - точно Олег. Рановато сегодня с работы. Она вытерла руки о полотенце и пошла к двери.
Олег вошел с какой-то странной улыбкой, слишком широкой и неестественной.
«Привет, дорогая. Я тут мамке позвонил, пригласил на выходные. Она завтра приедет».
Марина замерла с полотенцем в руках.
«На выходные?»
«Ну да. Давненько она у нас не была, соскучилась. Я думал, ты не против».
Он сказал это так, будто сообщал о покупке хлеба. Марина кивнула, хотя внутри что-то дернулось. Валентина Ивановна в последний раз гостила у них два года назад, на Новый год. Тогда она критиковала салаты, переставляла мебель и давала советы, как правильно гладить Олегу рубашки.
«Хорошо, - сказала Марина. - На сколько дней?»
«На выходные же говорю. Суббота, воскресенье. В понедельник увезу обратно».
Она вернулась к плите. Ладно, два дня можно пережить.
Валентина Ивановна приехала в субботу утром на такси. Вышла из машины в длинном пальто и с двумя огромными сумками. Олег выскочил на крыльцо, обнял мать, взял сумки.
«Мамуль, проходи! Как доехала?»
«Нормально, сынок. Только устала - три часа трясло по этой дороге».
Она вошла в дом, окинула взглядом прихожую и поморщилась.
«Марина, здравствуй. Ой, а у вас тут пыльно как. Давно не убирались?»
Марина только вчера мыла полы.
«Здравствуйте, Валентина Ивановна. Проходите, раздевайтесь».
Свекровь сняла пальто, прошла в гостиную. Села на диван, оглядела комнату с видом ревизора.
«Ну что ж, неплохо. Правда, шторы надо бы поменять, эти уже выцвели. И диван какой-то старомодный».
Марина сжала губы. Этот диван они купили всего полгода назад, выбирали вместе с Олегом целый месяц.
«Мам, ты чаю хочешь? Или кофе?» - Олег суетился вокруг матери, как мальчишка.
«Чаю, сынок. Только покрепче, а то в дороге совсем замерзла».
Марина пошла на кухню ставить чайник. Валентина Ивановна устроилась за столом, разглядывая посуду в серванте.
«У вас тут сервиз какой-то дешевый стоит. Я вам свой отдам, хрустальный, еще советский. Вот это качество было, не то что сейчас».
«Спасибо, но у нас свой есть», - Марина поставила перед ней чашку.
«Ну как хочешь. Только жалко добро пропадает».
Весь вечер свекровь рассказывала Олегу про соседей, про ремонт подъезда, про цены в магазинах. Марина сидела рядом, изредка кивая, но в разговор ее не включали. Валентина Ивановна обращалась только к сыну, будто Марины в комнате не было.
Перед сном свекровь осмотрела гостевую комнату и снова поджала губы.
«Постельное белье старенькое. И подушка какая-то плоская».
«Я завтра поменяю», - сказала Марина.
«Да ладно уж, переночую как-нибудь. Два дня потерпеть можно».
В воскресенье утром Марина проснулась от звуков на кухне. Глянула на часы - семь утра. Она натянула халат и вышла. Валентина Ивановна уже хозяйничала у плиты, жарила яичницу.
«Доброе утро. Вы рано встали».
«Я всегда рано встаю, привычка. Вот решила позавтракать приготовить, а то холодильник у вас пустой совсем. Колбаса одна, и та непонятно какая».
Марина открыла рот, но промолчала. Она специально вчера купила продукты - творог, йогурты, фрукты, свежий хлеб.
«Олег любит по утрам плотно поесть, а у вас тут одни йогуртики», - свекровь поставила на стол тарелку с яичницей и колбасой.
Олег вышел из спальни, потягиваясь.
«О, мам, ты готовишь! Как в детстве!»
Он сел за стол, начал есть. Валентина Ивановна стояла рядом, улыбаясь.
«Ешь, сынок, ешь. Тебя тут плохо кормят, вон какой худой стал».
Марина посмотрела на Олега - он поправился на пять килограммов с весны.
«Мам, я не худой», - он рассмеялся.
«Для меня всегда будешь худым. Вот приеду в следующий раз, накормлю как следует».
В следующий раз. Марина налила себе кофе и отошла к окну.
Вечером, когда Валентина Ивановна ушла в душ, Марина спросила Олега:
«Ты завтра везешь ее обратно?»
«А, да. Вечером отвезу, после работы».
«После работы? Ты же говорил с утра».
«Ну мне на объект надо заехать, некогда с утра. Вечером свободнее будет».
Марина кивнула. Значит, еще один день.
Но в понедельник вечером Олег пришел без матери.
«Где Валентина Ивановна?»
«Дома. Устала она, говорит, еще денек посидит, отдохнет. Во вторник отвезу».
Во вторник он пришел поздно, усталый.
«Марин, прости, совсем измотался. Завтра точно отвезу».
В среду он сказал, что машину в сервис отдал. В четверг - что мать простыла, ехать нельзя. В пятницу промолчал вообще.
Валентина Ивановна обживалась. Переставила кастрюли в кухонном шкафу «как удобнее». Убрала Маринины туфли из прихожей «чтобы не мешались». Повесила в ванной свое полотенце - большое, махровое, розовое.
«Марина, а ты всегда так мало готовишь?» - спросила она за ужином в пятницу.
«Нам с Олегом хватает».
«Мужчину надо кормить. Вон он у тебя на работе целый день, а ты ему что даешь? Макароны с сосиской?»
«Я готовлю нормально», - Марина старалась говорить спокойно.
«Ну-ну. Вот я вам завтра котлет сделаю, настоящих. Увидишь, как Олег есть будет».
На следующий день свекровь действительно налепила гору котлет. Жарила их часа три, весь дом пропах маслом и луком. Олег пришел с работы, понюхал воздух и расплылся в улыбке.
«Мам, это твои котлеты? Я их за километр учуял!»
Он съел пять штук. Валентина Ивановна сияла.
«Видишь, Марина, как мужчина ест, когда вкусно готовят».
Марина молча убрала со стола. Ее котлеты Олег тоже ел, и никогда не жаловался.
Через неделю Марина поняла, что свекровь никуда не уезжает. Она разложила вещи в шкафу гостевой комнаты, принесла из дома свои тапочки, повесила на стену фотографию Олега-школьника.
«Валентина Ивановна, - Марина поймала ее в коридоре, - вы когда домой собираетесь?»
Свекровь посмотрела на нее с удивлением.
«А чего мне там делать? Одной скучно. Тут с сыном, с внуками будущими рядом».
«Какими внуками?»
«Ну вы же рожать собираетесь? Олег говорил».
Марина не знала, что ответить. Они с Олегом обсуждали детей, но не сейчас - через пару лет планировали.
«Мы пока не готовы».
«Да ладно, чего тянуть-то. Вам уже за тридцать обоим. Вот родите, я помогать буду. Я опытная, двоих вырастила».
Марина развернулась и ушла в спальню. Села на кровать, уставившись в стену. Это какой-то абсурд. Женщина приехала на выходные и осталась жить. И муж молчит.
Вечером она заговорила с Олегом.
«Твоя мама говорит, что останется тут надолго».
«Ну и пусть. Ей там одиноко».
«Олег, это наша квартира. Наша семья».
«Мама - тоже семья», - он даже не поднял глаз от телефона.
«Но мы не обсуждали, что она будет жить с нами».
«А что тут обсуждать? Она моя мать. Ей плохо одной, я не могу ее бросить».
«Никто не говорит про бросить. Но у нее есть своя квартира».
«Марина, хватит. Не устраивай сцен. Мама поживет немного и уедет».
Только она не уезжала. Прошел месяц. Валентина Ивановна вела себя как полноправная хозяйка. Готовила завтраки, обеды, ужины - не спрашивая Марину. Переставляла мебель «как правильно». Покупала продукты и убиралась по своему графику.
«Марина, ты зачем пылесосишь в субботу? Я же в пятницу убираю», - говорила она с недовольством.
«Это моя квартира, я убираюсь когда хочу».
«Ну вот вечно ты все по-своему. А надо семью слушать».
Марина стиснула зубы и вышла из комнаты.
Хуже всего было то, что Олег принял сторону матери. Во всем. Если Марина готовила ужин - он ел молча, без комментариев. Если готовила свекровь - восхищался, просил добавки, благодарил.
«Мам, ты волшебница. Никто так не готовит».
Валентина Ивановна бросала на Марину торжествующий взгляд.
Однажды Марина пришла с работы и обнаружила, что в спальне переставлена мебель. Кровать стояла у другой стены, комод передвинут к окну.
«Валентина Ивановна, кто это сделал?»
«Я. По фэншую так правильнее. Энергетика лучше».
«Это наша спальня!»
«Ну и что? Я ж хочу, чтобы у вас все хорошо было. Вон, спать будете лучше».
Марина развернулась и пошла искать Олега. Нашла его на кухне, он пил чай с матерью.
«Олег, твоя мама переставила мебель в нашей спальне».
«Ну переставила. Мам всегда чувствует, как лучше».
«Как лучше? Это наша комната!»
«Марина, успокойся. Подумаешь, мебель. Не нравится - переставим обратно».
«Дело не в мебели! Дело в том, что...»
«Хватит. Я устал. На работе проблемы, дома проблемы. Дай мне спокойно чай попить».
Он отвернулся. Валентина Ивановна смотрела на Марину с едва скрываемой усмешкой.
Через два месяца Марина поняла, что сходит с ума. Она не могла спокойно находиться в собственной квартире. Свекровь была везде - на кухне, в гостиной, даже в ванной ее вещи заполонили все полки.
«Валентина Ивановна, вы когда все-таки домой поедете?» - спросила Марина в очередной раз.
«А зачем? Мне и тут хорошо. С сыном рядом».
«Но вам не кажется, что вы слишком долго гостите?»
Свекровь выпрямилась, сложила руки на груди.
«Я не гощу. Я живу с сыном. И если тебе это не нравится - твои проблемы».
«Мои проблемы?»
«Ну а чьи? Нормальная жена рада, когда свекровь помогает. А ты только ноешь».
Марина почувствовала, как внутри закипает.
«Помогает? Вы захватили мою квартиру!»
«Захватила она. Драма какая. Это квартира моего сына, между прочим».
«Эту квартиру мы купили вместе! Пополам!»
«Вот и живите вместе. Со мной».
Вечером Марина попыталась поговорить с Олегом серьезно.
«Нам нужно решить вопрос с твоей матерью».
«Какой вопрос?»
«Она не может жить с нами вечно».
«Почему нет?»
Марина растерялась.
«Потому что... это же очевидно. Мы молодая семья, нам нужно личное пространство».
«У нас трехкомнатная квартира. Места хватит».
«Дело не в месте!»
«А в чем?» - он наконец оторвался от телефона и посмотрел на нее. - В том, что ты не можешь ужиться с моей матерью?»
«Я пытаюсь! Но она...»
«Она что? Готовит, убирается, помогает по хозяйству. Ты должна быть благодарна».
«Благодарна?» - Марина почувствовала, как к горлу подкатывает ком. - За то, что меня выживают из собственного дома?»
«Никто тебя не выживает. Просто прими ситуацию. Мама здесь надолго».
«Надолго - это сколько?»
Олег пожал плечами.
«Не знаю. Может, навсегда. У нее там квартира маленькая, холодная. Зачем ей мучиться?»
Марина смотрела на него и не узнавала. Это был чужой человек. Тот Олег, за которого она выходила замуж, был внимательным, заботливым. Этот говорил о свекрови в собственной квартире как о чем-то нормальном.
«Значит, ты выбираешь ее?»
«Я не выбираю. Просто она моя мать».
«А я кто?»
«Жена. И должна понимать».
«Понимать что? Что твоя мама важнее меня?»
Он вздохнул, потер переносицу.
«Марина, не устраивай истерик. Взрослые люди все-таки. Найди компромисс».
Она встала и вышла из комнаты. Руки дрожали.
На следующий день Марина пришла с работы пораньше. Открыла дверь - и остановилась в прихожей.
В гостиной сидели Валентина Ивановна и какая-то незнакомая женщина. Они пили чай, на столе лежали журналы с интерьерами.
«А, Марина, - свекровь обернулась, - это Галя, моя подруга. Я ее пригласила, мы тут квартирку вашу обсуждаем. Решили, что ремонт надо делать. Обои старые совсем, да и кухню пора обновить».
Марина онемела.
«Какой ремонт?»
«Ну обычный. Галя дизайнер, она поможет все красиво сделать. Правда, Галечка?»
Подруга кивнула, улыбаясь.
«Конечно. У вас тут потенциал большой. Вон стенку снести между кухней и гостиной, зону столовой сделать...»
«Стоп, - Марина подняла руку, - какую стенку? Кто вам сказал, что мы делаем ремонт?»
Валентина Ивановна поморщилась.
«Ну я с Олегом обсудила. Он не против».
«Он не против?»
«Да. Я ему вчера сказала, он говорит - мам, как скажешь, так и будет».
Марина достала телефон, набрала Олега. Он взял трубку не сразу.
«Алло?»
«Ты в курсе, что твоя мать планирует делать ремонт в нашей квартире?»
Пауза.
«Ну... она упоминала что-то».
«И ты согласился?»
«Я сказал, что подумаю».
«Подумаешь? Олег, это наша квартира!»
«Марина, я на объекте. Потом поговорим».
Он сбросил. Марина стояла с телефоном в руке, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой узел.
Вечером она собрала вещи. Немного - на несколько дней. Позвонила подруге Свете.
«Можно я к тебе приеду? Переночую пару дней».
«Конечно. Что случилось?»
«Потом расскажу».
Когда Олег пришел домой, Марина уже стояла в прихожей с сумкой.
«Ты куда?» - он нахмурился.
«К Свете. Мне нужно подумать».
«О чем думать?»
«О нас. О том, есть ли смысл дальше».
Он шагнул к ней.
«Марина, не неси ерунды. Из-за чего весь сыр-бор?»
«Из-за того, что ты выбрал мать вместо меня. Из-за того, что она командует в моей квартире. Из-за того, что ты не видишь проблемы».
«Какой проблемы? Мама помогает!»
«Она захватила наш дом! И ты это поощряешь!»
Из гостиной вышла Валентина Ивановна.
«Что за крики? Марина, ты чего устраиваешь?»
«Я ухожу. Больше не могу».
«Куда это ты?» - свекровь сложила руки на груди. - Бросаешь мужа из-за того, что свекровь в гости приехала?»
«В гости? Вы живете тут три месяца!»
«Ну и что? Семья должна быть вместе».
«Вы не моя семья!» - вырвалось у Марины.
Повисла тишина. Валентина Ивановна побледнела, Олег сжал кулаки.
«Убирайся, - сказал он тихо. - Раз мы не семья - убирайся».
Марина посмотрела на него последний раз. Потом развернулась и вышла за дверь.
У Светы она прожила неделю. Рыдала, рассказывала, не могла поверить в происходящее. Света слушала, обнимала, варила чай.
«Марин, а зачем тебе такой мужик?»
«Он же не всегда таким был».
«Был. Просто ты не замечала. Маменькин сынок - он и в Африке маменькин сынок».
Через неделю позвонил Олег.
«Когда домой вернешься?»
«Не знаю. Может, вообще не вернусь».
«Что значит не вернешься? Это твоя квартира тоже».
«Вот именно. Тоже. И я устала делить ее с твоей матерью».
Он помолчал.
«Хорошо. Приезжай, поговорим».
Марина приехала на следующий день. Квартира встретила тишиной. На кухне сидел Олег, один.
«Где твоя мать?»
«Уехала. Я ее отвез вчера».
Марина села напротив.
«Правда?»
«Правда. Сказал, что нам нужно пожить вдвоем. Она обиделась, но уехала».
«И все?»
«Все».
Она смотрела на него, пытаясь понять - верить или нет.
«Олег, если она вернется...»
«Не вернется. Я объяснил ей».
Марина кивнула. Хотелось верить.
Но через месяц свекровь приехала снова. С теми же сумками, с тем же выражением лица.
«Здравствуйте, дети. Я ненадолго, на недельку».
И Марина поняла - это никогда не кончится. Валентина Ивановна будет приезжать снова и снова. Будет хозяйничать, командовать, выживать.
А Олег будет молчать и кивать.
Она посмотрела на свекровь, потом на мужа.
«Нет, - сказала тихо. - Хватит».
«Что хватит?» - Олег непонимающе смотрел на нее.
«Всего. Я ухожу. Навсегда».
Она развернулась и пошла в спальню собирать вещи. За спиной поднялся шум - Валентина Ивановна причитала, Олег что-то кричал. Но Марина уже не слушала.
Она забрала документы, одежду, фотографии. Олег стоял в дверях, смотрел.
«Марина, не делай глупостей».
«Я делаю единственно правильную вещь. Освобождаю место для твоей мамы. Живите вдвоем».
Она вышла из квартиры и закрыла дверь. Больше не оглядывалась.
Через полгода подала на развод. Олег не сопротивлялся. Квартиру разделили - она получила свою половину деньгами, снял себе однокомнатную на другом конце города.
Маленькую, но свою. Где никто не переставлял мебель, не критиковал ее готовку, не планировал ремонт без спроса.
Она сидела на своем диване, пила кофе и смотрела в окно.
Впервые за долгое время было спокойно.
Свободно.
И правильно.