Тишина тревожна...» Темень да снег. Тишина тревожна. Крепко стоит блиндаж, к печке-буржуйке подсел осторожно бритый солдатик наш. И затеплело... Носки-носочки вязанные сухи, кровь разгоняют короткие строчки — правильные стихи. Переменившись, со вздохом жарким падает на плечо ночка. Дымится, кидает сигарки с неба — ещё, ещё. Трое вернулись, к печи притёрлись, вытянулись и спят. «Вот бы о каждом из них — да повесть!» — думает тот солдат. Выйдет на воздух, а там — красиво. Где она, та война? Будет дивиться, как неуязвимо, прочно стоит луна, думать: «Теперь ты совсем другая, грустно глядишь, как мать. Светишь? Свети. Нам с тобой, дорогая, прежними не бывать». Наталья Денисенко Подписаться | Связаться с полком Служить в полку
«Темень да снег. Тишина тревожна...»
Темень да снег. Тишина тревожна.
Крепко стоит блиндаж,
к печке-буржуйке подсел осторожно
бритый солдатик наш.
И затеплело... Носки-носочки
вязанные сухи,
кровь разгоняют короткие строчки —
правильные стихи.
Переменившись, со вздохом жарким
падает на плечо
ночка. Дымится, кидает сигарки
с неба — ещё, ещё.
Трое вернулись, к печи притёрлись,
вытянулись и спят.
«Вот бы о каждом из них — да повесть!» —
думает тот солдат.
Выйдет на воздух, а там — красиво.
Где она, та война?
Будет дивиться, как неуязвимо,
прочно стоит луна,
думать: «Теперь ты совсем другая,
грустно глядишь, как мать.
Светишь? Свети.
Нам с тобой, дорогая,
прежними
не бывать».
Наталья Денисенко
Подписаться | Связаться с полком
