До промышленной революции общинный уклад никому не мешал. Напротив, феодалам и монархам было удобнее иметь дело с единой монолитной общиной, чем с тысячами разрозненных крестьян. Так было проще решать вопросы сбора податей, общественных работ и рекрутских наборов. Сама община определяла кого отдать в солдаты, кому и когда участвовать в ремонте дорог и каким образом собрать со всех оброк.
Однако с началом промышленного бума законники Великобритании, которая вырвалась вперед в капиталистическом соревновании, всерьез взялись за крестьянскую общину.
За Британией последовали другие страны и от общины, которая была основной формой общежития с незапамятных времен, остались только воспоминания.
Чем она так не угодила? Кому помешала?
Причины уничтожения общины
Рента и выгода с акра земли без сомнения волновали землевладельцев, но власть волновало в первую очередь величие Британской Империи, а величие с некоторых пор приобрело стоимостную оценку, которую просвещённые люди успели увязать с общим благом. Так что волновало власть только общее благо, отвечающее за стоимость Великобритании, и являющееся тогда, как и теперь, мерилом её успеха, могущества и процветания.
Проблема состояла в том, что большая часть общинных земель продолжала оставаться свободной от стоимости. Неудивительно, что банальное оформление в частную собственность должно было, по мнению экспертов, приводить к увеличению ренты. Однако, если до того земля приносила пользу только общинникам и её плоды практически не участвовали в товарном обороте, то стоит говорить не о увеличение, а возникновении ренты.
Плохо это или хорошо?
- Для рынка включение новых объектов в капиталистическую экономику, без сомнения, хорошо, но
- для крестьянской общины, веками выживавшей благодаря этим землям – это была катастрофа.
Натуральное хозяйство
Ещё большей проблемой для величия было то, что крестьянские общины оставались в той или иной степени территориями натурального хозяйства, то есть внутрь общины практически не попадали деньги, а взаимный обмен общинников основывался на доверии.
В энциклопедиях натуральным хозяйством называют такое хозяйство, в котором люди производят продукты лишь для удовлетворения своих собственных потребностей, не прибегая к обмену на рынке. Всё необходимое производится внутри для обеспечения "прожиточного минимума".
Ещё там пишут, что в странах, освободившихся от колониальной зависимости, в середине XX века 50—60% населения было занято в натуральном или полунатуральном хозяйстве, и что в нем используются такие орудия производства и технологии как: мотыга, сапа, лопата, серп, и так далее.
Как заметно из определения, главным недостатком натурального хозяйства было полное пренебрежение таким замечательным рыночным инструментом, как деньги.
Мало того, что крестьяне не метались по лавкам и базарам в поиске высококачественных продуктов, низкокалорийного питания и богатых витаминами цитрусовых, так они ещё и не покупали фабричную продукцию.
И это в то время, когда, благодаря технической революции, фабрики стали производить всё больше и всё дешевле, а фабриканты сбивались с ног чтобы кому-нибудь всё это продать.
Индустриальный рост
Рынок рос, для бесперебойного роста национальной экономики нужны были новые покупатели. А в это время несознательные члены общины сами мастерили себе одежду, обувь, посуду и примитивную мебель; обходились такими отсталыми орудиями труда, как лопата, серп и молот, и так далее.
Общинники, за редким исключением, были полностью независимы от внешнего мира, оказывая друг другу услуги на принципах взаимопомощи.
Теперь представьте себе, какое количество норма-часов, при средней продолжительности рабочего дня в пятнадцать часов во времена промышленной революции оставалось не нормировано и не оплачено тому населению Англии, которое оставалось частью сельских общин?
Сколько товаров могли потребить эти люди, если вырвать их из "порочного круга" общины? А услуг?
Даже если доходы этих людей будут в несколько раз меньше, чем у обеспеченных горожан, то учитывая, что городское население Англии и Уэльса с 1700 по 1800-е года выросло с 13,3% до 20,3% населения, а дальше рост только ускорялся, то экономический бум был предсказуемо сопоставим с тем, какой происходил в Китае в начале XXI - го века.
Кстати, все экономические сверх ускорения, когда национальные экономики росли с необузданной скоростью в 10-20% в год, будь то в Китае, Индии и Африке в настоящее время, в России конца XIX – первой половины XX века и в Европе XIX века были магическим образом связаны с массовым переходом сельских жителей с натурального хозяйства на рыночное.
По непостижимому стечению обстоятельств, этот переход, по крайней мере до эры изобретения телевизионный рекламы, везде происходил под давлением государства вне зависимости от политического устройства.
Если в Англии, где зародилась промышленной революции, в 1688 году в сельском хозяйстве было занято 75% населения, то уже в 1841 году осталось едва 26%. За такой короткий по историческим меркам промежуток почти половина населения страны кардинально поменяла свой жизненный уклад, не менявшийся тысячелетиями.
ВВП как мерило величия
Зато Валовый Внутренний Продукт на душу населения с 1830 по 1870 год увеличился в Британии почти в два раза, а сама Великобритания, имея к 1750 году долю в мировом промышленном производстве лишь 1,9%, умудрилась к 1880 году увеличить до 22.9%.
Каково! За один век вырасти в 11 раз.
Конечно, в эти цифры внесли огромный вклад колонии, и особенно жемчужина английской короны - Индия, но и вклад от разрушения общин и превращение крестьян с их натуральным обменов в массу потребителей и свободных наемных работников также огромна.
Когда вы слышите о свободе, то можете представлять себе что-то романтическое и воздушное, но для либеральной идеи главное содержание свободы состоит в независимости от влияния малой общины(семьи) и как следствие от любых вариантов нематериальных отношений, в которых доверие близкому человеку превалирует над доверием к деньгам.
Только полностью освободившись от "ига" общины или семьи, человек может стать настоящим потребителем, включившись в "волшебный" круговорот продажи своего времени в обмен на деньги и через них к покупке разных товаров и услуг.
Все это помогает расти экономике, капиталистам получать больше прибыли, а людям все больше любить деньги... вместо людей.
Только как можно больше покупая товаров хороших и нужных, только беря как можно больше потребительских и ипотечных кредитов, добросовестный гражданин может повлиять на рост ВВП и, как следствие, на величие капиталистической родины.
Благодарю за прочтение. Если было интересно, подпишитесь, чтобы не пропустить новые статьи.
Невозможно изложить в нескольких коротких статьях все разнообразие аргументов. Поэтому, если тема интересна, еще больше интересного в книге "Евангелие от Дарвина. Эволюция доверия".
Читайте еще на канале: