Это было лето 1749 года. Воды Средиземного моря, обычно лазурные и спокойные, в тот день были серыми от порохового дыма и затянутого тучами неба. Берберийская шебека «Аль-Барк» (Молния) сошлась в смертельной схватке с испанским фрегатом недалеко от побережья Туниса.
Воздух дрожал от грохота. Капитан Хасан-реис, высокая фигура в алом кушаке и ярких шароварах, стоял на юте, возвышаясь над хаосом палубы. В одной руке он сжимал обнаженную саблю, другой указывал на приближающийся борт испанца.
— Левее! Взять левее, псы! — его голос перекрывал свист картечи и треск ломающегося дерева. — Цельтесь в ватерлинию!
На переднем плане кипела работа. Расчет главного калибра — тяжелой бронзовой пушки — из последних сил пытался развернуть орудие. Старый артиллерист Омар, одетый в темно-синий халат и зеленые шаровары, навалился всем телом на ганшпуг (деревянный рычаг), упираясь босыми ногами в палубу. Его лицо потемнело от напряжения, жилы на шее вздулись. Рядом с ним молодой матрос в белой рубахе, с повязанной на голове чалмой, толкал колесо лафета, стиснув зубы. Орудие, казалось, приросло к доскам, но под их напором медленно, со скрипом, начало поворачиваться.
Чуть поодаль, у самого фальшборта, стоял высокий нубиец в белых одеждах. В отличие от суетящейся команды, он казался воплощением спокойствия. Опираясь на длинный мушкет, он холодно наблюдал за вражеским кораблем, выжидая момент, когда дым рассеется достаточно, чтобы послать пулю в испанского офицера.
Бой был жестоким. Испанцы отвечали залп за залпом. Щепки летели во все стороны, паруса обвисли, изрешеченные ядрами. На палубе, раскинув руки, лежал темнокожий матрос, сраженный шальной пулей мгновение назад. Рядом валялся брошенный банник. Никто не останавливался, чтобы помочь ему — в бою скорбь откладывали на потом.
— Огонь! — взревел Хасан-реис, когда увидел, что пушка наконец смотрит в нужном направлении.
Артиллерист поднес фитиль. Грохнул выстрел, от которого, казалось, содрогнулось само море. Шебека накренилась от отдачи, густое облако белого дыма окутало палубу, скрывая фигуры матросов. Сквозь звон в ушах послышался треск ломающейся мачты на испанском корабле.
Хасан опустил саблю и хищно улыбнулся сквозь густую бороду. Это было удачное попадание. Битва еще не была окончена, но чаша весов сегодня склонилась на сторону корсаров.
Если интересно, прошу поддержать лайком, комментарием, перепостом, и даже может быть подпиской! Не забудьте включить колокольчик с уведомлениями! Буду благодарен!