Есть красота, которая заставляет сердце биться чаще, а есть — которая просто «в тренде». Мы интуитивно чувствуем разницу, но редко задумываемся о её причинах. Откуда берутся эти негласные правила, эти вековые каноны, по которым мы оцениваем привлекательность? Почему одни черты кажутся прекрасными вне времени, а другие — лишь мимолетной прихотью моды?
Ответы, лишённые романтических иллюзий, но оттого не менее прекрасные, даёт Иван Ефремов в своём философском романе «Лезвие бритвы». Его герой, учёный-биолог Иван Гирин, на одной из своих публичных лекций обращается к аудитории художников и скульпторов с манифестом научного подхода к эстетике. Это не просто рассуждения о прекрасном, а попытка докопаться до «грубой основы нашего понимания причинности тех или других эстетических ощущений».
Канон как ключ, а не узы
Ефремов сразу расставляет приоритеты. Для него поиск закономерностей красоты — не ограничение творчества, а путь к его истинной свободе. Через уста своего героя он обращается ко всем, кто создаёт:
Но скажу другое: разве вам, художникам, не интересны и не важны причины, по которым одну вещь мы считаем прекрасной, а другую — нет? Разве вам не нужно понять, что же такое критерий красоты, хорошего вкуса, на чем основано эстетическое удовольствие? Разве вам не хочется знать все это именно, чтобы избежать посредственности, личных ошибок, чтобы лучше вооружиться в борьбе за новые, высшие ступени искусства?.. Разве для вас строгая закономерность форм прекрасного кажется узами, а не ключом, открывающим путь к бездонному разнообразию творений природы?..
Это ключевой тезис. Каноны красоты не выдуманы — они открыты. Они укоренены в самой природе человека, в его биологии и тысячелетней истории выживания. И Ефремов предлагает нам чёткую систему, чтобы их увидеть.
Биология прекрасного: инстинкт как фундамент эстетики
Автор связывает наше чувство прекрасного с половым отбором, но не в вульгарном смысле, а как механизм эволюции. Этот инстинктивный выбор, служащий «великой цели продолжения рода», постепенно оформился в то, что мы называем эстетическим наслаждением. Красота — это сигнал о здоровье, силе и жизнеспособности.
Ефремов методично разбирает человеческое тело, объясняя, почему именно такие черты закреплены в нашем восприятии как идеальные:
Черты силы и активности
- Прямая осанка, распрямленные плечи, высокая посадка головы. Это признаки энергии, развитого тела, готовности к действию. Мы читаем в них достоинство и силу.
- Выпуклые мышцы у мужчин. Показатель физической мощи, способности к охоте и защите.
- Шея мужчины средней длины и толщины. Обеспечивает устойчивость и защиту в борьбе.
Черты здоровья и функциональности
- Большие, широко расставленные глаза. Чем больше глаз, тем больше сетчатка — тем острее зрение, ключ для выживания.
- Ровные, плотные зубы, изогнутые правильной дугой. Такая дуга максимально прочна для пережёвывания твёрдой пищи.
- Длинные, изогнутые ресницы. Они лучше защищают глаз, а отогнутые кончики не слипаются.
- Густые брови. Их функция — отводить пот от глаз.
- Прямой нос. Обеспечивает прямой, беспрепятственный поток воздуха.
Черты, связанные с материнством и заботой
- Мягкие линии женского тела, развитый жировой слой. Ефремов напоминает, что это не просто «красиво», а резервный запас пищи для женщины и ребёнка в период вынашивания и кормления. Этот слой также служит защитной «прокладкой» для плода.
- Длинная, гибкая шея у женщины. Даёт быстроту и обзорность — качества стража, охраняющего потомство.
- Длинные волосы. Закрепились как идеал в те времена, когда не было одежды. Они позволяли укрыть младенца от холода у груди.
- Длинные ноги. Приспособление к быстрому, лёгкому и долгому бегу — необходимому для успешной охоты или спасения.
Мода и канон: что вечно, а что преходяще?
И здесь мы возвращаемся к исходному вопросу. Ефремов не отрицает моду. Он чётко разделяет: мода — это культурный, часто искусственный слой, который может диктовать свои, порой странные, идеалы. Но под ним лежит прочный фундамент биологических канонов.
Эти каноны не меняются тысячелетиями, потому что не меняется наша биологическая природа, законы выживания и продолжения рода. Мода может на время заставить восхищаться хрупкостью или бледностью, но инстинктивно мы будем тянуться к тому, что сигнализирует о здоровье, энергии и жизненной силе.
Суть взгляда Ефремова: трезвость и глубина
Ефремовский анализ — это взгляд без мишуры. Он разбирает красоту «по косточкам», показывая её не как произвольную условность, а как высшую целесообразность. Это знание не ограничивает, а освобождает. Оно даёт понимание:
- Почему мы чувствуем красоту именно так.
- Что в нашей реакции — глубинное, природное, а что — наносное, культурное.
- Что истинная эстетика всегда имеет корень в реальности, в функциональности, в жизни.
Красота по Ефремову — это гимн жизни, здоровью и целесообразности. Это не про глянец, а про суть. И чтобы понять её, нужно не слепо следовать трендам, а «читать» язык природы, заложенный в нас на уровне инстинкта. Именно такой взгляд — трезвый, научный, философский — и позволяет отсечь всё лишнее, встав на то самое «лезвие бритвы», где встречаются истина и совершенство.
Фото: Альфред Эйзенштадт
