Юрий Кашаев, совсем ещё молодой пограничник, только прибыл после учебного пункта на заставу, расположенную на границе с Польшей. Сегодня они вместе со Славой Вдовиным пожали друг другу руки и разъехались по заставам. Они вместе призывались из районного города Тольятти, хотя какой он районный, на дворе стоял 1984 год, и в этом городе, где прошло их детство, юность, жило больше семисот тысяч жителей.
Юра потоптался на ступеньках заставы, глянув вверх, прочёл: «Застава — дом родной». Да, подумал Юрий, «на время службы родной». Он вспомнил, как их сегодня, несколько человек, приехавших на эту заставу, встретили пограничники, служившие здесь. Попросту сказать, деды. И масло вечером было, и пюре с котлетой из неизвестного зверя, он так и не понял, какого, после учебки, где была квашенная капуста, эта котлета была съедена за три прикуса, и баня с парилкой и веником. «Хороший приём на заставе, не то что в отряде, здесь застава, каждый день с боевым оружием на границу». «Ну что стоишь, молодой, спать иди, отбой, завтра вставать вам, служба настоящая начнётся», — проговорил старослужащий-пограничник с опущенным ремнём, а не затянутым поверх бляхи над пуговицей, как у Юрия Кашаева. Юра вздрогнул от неожиданности, успев подумать: «Вот подобрался, не слышно, ну и я так научусь, вот послужу столько, сколько он, и научусь». Он повернулся: «Сейчас пойду», — торопливо проговорил он, поправляя ремень и заходя внутрь заставы. Ложась спать через несколько минут на кровать, он невольно подумал о своём друге Славе Вдовине. Где он, встретили его так же хорошо на заставе, как и его, или нет, и уже засыпая у Юры мелькнула мысль, что всё будет хорошо, это граница, и ребята хоть и деды, но такие парни, и что звание пограничника он пронесёт через всю свою жизнь, это станет неотделимой частью его жизни независимо от времени и обстоятельств. В его сознании укрепилась мысль, что пограничники не уходят со службы, даже когда их форма и погоны остаются в прошлом. Пограничников бывших не бывает. Западная граница, 1984 год.