Мы сидели на старом полуразрушенном мосту. Внизу, в глубоком овраге, текла речка, больше похожая на грязный ручей. Дон Хуан бросил в неё камень.
— Вот он, мир, — сказал он, не глядя на всплеск. — Тональ. Весь набор: вода, камень, звук, рябь. Ты можешь описать это уравнениеми? Свойствами жидкостей, акустикой, геологией?
— Могу попробовать, — буркнул я, чувствуя подвох.
— Не нужно. Учёные уже это сделали. Они описали «след». Мёртвую запись того, что «уже произошло». Это мир уровня «М-2». Мир теней твоей тени.
Он обернулся. Его глаза были плоскими, как поверхность воды в овраге.
— Ты задаёшься вопросом «ГДЕ Я?». И ищешь ответ в трёх координатах: широта, долгота, высота над уровнем моря. Или в социальных: я сын, я писатель, я ученик. Это всё — координаты внутри коробки. Ты пытаешься найти себя, изучая «стенки своей тюрьмы». Это всё равно что спрашивать у заключённого: «Кто ты?», а он в ответ начинает измерять камеру: «Два метра на три, решётка из стального прута...»
Он сделал паузу, дав тишине заполнить пространство между нами. Шум ручья внизу вдруг стал оглушительным.
— Чтобы узнать, ГДЕ Я, — продолжал он, — нужно сначала осознать «само пространство, в котором это «Я» плавает». Но пространство — не пустота. Оно — «слоёный пирог из антагонистов». Кость и сустав. Тональ и Нагуаль. Вопрос и Ответ.
Он достал из кармана два одинаковых гладких камня. Положил один на парапет моста.
— Это — Наблюдатель. Уровень «М». Он считает себя центром.
Потом положил второй камень рядом.
— А это — его Мир. Уровень «М-2». Тот самый, который он наблюдает. Тот, в координатах которого он пытается найти себя. И он думает, что между ними прямая связь. Что он «видит» мир. Но это — иллюзия.
Дон Хуан взял первый камень (Наблюдатель) и поднял его на уровень своих глаз.
— Настоящая связь идёт по вертикали. Чтобы Наблюдатель уровня «М» мог видеть Мир уровня «М-2», нужен посредник. Нужен «Творец этого Наблюдателя». Уровень «М+2».
Он сделал вид, что камень-Наблюдатель сам по себе поднялся в воздух, а он, дон Хуан, лишь следует за ним взглядом. Потом резко опустил руку и указал пальцем на камень, лежащий на парапете (Мир).
— И вот что происходит: импульс, решение, «вопрос» спускается с уровня «М+2» (Творец). Он одевается в плоть и становится Наблюдателем «М». А Наблюдатель, в свою очередь, своим вниманием «творит» мир «М-2». Ты не видишь мир. Ты «проецируешь» на хаос эманаций своё внимание, и получается твой личный мир. Мир Лоха.
— Почему «лоха»? — не выдержал я.
— Потому что он считает, что мир «дан» ему. Что он его пассивно отражает. Он не понимает, что мир — это его же собственное творение, только «отставшее на два такта». Он смотрит на свою же тень и думает: «Вот она, реальность!». Это и есть быть лохом.
Он подошёл ко мне вплотную. Его запах — пыль, полынь, что-то ещё — заполнил всё пространство.
— А теперь практика. Забудь про «КТО Я». Это вопрос уровня «М», и ответ на него будет всегда из той же коробки. Сосредоточься на «ГДЕ Я». И начни не с координат, а с «уровня наблюдения».
Он заставил меня лечь на холодный камень моста и смотреть в небо. Не на облака, а «сквозь» них.
— Твоё обычное восприятие — это плоскость. Ты видишь облако, птицу, солнце. Это слой «М-2». Теперь, не меняя взгляда, представь, что ты — не твои глаза. Ты — «тот, кто принимает решение куда смотреть». Не движение глазных мышц, а само намерение: «хочу посмотреть вверх». Почувствуй этот импульс. Это — слой «М». Ты — Наблюдатель.
Я попытался. Это было странно — пытаться почувствовать не чувство, а «источник команды».
— Хорошо, — его голос звучал где-то сбоку, но казалось, что изнутри моего черепа. — А теперь иди глубже. Кто или что «порождает» это намерение? Что за тишина, из которой всплывает мысль «взгляни на небо»? Не ищи слова. Ищи «пустоту перед мыслью». Это — уровень «М+2». Творец твоего текущего наблюдения. Он безличен. Это просто поток.
И тут случился «сдвиг». Небо не изменилось. Но мое восприятие его расслоилось. Я больше не просто видел голубизну. Я ощущал:
1. Картинку (М-2: цвет, форма, яркость).
2. Активное наблюдение, моё «я смотрю» (М).
3. И фоном — безличную, тихую «возможность» всего этого, пульсирующую пустоту, из которой всё это рождалось и куда возвращалось (М+2).
Это было не три объекта, а «единый процесс», закрученный в вертикальную спираль. Как кость-сустав-кость. Сустава (уровня М) вроде бы нет, это пустота, но именно он связывает.
— Понимаешь? — голос дона Хуана вернул меня. Я сел. Мир качнулся, но не распался. Он стал... плотнее. — «ГДЕ Я» — это не точка на карте. Это «координата по вертикали восприятия». Ты можешь застрять в своём творении (М-2) и считать себя жертвой мира. Можешь барахтаться в болоте своего ума (М), вечно спрашивая «кто я?». А можешь, хоть на мгновение, «стать суставом». Ощутить себя тем самым нолем, пустотой между костями, которая и делает движение возможным. Тогда ты поймёшь: ты не в мире. «Ты — место, где мир рождается и умирает. Дважды за одно мгновение.»
Он поднял оба камня с парапета и швырнул их в овраг. Я вздрогнул от неожиданности.
— А дробные измерения? — спросил я, вспоминая наш разговор о том, что измерения пространства могут быть дробными. — Ты говорил, человек не целый трёхмерный, а, условно, 1.6...
Он усмехнулся.
— А ты как думаешь, что ты только что ощутил? Целую мерность? Нет. Ты «нащупал край» своего обычного восприятия. Ты почувствовал, как оно «истончается», становится прозрачным, переходит в нечто иное. Эта точка перехода, эта граница размытости — она и есть дробная часть. Твоё «1.6» — это мера твоей «слепоты». Чем ближе к целому числу — к 2, к 3 — тем полнее твоё восприятие слоя. Но воин не стремится к целым числам. Он учится «свободно перемещаться по этой дробной шкале». Чувствовать, как мир «уплотняется и разрежается» в зависимости от того, куда ты направляешь точку сборки.
Он уже спускался с моста. Остановился на полпути.
— Так что перестань искать себя «в» мире. Начни ощущать мир «как функцию» от твоего уровня наблюдения. И тогда вопрос «ГДЕ Я» станет не экзистенциальным стоном, а «практическим инструментом навигации». Ты сможешь спрашивать: «На каком уровне я сейчас застрял?» И, если надо, — «перещелкнуть».
Он исчез за поворотом тропы, оставив меня на мосту с одним единственным, но перевернутым вопросом в голове:
Не «где я нахожусь», а «на какой глубине созерцания я сейчас плаваю?».
И впервые это не звучало как безумие. Это звучало как инструкция.
