О новокузнецком авторе Геннадии Арсентьевиче Емельянове (1931-2000), его биографии и произведениях я некоторое время назад коротко рассказал в статье "Фантастические "Истины на камне" писателя Геннадия Емельянова", уделив основное внимание фантастической повести "Истины на камне" (1982). В дни быстро прошедших новогодних "каникул" времени на чтение у меня почти не было, но я всё-таки ознакомился с ещё одной фантастической повестью Геннадия Емельянова "Проснитесь, скитальцы!", вошедшей в авторские сборники писателя "Две встречи" (1985) и "Пришельцы" (1991). Уж больно мне понравились "Истины на камне", захотелось прочесть другие фантастические произведения Емельянова.
Напомню, что в повести "Истины на камне" землянина Логвина (Ло), человека далёкого будущего, обладающего неисчерпаемым запасом доброты и терпения, коллеги, направлявшиеся к пределу галактики, высадили из космического корабля на Седьмой планете в звёздной системе, рядом с которой пролегал их путь. Ло должен выполнить специальную научную программу, а через пять лет, на обратном пути, соотечественники его отсюда заберут. На планете, которую из-за солнца синеватого цвета Ло назвал Синей, существует примитивная цивилизация. Вследствие целого ряда неблагоприятных обстоятельств аборигены деградируют и постепенно вымирают. Конечно же, представитель совершенного во всех отношениях земного общества Логвин, вооружённый знаниями и техникой будущего, обязательно поможет обитателям Синей.
Геннадий Емельянов не поразил читателей своих "Истин на камне" какими-то особенными, ранее писателями-фантастами не описанными научными чудесами и небывалыми вывертами (на самом деле, чудеса и фантастические выверты в повести всё-таки имеются). Автор не ошарашил читателей принципиально новыми философскими идеями и смелыми обобщениями. Да и трудновато это было сделать на исходе двадцатого века, на фоне сияния творческих вершин ряда признанных корифеев фантастики (от Герберта Уэллса до Ивана Ефремова). Про неоднозначные деяния земных прогрессоров на других планетах фантасты уже рассказывали, вспомним, например, братьев Стругацких или Исая Давыдова). Конечно, размышления автора о ценности человеческих эмоций заслуживают внимания, но об этом многие фантасты (от Станислава Лема до Александра Ломма) тоже писали, более того, строили на этом сюжеты своих сочинений. В подобных фантастических произведениях замечательная способность человечества переживать и сопереживать всегда вызывает недоумение (а порой и зависть) у флегматичных, рациональных, целесообразных и поголовно стагнирующих инопланетян. Конечно, хорошо, что у нас, высокодуховных землян, есть яркие эмоции и глубокие чувства. Плохо, что кроме этого, похвастаться нам нечем...
Что касается меня, то более всего в повести "Истины на камне" меня подкупили стилистическое мастерство автора, его лёгкий и образный слог (более подробный мой отзыв см. здесь). Удивляться тут нечему, Геннадий Емельянов пришёл в фантастику сложившимся писателем, мастером реалистической, иронической, юмористической и лирической прозы, имеющим за плечами не один десяток литературных публикаций и книг. Добавлю, что и с точки зрения "фантастического критика" я оцениваю "Истины на камне" достаточно высоко, повесть написана добротно и увлекательно. Писатель Геннадий Емельянов, выступив в роли традиционного фантаста, не подкачал. Все необходимые составляющие истинно фантастического произведения (а именно - максима или высшее правило АБС "Чудо-Тайна-Достоверность") в "Истинах на камне" автором использованы и применены.
Вот с такими примерно впечатлениями о фантасте Геннадии Емельянове (хоть Емельянов и не числится в фантастическом цехе, а больше известен, как сибирский прозаик-реалист прошлого века) я и открыл его повесть "Проснитесь, скитальцы!" (1985). Кстати, некоторые почему-то называют эту вещь - "Пришельцы", но это неправильно. Повесть действительно выходила в 1991 году в Кемеровском книжном издательстве в авторском сборнике Емельянова с общим названием "Пришельцы". Но это - название сборника, а название повести как было в 1985 году - "Проснитесь, скитальцы!", так и осталось.
В повести "Проснитесь, скитальцы!" главный бухгалтер колхоза "Промысловик", студент-заочник Григорий Суходолов случайно обнаруживает внутри горы Монашка базу инопланетян, которые находятся там в анабиозе, дожидаясь неизвестно чего. Получилось так, что Григорий разбудил одного из них, самого главного. Кстати, Гриша Суходолов, при его скучнейшей профессии, - страстный любитель фантастической литературы, выдумщик и мечтатель.
"Бухгалтер Суходолов прилагал немалые умственные усилия для того, чтобы найти путь к сердцу пришельца (если оно у него есть, конечно!), он хотел доверительности, он хотел проникнуть, пусть не до конца, - но проникнуть в тайну инопланетного коллектива, познать его задачи и будущее. Однако пришелец был немногословен и отчужден. Между высокомерным представителем иной цивилизации и колхозным главбухом по-прежнему лежали миллиарды стылых космических верст..."
"Чувства, переживаемые Суходоловым, вряд ли есть возможность передать словами. Поставьте себя на место героя, и вы поймете, как эти сложно. Мы тоскуем по пришельцам, мы ждём их с надеждой, и вместе с тем при мысли о возможности такой встречи нас одолевает ни с чем не сравнимая печаль: наука говорила и теперь говорит, что шансов на такое свидание у нас ничтожно мало. Может быть, и когда-нибудь... Космос вечен, а жизнь человеческая - лишь мгновение, никак не отражённое на холодном лике Вечности. И цивилизация наша - тоже мгновение, а Земля, прекрасная Земля, наша, лишь песчинка в космическом океане. Мы дерзки в мыслях, но дано нам, увы, немного. Здесь и лежит неумолимая сущность бытия. Может быть, и когда-нибудь. Ждать, надеяться, работать, искать. Где-то, наверное, все-таки записано высшее предначертание человечества? Где и каким способом оно записано? Будем предполагать, что высшее предначертание наше состоит в том, чтобы выйти в космос и соединиться с братьями по разуму для свершения таких дел, о которых пока и предполагать невозможно. Кто знает, кто знает..."
Далее Гриша Суходолов, сочетающий в себе несочетаемые качества бухгалтера и любителя фантастики, втайне от остальных жителей села Покровское знакомит красноглазого инопланетянина Фи с председателем колхоза, фронтовиком Сидором Ивановичем Ненашевым - человеком немолодым, образованным, рассудительным и опытным. Взаимоотношения Ненашева и пришельца предопределят многие дальнейшие события повести.
"Сидор Иванович углубился в нелегкие и непростые размышления о том, как общаются с пришельцами? Вежливо и предупредительно с ними общаются. А ещё? В нашей фантастике, советской, пришельцы добрые и мудрые, а в переводной и зарубежной - всякие, в основном же - коварные, и прилетают они к нам с конечной целью оккупировать Землю, подмять под себя или вовсе уничтожить людской род. Зарубежная фантастика (Ненашев кое-что читал) предписывает держать с инопланетянами ухо востро. "Лезет в башку какая-то чертовщина! - думал с досадой председатель. - Если бы захотели нас подмять, они бы не дрыхли под горой, понимаешь, шевелились бы!" Ненашев решил, что действовать придется по обстоятельствам..."
Необходимо отметить, что председатель всецело поглощён проблемами вверенного ему хозяйства, невольно он загружает ими и пришельца. В результате инопланетянин Фи (Ненашев предложил величать его Фёдором Фёдоровичем) оказался ввергнутым в практически недоступную его пониманию советскую колхозную действительность. И, хотя молодой главбух Суходолов и пожилой руководитель колхоза Ненашев пытаются в меру своих коммуникационных сил ввести пришельца в курс земных и колхозных дел, ничего путного из этого не получается.
При всём своём немалом прозаическом таланте и умении писать остро и своеобычно, в этой повести Емельянов не вышел за рамки иронического романа с фантастическим допущением, заключающемся в появлении в колхозе "Промысловик" пришельца, бестолково применяющего свои сказочные инопланетные умения и технологии. Я не могу знать, как всё было на самом деле, какими конкретными соображениями руководствовался Геннадий Емельянов, работая над текстом повести "Проснитесь, скитальцы!", но, подозреваю, что пойти на экстраординарные сатирические литературные решения он просто не рискнул. Произведение писалось не "в стол", семье писателя нужно было на что-то жить, повесть надо было публиковать, внутренний редактор автора свои функции исполнял исправно. В повести хватает смешных событий и оригинальных размышлений, читателю скучать не приходится, но лично я ждал от автора чего-то особенного... Хотя, еще раз напомню себе и другим, что повесть создавалась в начале восьмидесятых, писатель не позволял собственному воображению выходить за определённые границы, контролировал свою бурную фантазию, старался придерживаться русла дозволенной советской гуманитарной фантастики.
Если говорить о глобальных свершениях пришельца в повести, то, исполняя свою миссию познания мира, Фёдор Фёдорович попутно отправил кровавого диктатора одной банановой республики в монастырь. После этого непредсказуемый инопланетянин всех негров в США сделал белыми. Негры в Штатах белели с востока на запад, а перед тем как случиться массовому выбеливанию черных, большие города и отдаленные фермы на час, порой и дольше, непонятным способом лишались электроэнергии... К сожалению, рассказано об этом в повести мимоходом, выдержками из сообщений ТАСС, без красочной демонстрации развития событий и описания наступления полного апофеоза.
Что касается нашего Отечества, то здесь инопланетянин, проникшись симпатией к колхозникам и заботясь об их благе, сотворил чудесный картофелеуборочный комбайн, который сломался на ночных испытаниях, напоровшись на колесо сенокосилки, валявшееся посреди поля со времён коллективизации. А ещё - между делом воскресил свежепреставившегося Никиту Лямкина, который смог погулять на собственных поминках и обрести цель жизни. А ещё щедрый Фёдор Фёдорович надумал обеспечить полуторатысячное население села Покровское женскими сапогами, транзисторами, магнитофонами, цветными телевизорами и прочим советским дефицитом в количестве, равном числу обитателей населённого пункта Покровское. Пришелец под завязку наполнил местный магазин разнообразным товаром повышенного спроса, появившимся неизвестно откуда. Кстати, на корпусах электронной техники сзади стоял советский Знак качества. Что же касается адресов заводов-изготовителей, то на аппаратуре было незатейливо указано: "Произведено в Атлантиде". К несчастью, накладные на продукцию отсутствовали, что не позволило колхозникам поднять свой материальный жизненный уровень на недосягаемую высоту. Дефицит был к продаже запрещён и вывезен властями в районный центр, где благополучно растворился во время научных и прочих экспертиз.
Я привёл лишь несколько эпизодов вмешательства пришельца Фёдора Фёдоровича в дела земные, в тексте повести их много. Остроумные пассажи автора, склонного к шутливой иронии, часто вызывают улыбку, но не стоит думать, что "Проснитесь, скитальцы!" - повесть насквозь юмористическая и шутливая. Ирония писателя сильно горчит, а юмор его порой саркастичен и язвителен. Я считаю, что повесть "Проснитесь, скитальцы!" Геннадия Емельянова - самый настоящий фантастический реализм. Пожалуй, можно добавить к этому определению слово "иронический". Слово "колхозный" добавлять не обязательно.
Скорее всего, полноценное осмысление абсолютно всех прелестей и нюансов повести Геннадия Емельянова "Проснитесь, скитальцы!" доступно нынче лишь читателям старшего поколения, которые ещё помнят годы товарных и прочих дефицитов, предварительных записей и стояний в очередях, отсутствия интернета и мобильных телефонов. Не исключаю, что молодые люди, взявшиеся читать эту историю, будут испытывать с её пониманием неуверенность, похожую на зыбкость общих представлений пришельца Фёдора Фёдоровича о земных реалиях. Время неумолимо: непонятное прошлое остаётся в прошлом, а наступающее будущее несёт новые неясности...
Вывод, напрашивающийся после того, как перевернута последняя страница повести "Проснитесь, скитальцы!", достаточно банален. Человечеству не стоит надеяться на помощь могущественных представителей иных цивилизаций. Никакие высокоразвитые пришельцы порядок на нашей Земле не наведут. Это должны сделать мы сами...
А у меня осталась непрочитанной ещё одна фантастическая повесть Геннадия Емельянова, которая называется "Медный таз из сундука". Она тоже о пришельцах. Но я её прочтение на некоторое время отложу. Подожду соответствующего настроения.
P. S.
Хочу присовокупить к своему материалу парочку остроумных дополнений, сделанных моими замечательными комментаторами. Во-первых, похоже, Емельянов сознательно использовал в основе текста своей повести архетипический сюжет "Король под горой" или "Спящий герой". И действительно: в фольклоре и мифологии легендарный герой часто спит в земных недрах с отрядом соратников и просыпается в случае крайней необходимости. Во-вторых, некоторые комментаторы сразу же увидели в пришельце Фёдоре Фёдоровиче старика Хоттабыча из знаменитой сказки Лазаря Лагина. Сходство с Хоттабычем, конечно, не стопроцентное, да и атмосфера повести "Проснитесь, скитальцы!" совсем иная, но ассоциация, безусловно, правильная. О Лагине и Хоттабыче я, кстати, писал здесь: «Волька из "Старика Хоттабыча". Откуда писатель Лагин взял это имя?».
Так кто же он, этот инопланетянин Фи? "Король под горой" или старик Хоттабыч?
Дорогие читатели, поддержите автора маленьким, но искренним донатом:
Ещё о писателе Геннадии Емельянове в моём Дзене:
Фантастические "Истины на камне" писателя Геннадия Емельянова
Для тех, кто хочет вспомнить старую советскую фантастику, рекомендую следующие материалы на моём канале:
Фантастический роман "Два дня Вериты" Владимира Печёнкина про голую правду
Фантаст Исай Давыдов и его роман-эпопея "Я вернусь через 1000 лет"
Книги советского фантаста Григория Гребнева в моей библиотеке
Приключенческая фантастика Юрия Шпакова
Забытый новосибирский фантаст: Пётр Воронин. Прыжок в послезавтра
Роман «Марс пробуждается». Как фантаст К. С. Волков возрождал Марс
Ближний прицел фантаста Владимира Немцова
Татарский мальчик-невидимка бьёт фашистов. Адель Кутуй "Приключения Рустема" (1944)
Волька из "Старика Хоттабыча". Откуда писатель Лагин взял это имя?