платформа 67 км
__________________________________________________________________________________________
Основано на реальных событиях...
__________________________________________________________________________________________
__________________________________________________________________________________________
__________________________________________________________________________________________
Глава 5. Сохранение
Егор шёл уверенно, чётко, размеренно, удаляясь в темноту дальнего конца платформы. Его силуэт быстро терял чёткость, растворяясь в черноте ночи, пока от него не осталась лишь смутная тень, а затем и она исчезла. Потом они услышали глухой звук, сопровождающийся скрипом щебня, когда он спрыгнул с платформы.
Лена молча села на скамейку. Опустила руки. Эля подошла, села рядом...
— Вот ведь козлина! — в голосе Эли явно читалось негодование, даже злость. — Брат называется.
Артём достал сигарету. Подошёл к ограждению. Облокотился на него, прикурил и стал смотреть на лес. Совсем так же, как недавно Эля.
— Технически он мне не брат, — как всегда, тихо сказала Лена. Она была или выглядела совершенно спокойной, хотя и усталой. Как будто у неё отключили функцию эмоционального реагирования. Щёлк! И вот она уже сидит спокойная, даже безучастная...
— В смысле? Ты же сказала... сводный...
— У нас нет общих родителей...
— Подожди... Разве у вас не одна мать... или отец?
— Нет. Ни того ни другого. Многие путают. «Сводная» звучит лучше, чем единокровная или единоутробная... Это когда общий отец или мать... Поэтому такая путаница... Папа женился на его маме, когда ему было десять, а мне шесть , ему сказали, что я его сестра... Чтобы не усложнять... Мы росли как брат и сестра, а недавно он узнал... Но он никогда себя так не вёл... Даже когда мы ссорились... Я не знаю...
Было тихо. Очень тихо. С того момента, как они вернулись из леса, все звуки, которые существовали в этом мире, казалось, издавали только они сами. Лес словно остановился. Как поставленное на паузу видео. Он как и прежде торчал тёмной стеной в нескольких метрах от платформы... Но он просто был. Как фотография. Или даже как рисунок.
Артём подумал, что такое... состояние окружающего мира, может быть, даже хороший признак. И в этот момент лес ожил. Вернее, что-то в лесу... Они услышали протяжный стон, похожий на скрип дерева, потом треск, и что-то тяжёлое, зашуршав, упало на землю, издав влажный, чавкающий звук... как если бы куриную тушку бросили на бетонный пол. Они не успели среагировать, как набор звуков повторился. Только чуть дальше... И ещё...
Девчонки вскочили и стали вглядываться в чащу... Но там было всё так же темно, а после того, как звуки повторились четыре или пять раз, лес снова затих.
— Да что это за херня?! — воскликнула Эля и оглянулась на Артёма. Через долю секунды оглянулась и Лена...
Он только помотал головой...
У него было очень осторожное предположение относительно того, что именно это могло быть... но озвучивать он его не стал. Ситуация с каждой минутой превращалась в какой-то сюр, в бредовый сон...
Нужно было что-то делать. Хоть что-то. Хоть создать видимость... А потом его взгляд упёрся в билетную будку... Серый безликий параллелепипед будки был здесь всё это время, но он... тоже просто был, не привлекая к себе внимания, потому что в нём не было необходимости...
Они же не думали, что так всё повернётся...
Они должны были прийти сюда, дождаться автомотрису, погрузиться в неё и благополучно уехать.
Делов на час-полтора ожидания, как сказал помощник машиниста. Совсем недавно и бесконечно давно.
Артём посмотрел на валяющиеся на платформе ветки.
Идея с костром казалась такой правильной и логичной.
Тоже ведь совсем недавно.
А теперь вокруг происходила какая-то хрень, и все предыдущие события и действия казались несущественными.
Будка!
Артём чуть не забыл про неё. Но ведь он думал об этом пару секунд назад!
— Эля! Лена! Возьмите вещи и за мной! — нужно было что-то делать. Они с недоумением посмотрели на него, но взяли со скамейки свои рюкзаки и его однолямочник и последовали за ним.
Со стороны навеса в будке было окно, закрытое сейчас куском профлиста. Они обошли строение. Там была обитая железом дверь, выкрашенная в тот же цвет, что и будка. Под простой металлической ручкой виднелась замочная скважина. И ещё чуть ниже в дверь был вкручен уголок. Дверь открывалась внутрь, второй уголок был закреплён на косяке изнутри. Уголки скреплял между собой нехилый такой навесной замок.
— И что? — Эля сложила губы в выражение крайне скептического отношения к происходящему.
Лена стояла позади неё, выглядывая сбоку. Артём протянул руку. Эля повесила на неё его однолямочник.
— А то, что, как я и думал, те, кто сооружал эту конструкцию, постарались и использовали шурупы, а не гвозди...
— Гвозди, шурупы... Нам от этого что?
Артём выпрямился. Посмотрел Эле в глаза. Первый раз с тех пор, как эта дурацкая электричка вздумала загореться.
— Нам нужно спрятаться, птичка, — мягко ответил он. — И вариантов для этого... один. За этой дверью. Я покручу шурупы, а вы потрындите пока о чём-нибудь... Только не уходите... вообще никуда... даже если вас приспичит...
Он расстегнул фронтальный карман однолямочника и достал чехол с мультитулом и набором насадок. Достал одну, примерил на шуруп... Не то. Достал следующую... Вроде подходит.
Девчонки стояли рядом, прислонившись к стене.
Трындеть как-то не особо спешили.
Артём надел переходник на встроенную в рукоятку крестовку и сунул в него насадку. Вставил её в головку шурупа. Сжал мультитул и начал потихоньку поворачивать его. Саморез поддался...
— Леен? — позвал он, откручивая шуруп.
— Да... — тут же отозвалась она. Словно ждала...
— Откуда ты знаешь... про временные карманы, ну и вообще?
Он выкрутил первый шуруп, положил его в карман. Вставил насадку во второй.
— Я... читала просто... Я... фантастику люблю... Мистику...
Второй шуруп поддался без проблем. Артём не спешил. Не хотелось сорвать головку, поэтому он действовал максимально осторожно. Из леса, что называется, не было вестей, после тех странных, шлёпающих мокротой звуков падения там снова наступила тишина.
— Ясно...
Он выкрутил второй шуруп, но не успел подхватить его, и он упал на бетон. Цынь!
И тут же, словно в ответ на это, где-то неподалёку раздался новый звук.
Дзынь!
Металлом о металл. Со стороны, противоположной той, куда ушёл Егор.
С путей. И ещё. И снова...
Размеренный, металлический, резонирующий. Дзынь... Дзынь... Дзынь...
Он был чётким, негромким, но абсолютно понятным. Как будто кто-то чем-то металлическим методично постукивал по рельсу. Удары шли с идеальным, почти механическим интервалом.
Все трое замерли. Через секунду Артём вставил насадку в головку третьего шурупа.
Дзынь... Дзынь... Дзынь...
Звук приближался.
Чуть дальше торца платформы, в черноте, появился огонёк. Маленький, тусклый, зелёный. Он не освещал ничего вокруг себя, лишь висел в темноте, раскачиваясь из стороны в сторону.
— Что это?.. — прошептала Лена, прижимаясь к будке.
Что-то приближалось, не ускоряясь и не замедляясь. Прошла бесконечная минута, и они увидели силуэт. Человеческий. Они стояли, смотрели в ожидании.
Силуэт оформился в образ человека, одетого в длинный, замызганный брезентовый плащ и потрёпанную железнодорожную фуражку образца 60-х годов. В одной руке он нёс фонарь-коптилку с зелёным светофильтром, в другой — молоток с длинной, изношенной деревянной ручкой. Он шёл между рельсов и через каждые два шага опускал молоток, ударяя им по головке рельса.
Дзынь.
— Не говорите ни слова, ясно? — прошептал Артём.
Походка "обходчика" была плавной, скользящей. И через мгновение Артём понял почему — подошвы обуви не касались шпал. Он плыл в сантиметре над землёй, а его ноги лишь совершали имитацию шага.
— Эй! — услышал он голос за спиной. — Помогите нам! Мы тут! Нам нужна помощь!
Лена, блин....
Фигура остановилась. Артём видел теперь, что это старик с крючковатым носом и седой бородой. Медленно, как в слоу-мо, старик повернул голову в их сторону.
Свет с платформы упал на его лицо. Кожа была землисто-серой, похожей на пергамент, обтягивающей острые скулы. Из-под козырька фуражки на них глянули не глаза. Два глубоких, абсолютно чёрных, бездонных провала.
Его рот медленно открылся. Голос, который из него донёсся, был сухим, как шелест опавших листьев, но неожиданно сожалеющим, будто на мёртвое изображение наложили звук, записанный живым человеком.
— Не сходите с платформы... — произнёс он, и каждое слово будто отпечатывалось в воздухе. — Что бы ни происходило... Оставайтесь на ней...
Он замер, давая словам усвоиться. Его пустые глазницы были направлены прямо на них.
— Кто вы? Что происходит? — дрогнувшим голосом спросила Лена.
Но старик уже повернул голову обратно к путям. Он снова сделал шаг — или, скорее, поплыл вперёд, и возобновил свою методичную работу.
Дзынь
Молоток ударил по рельсу.
Дзынь.
Артём повернул мультитул. Третий шуруп подался со скрипом.
__________________________________________________________________________________________
Продолжение следует...
__________________________________________________________________________________________