Найти в Дзене
Dolce far Niente

Чай

Он вылавливает тебя на улице - промокшую до нитки, зуб на зуб не попадает, волосы свисают мокрыми прядками, как у бездомного котенка. Ты помнишь о нем отрывочные детали – друг брата или брат друга, познакомились у кого-то дома, курили на балконе и пили коньяк на брудершафт. Но сейчас уже все равно, а он так рад тебя видеть, что это тебя даже злит.
Ты голодная, раздражительная, уставшая после работы, и хочешь только одного - напиться так, чтобы забыть, какой сегодня год.
Тебе кажется, что весь мир дружно взялся за руки, чтобы загородить тебе то светлое, доброе, вечное, которое должно быть.
Он приглашает тебя домой и ты идешь за ним следом, даже не задумываясь ни о чем. Как теленок за мамкой. Запихивает в горячий душ, а потом долго растирает жестким полотенцем - до тех пор, пока кожа у тебя не покраснеет, словно ее долго стегали прутом, а у него не задрожат руки.
Заботливо завернет в домашний халат и усадит с ногами в свое любимое кресло.
Скажет "Сиди и смотри телевизор!", и на все тво

Он вылавливает тебя на улице - промокшую до нитки, зуб на зуб не попадает, волосы свисают мокрыми прядками, как у бездомного котенка. Ты помнишь о нем отрывочные детали – друг брата или брат друга, познакомились у кого-то дома, курили на балконе и пили коньяк на брудершафт. Но сейчас уже все равно, а он так рад тебя видеть, что это тебя даже злит.
Ты голодная, раздражительная, уставшая после работы, и хочешь только одного - напиться так, чтобы забыть, какой сегодня год.
Тебе кажется, что весь мир дружно взялся за руки, чтобы загородить тебе то светлое, доброе, вечное, которое должно быть.
Он приглашает тебя домой и ты идешь за ним следом, даже не задумываясь ни о чем. Как теленок за мамкой. Запихивает в горячий душ, а потом долго растирает жестким полотенцем - до тех пор, пока кожа у тебя не покраснеет, словно ее долго стегали прутом, а у него не задрожат руки.
Заботливо завернет в домашний халат и усадит с ногами в свое любимое кресло.
Скажет "Сиди и смотри телевизор!", и на все твои жалкие попытки "Давай я быстренько что-то приготовлю?" лишь отрицательно мотнет головой и уйдет в кухню.
Ты будешь сидеть, завернувшись в безразмерный халат и подогнув под себя ноги, рассеяно смотреть в мелькающие картинки на экране телевизора.
Без мыслей, без эмоций.
Единственное, что ты чувствуешь - это тепло, которое наконец-то разливается по телу.
Ты шлепаешь на кухню и садишься там на стул.
Смотришь на его спину и на то, как он ловко орудует кухонной лопаточкой, переворачивая омлет.
Заваривает чай с мятой и малиновым листом, как в детстве заваривала тебе бабушка.
Вытаскивает из холодильника сыр, масло, режет толстыми неровными ломтями хлеб.
Ты просто сидишь и смотришь- тебе все равно.
Тебе безразличен этот теплый халат, душистый горячий чай и этот мужчина.
Потому что он - чужой.
В нем нет знакомых движений, нет знакомых очертаний, нет ничего.
Рельефная мужская фигура, открытое лицо, улыбка с ямочками и лучики вокруг глаз.
Но тебе все равно.
Ты пьешь чай, что-то ешь, не чувствуя вкуса.
Всю ночь вы проводите в постели, и под утро ты понимаешь, что у тебя ломит мышцы, как после хорошей тренировки.
Он заваривает свежий чай, делает бутерброды, вы завтракаете, и потом он подвозит тебя до работы.
На прощание целует в висок, вбивает свой номер тебе в телефон и спрашивает:
- Сегодня увидимся? Я позвоню.
- Не стоит. - равнодушно отвечаешь ты, глядя себе под ноги.
- Почему? - он растерян и удивлен.
Ему казалось, что ночью он сделал все, чтобы потом ты пошла за ним на край света.
Ты уходишь - не отвечая и не оборачиваясь.
В офисе ты скидываешь сумку с плеч, вешаешь пальто на крючок и идешь к кофемашине.

Знакомый аромат ловит тебя в свои объятья - терпкий, глубокий, чуть горьковатый.
Ты делаешь первый глоток кофе и, наконец, улыбаешься.
Набираешь его номер и, не представляясь, говоришь в трубку:

- Просто я не люблю... чай.