Главное чему научила меня Вера Николаевна Зимина: контролировать температуру ( если она поднимется выше 38,5, то срочно госпитализация ), во всех общественных местах носить респиратор Алина 316, повышенной степени защиты, главным образом это касалось СЦ, поликлиник, торговых центров.
– В СПИД-центре много людей с туберкулезом, которые сидят в очереди. Тебе, Денис, это реально опасно, ведь у тебя СПИД – дала важную установку Вера Николаевна.
Я купил респиратор, и при посещении поликлиники и СЦ, всегда одевал его на рожу. Этим я сильно пугал общественность, и от меня шарахались как от чумного.
К концу ноября возникла очередная проблема. Лимит больничных в городской поликлинике был исчерпан, и мне ясно давали понять, что я засиделся дома. Нужно было принимать решение о госпитализации. Длительная лихорадка более одного месяца, по мнению терапевтов, требовала медицинского вмешательства, тем более при ВИЧ. Для врачей городской поликлиники эта ситуация была нерешаемой, пугающей и заводящей в тупик. Они растерянно смотрели на мою измождённую фигуру и лицо, на тяжелое дыхание под маской респиратора. Сочувствовали и переживали, они пытались мне помочь, но не могли нарушать установки. Поэтому, чтобы не создавать им трудностей, я решил взять все в свои руки. Я набрался смелости и пошёл в кабинет заведующей поликлиники.
Постучавшись в дверь, я попросил разрешения войти. Меня встретила женщина около пятидесяти лет с уставшим лицом. Я сел напротив неё и честно рассказал всю свою историю.
Рада Игоревна Царькова слушала меня, не перебивая. Она приподняла свои очки и сочувствующе смотрела на меня, не пытаясь отвести свои глаза. Я выложил всю драму произошедшего со мной: рассказал про СПИД, риски, свое состояние и страх, потерять работу и сдохнуть без средств к существованию. Я просил только обо одном — мне нужно было продержаться на больничном как можно дольше. Я искренне верил, что вот-вот мне станет легче, и я смогу выйти на работу. Я верил в своё выздоровление, я знал, что справлюсь — мне только нужно было время. Я просил ее всем сердцем помочь мне в этом вопросе. Я пообещал, что если мне станет хуже, я вызову скорую и лягу в стационар, и больше не буду их беспокоить. Я очень ей благодарен — она пошла мне навстречу и продлила больничный сразу на три недели, и пообещала, что посодействует во многих вопросах. Я повторял и повторял слова благодарности, я впервые искренне говорил спасибо незнакомому человеку. Для меня это была маленькая победа и очередное открытие, что в этом мире огромное количество добрых и отзывчивых людей. Все зависит только лишь от нас — от нашего отношения к этому миру. А все проблемы от наших ожиданий неудачи, от нашей неуверенности и от нашего недоверия.
Я устал, и мои ноги подкашивались. Я чувствовал, как теряю силы, как мне невыносимо тоскливо, так, что хочется выть. Я благодарен всем, кто мне помогает, я радуюсь этому и пытаюсь осознать. Но мне так тоскливо-тяжело. Мне так хотелось поехать к родителям, но я не хотел их расстраивать, да и вряд ли бы они меня поняли. Друзья — ну, что друзья, что дали бы мне они, кроме чёрного юмора, насмешек и сплетней? У меня была только Алиса и больше никого. Я это четко осознавал, поэтому завёл мотор и поехал в сторону области, туда, где лес и поля, а звёзды на небе ярче кремлевских огней.
По дороге я заехал в придорожное кафе и взял стаканчик капучино. Играло тихо радио, мела метель, а я сидел и пил горячий кофе, думая о своём будущем. Я стал разговаривать с самим собой вслух. Я говорил и говорил, я изливал душу. Я плакал, и мои слёзы капали в дымящий стакан. Молчал телефон, молчала Вселенная, молчали бредущие люди. Я не получал ответа на свои вопросы. Я нуждался в собеседнике, мне нужно было сказать ему все, что наболело. Мне было страшно и пусто, это было похоже на маленькую смерть. Я чувствовал свою душу, которая билась в тюремной камере. Я слышал ее дикие крики и вой. Мы выли в унисон, подобно волкам в полнолуние. И в этом вое не было ничего человеческого.
Я ошибся, в очередной раз совершив неверный шаг. Я был наивен, полагая, что смогу справиться самостоятельно. Находясь целый день в кровати, я, не прекращая, общался с новыми друзьями на форуме. Как же вас много! Разве я мог когда-нибудь представить, что в России так много ВИЧ-позитивных. Бог мой! Я всегда считал, что ВИЧ — это где-то там, далеко, не у нас. Я был уверен, что это болезнь наркоманов или путан, но теперь я видел, что это огромная живая масса, эхо грядущей катастрофы.
Я не вопрошаю Вселенную, не задаю вопрос небесам и никого не виню в своём инфицировании. Я виноват во всем сам, только я, и никто другой. Все эти — за что? Почему я? Все это пустая трата времени и тупая жалость к себе. Я четко осознавал причины произошедшего со мной и мне было проще найти направление к выходу. Я был тертый калач, прошедший трудности и прикоснувшийся к самому запретному. Но почему среди этой массы ВИЧ-позитивных столько самых простых, обыкновенных людей? Обычных человечков с кристально чистыми глазами, полными вселенской любви. Как так произошло, что вирус вышел за пределы узкого круга? Кто допустил его бесконтрольное распространение? Я не верил своим глазам и отказывался принимать эту правду. В России, эпидемия ВИЧ, ещё один палач, ещё одна война, ещё одни бесчисленные жертвы, ещё одна плаха для многострадального народа. Спасибо вам, что вы поддержали меня в тяжелые дни, и помогли найти опору и место для шага. Спасибо вам, за то, что вы спасаете друг друга, брошенные всеми — друзьями, любимыми, родными, государством. Мне было жутко от того, что каждый день здесь появлялся новый участник, их становилось все больше и больше. Разный возраст, пол, профессии, увлечения. Семейные и одинокие, стройные и неуклюжие, наркопотребители и спортсмены, гетеросексуалы и геи. Всю эту пеструю компанию объединял ВИЧ, и мне страшно думать о том, что было бы с нами, если бы не спасительная АРВТ.
Болеть и умирать лучше в больнице, вдали от жалости, слез, переживаний и страданий близких людей. По сути здесь тебя подготавливают к смерти — миры Босха, семь кругов ада Данте. Я это остро осознавал и из последних сил держался в четырёх стенах квартиры, оттягивая неизбежный момент. Но все же мне нужно было оторваться от печати одиночества и явить себя божьему, морозному свету. Я не мог просто взять и умереть, мне нужно было поставить очередную отметку в больничном. Мне нужно было съездить и получить АРВТ, сходить в магазин и купить провиант, мне нужно было заставить себя жить.
Супруга заболела и уехала домой к маме. Это было нужно, ведь для меня она стала опасной. CD4 не росли, а состояние было совсем разбитым и отчаянно подавленным. Я очень устал от скачков температуры — я устал страха ее ожидания, я боялся ее мерить, я не желал видеть, как ртутный столбик ползёт все выше и выше вверх. Я чувствовал слабость и отрешенность, осознавая, что любая инфекция может меня убить. Поэтому мы приняли решение о временной разлуке. Мы простились, и я остался один наедине со своими мыслями,
Я разгребал снег с крыши автомобиля, грел двигатель, садился за руль и медленно полз в сторону города вдоль занесённых белым сосен и елей. Возвращаясь обратно, я заходил в супермаркет и бродил по нему подобно зомби в поисках подходящей еды. Медленно ползли мысли, заторможенные движения рук, текущий по лбу и спине пот. Страшный, изнуренный вид, бледно-зелёное лицо, маска респиратора и глаза загнанного в ловушку зверя. Охрана ходила за мной по пятам, приняв меня за наркомана, окружающие брезгливо шарахались. Мне было унизительно и до боли обидно за своё состояние. Я не мог развернуться и объяснить всем этим глазеющим на меня бомондам причину своего страшного вида. Я их всех ненавидел и мысленно бил огромным молотком, разбивая их ухмыляющиеся рожи. Я ненавидел болезнь, ненавидел себя. Меня трясло от лихорадки и ненависти, и лишь автомобиль был моим спасением и убежищем.
Мы жили на 14 этаже, и за окнами выл ветер, метался снег, и казалось, что наступил конец света. У меня была такая привычка, ложится спасть с приоткрытым окном. Но, одно дело когда я был здоров, а другое дело, когда организм ослаблен.
Я открыл окно, накрылся двумя одеялами, почитал айпад, и лег спать. Проснулся я среди ночи, от того, что мое тело обледенело: одеяло валялось на полу, окно было распахнуто нараспашку, а в квартире был явный корочун. Я подорвался с кровати, и запрыгнул в горячую ванну. Грелся там минут сорок, затем лег в кровать, а на утро у меня поднялась температура 38, 8. Финита ля комедия…
ДАВАЙТЕ ДРУЖИТЬ
1. Мы с женой создали брошюру, где собрали всю необходимую информацию про ВИЧ/СПИД и про ИППП упомянули тоже. Брошюру можно скачать совершенно бесплатно.
2. У меня есть Telegram канал, где я читаю и публикую свои стихи, отрывки из своих книг, рассказываю о своей писательской деятельности.
3. У супруги есть Telegram канал, где она как специалист по питанию рассказывает, как важно заботиться о своём здоровье и что нужно делать, чтобы всегда оставаться на коне.
Telegram канал супруги о здоровом образе жизни
4. Купить мою книгу «СПИД. Дорога туда и обратно» магазины
5. Купить мою книгу «Герой моего времени» магазины