В Дебальцево суд начал разбирать нападки на многодетную семью погибшего на СВО бойца

Два месяца в аду: как прокуратура Дебальцево пытается отобрать семерых детей у вдовы бойца СВО. История с цинизмом, доходящим до маразма

Сижу, читаю материалы по этому делу, и волосы шевелятся. В Дебальцево уже два месяца идет суд, где местная прокуратура (ДНР) пытается отобрать СЕМЕРЫХ детей у Анны Коробковой — вдовы погибшего на СВО бойца Алексея. Давайте по порядку, ибо это многослойный абзац.

Слой первый: Удар по лежачему.

Муж пропал без вести. Семья на месяцы осталась без всех выплат, даже детские пособия не могли получить. Вместо помощи соцслужбы пришли с проверкой. Нашли «загрязненность», «мало еды в холодильнике», «нет школьного уголка» и... «отсутствие постельного белья». Итог: вердикт «социально-опасное положение».

На основании этого прокурор города Венцеслав Лехмус (запомните эту фамилию) подал иск: ограничить мать в правах, забрать детей, и... взыскать с вдовы алименты. Да, вы не ослышались. С матери, оставшейся без кормильца, хотят стребовать деньги на детей, которых у нее же хотят забрать.

Слой второй: Фарс нарастает.

Благодаря помощи родных и общественников, долги по выплатам погасили, все замечания устранили. Даже органы опеки написали суду, что нет оснований ограничивать мать в правах! Но прокуратуре похер. Они уперлись, как танк.

Начались дикие проверки: в 8 утра в выходной приходят и косятся, что дети не завтракали. Медсестра (которая, по словам семьи, их невзлюбила) тычет в недолеченный педикулез (в прифронтовом городе с перебоями воды — вот неожиданность!). А главный «свидетель» — свекровь помощницы прокурора Другашовой. Она заявила, что детей у Анны... восемь (хотя их семь), и что ей не нравится, что дети на улице «грязные», а к дому приезжают военные (сослуживцы погибшего мужа, которые помогают). Кринж.

Слой третий: Цирк в суде.

На суде допрашивали 12-летнюю дочь Алису (отличницу, старосту, юнармейца). Прокуроров интересовало, не слишком ли много она общается с бабушкой. Серьезно? Общение с бабушкой — теперь отягчающее обстоятельство?

Прокурор тянет время, требует зачитать материалы двухлетней давности из Донецка. А там — сюрприз! — прокуратура сама защищала Анну от опеки, и суд оставил детей с матерью. После того дела она вышла замуж, семья переехала в Дебальцево... а потом новый муж погиб на СВО. Но нынешнего прокурора это не колышет. Для него это «систематические нарушения».

Слой четвертый: Лирическое отступление про прокурора.

Интересный факт. В 2014-2015 годах наш борец за «детское счастье», Венцеслав Лехмус, увлекался... сборкой моделей нацистской техники и созданием диорам с атакующими солдатами Вермахта. Просто к слову. Хобби ведь у каждого свое, да?

Что в итоге?

Суд затянулся до 22 января. Чиновники в большинстве встали на сторону семьи. Видимо, это было реакцией на то, что за семью вступилась Общероссийская общественная организация защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление» (РВС). Дети ухоженные, в школу ходят исправно. Но прокурор Лехмус, кажется, принял решение «выиграть дело любой ценой». Даже если ценой станет разрушенная семья погибшего защитника Отечества.

В этой истории есть всё: беспредел чиновников, изворотливость системы, слезы детей и невероятная стойкость матери, которую поддерживают бабушка и общественники из «Родительского Всероссийского Сопротивления».

Остается верить, что суд в январе поставит на этом цирке жирную точку. Семья уже прошла через ад потери. Неужели ее нужно добивать?

Пруф: https://rossaprimavera.ru/article/4f12c47e