Мама расстёгивает портплед и там она. Белая. Идеальная. С лисьим воротником. Я помню это ощущение до сих пор: я не то что смотреть, дышать перестала. Настолько она была красивая. И мама в ней просто невозможно хороша. «Не трогай», сказала мама строго. Белый мех, всё такое. Конечно, я не трогала. Почти. Иногда тайком примеряла. Очень аккуратно. И вешала обратно, как будто ничего не было. Прошли годы. Начало декабря. Мы сидим у родителей за столом, и я между делом говорю: — Мамуль, а у тебя нет какой-нибудь короткой пушистой шубы? Так… погонять. Сейчас же в тренде. Мама задумчиво: — Короткие, пушистые? Никогда не носила. Но посмотри там, в шкафу, белую… может, подойдёт. Я открываю шкаф. И замираю. Она. Та самая. Та, о которой я даже мечтать тогда боялась. Я надела её… и вдруг испугалась. Серьёзно. Ну где я… и где она? Я же та маленькая девочка, которой нельзя было даже прикасаться, чтобы, не дай бог, не испортить такую красоту. Я уехала. А через неделю вернулась… и забрала её.