Уже готов опытный образец двигателя, который превосходит по характеристикам все мировые разработки.
Не рокот космодрома
На первый взгляд плазменный ракетный двигатель Тринити и грузовой космический самолёт МАИ существуют в разных измерениях. Один связан с глубоким космосом и ускорением плазмы до скоростей порядка 100 км/с, другой — это взлёт с аэродрома и доставка грузов на орбиту. Но в связке они формируют общую логику: космос превращается в транспортную систему. Плазменный двигатель, работающий серией коротких и мощных импульсов, и расходующий энергию, прежде всего, на ускорение рабочего тела, снижает требования к его запасам и освобождает массу под полезную нагрузку. Космический самолёт, в свою очередь, убирает из уравнения отделяемые ступени и сложную стартовую инфраструктуру, делая путь на орбиту более гибким и повторяемым.
Следующий шаг — стендовые испытания двигателя в импульсно-периодическом режиме, после которых должен появиться лётный прототип. В итоге к 2030 году Россия получает цельную многоуровневую космическую систему — от взлёта с аэродрома до работы за пределами околоземного пространства.
На низкой орбите — многоразовые решения: космический самолёт МАИ, как быстрый способ доставки грузов и перспективная метановая ракета с возвращаемой первой ступенью. Это снижает стоимость и повышает частоту запусков.
Выше — межорбитальный транспорт. Здесь ключевую роль играют плазменные двигатели, рассчитанные на работу в связке с ядерными энергетическими установками мегаваттного класса. Такая комбинация позволяет говорить о полётах к Луне и Марсу не как о разовых экспедициях, а как о технически просчитываемых маршрутах.
«Самолётная» логика
«Традиционные ракеты-носители, даже с учётом текущих разработок многоразовых систем, скоро достигнут предела своего технического совершенства и не смогут обеспечить дальнейшее снижение стоимости доставки груза на орбиту. Чтобы удешевить космические запуски, необходимо внедрение принципиально новых технических решений», - поясняет аспирант кафедры «Космические системы и ракетостроение» МАИ Денис Мяукин.
В МАИ предлагают пересмотреть сам подход к выходу в космос — без стартовых башен, отделяемых ступеней и разовых конструкций. Учёные МАИ разрабатывают концепцию аэрокосмической транспортной системы, в основе которой — многоразовый грузовой космический самолёт. Его задача — вывод спутников и доставка полезной нагрузки на орбиту при меньшем расходе топлива по сравнению с традиционными ракетами-носителями.
Ключевая идея проекта — «самолётная» логика эксплуатации. Аппарат должен взлетать и приземляться горизонтально с обычных аэродромов, без использования космодромной инфраструктуры. В этой модели орбита фактически становится продолжением взлётно-посадочной полосы.
Звёздный путь
В последние годы развиваются сразу несколько космических проектов — теперь они начинают складываться в общую картину.
«Росатом» ведёт работы по классическим и безэлектродным плазменным двигателям с горизонтом завершения разработки к 2030 году, сообщил директор направления научно-технических исследований и разработок «Росатома» Виктор Ильгисонис. «Сейчас в лабораториях Курчатовского центра по-прежнему ведутся лабораторные исследования и возводится объект капитального строительства: появится испытательный стенд, на котором соответствующие модели смогут отрабатываться», - рассказал Ильгисонис.
Разработка транспортно-энергетического модуля «Зевс» с ядерным реактором ведётся уже несколько лет и изначально закладывалась как основа для дальних миссий.
В ракетной сфере появились проекты возвращаемых ступеней и крылатых демонстраторов, рассчитанных на гиперзвуковые режимы. Параллельно был утверждён поэтапный план создания новой орбитальной станции с выведением модулей в 2027–2033 годах.
До Марса рукой подать
Готовящаяся система требует точной синхронизации. Плазменные двигатели чувствительны к устойчивости плазмы и ресурсу элементов, ядерные энергетические установки — к надёжности и безопасности, а космический самолёт — к работе сразу нескольких типов двигателей в одном корпусе. К техническим рискам добавляются организационные: большие объёмы НИОКР, конкуренция за финансирование и необходимость совпадения сроков готовности орбитальной станции, транспортных систем и энергетических модулей.
При этом потенциальный эффект значителен. Сокращение перелёта к Марсу до 1–2 месяцев переводит межпланетные миссии в плоскость инженерных задач. Многоразовые системы с десятками пусков в год стимулируют развитие материалов, водородной криогеники и электроники, создавая основу для более дешёвого вывода спутников и роста орбитальных сервисов.
Россия возвращает себе роль одного из архитекторов мировой космонавтики. Плазменные двигатели и ядерные буксиры открывают дальние маршруты, многоразовые самолёты и метановые ракеты обеспечивают устойчивый ритм запусков, а РОС становится собственной опорной точкой на орбите.
Константин Гуторов, сотрудник лаборатории плазмодинамики ГНЦ «Тринити»: «Корабли, оснащённые мощными ядерными реакторами и плазменными двигателями, смогут за один–два месяца достигать Марса. Тогда мечта о межпланетном полёте для человека станет реальностью».