Дело происходило в конце 50-х годов, когда рассказчица была студенткой. Жила она тогда в Симферополе.
Случилось с ней сильное недомогание, и отвезли её на «скорой» в больницу. И вот лежит она в приёмном покое и час, и другой, и третий… Сознание временами стало покидать её, а возвращалось всё реже и реже…
Вдруг сквозь мглу, сквозь пелену видит она: спускается по лестнице старичок в белом халате.
Медленно спускается, осторожно, перила цепко так перехватывает…
Подошёл он, склонился над ней, - а глаза у него белесенькие, словно слепые. И спрашивает дежурную медсестру:
-Давно привезли?
-Часа три, наверное, если не больше.
-А почему не оперируют?
-Партсобрание ведь! Отчетно-выборное! Не велели тревожить ни в каком крайнем случае.
Он приказал:
-Быстро в операционную! - и добавил:
- Ей осталось жить двадцать минут…
Здесь сознание снова покинуло умирающую.
Очнулась она уже в операционной: на стене висела икона Пресвятой Богородицы, и слепенький старичок молился перед этой иконой…
-Я успела подумать, - вспоминала рассказчица - что мне страшно не повезло: мало того, что хирург - слепой, так ещё и время теряет, хотя сам сказал, что осталось двадцать минут.
И вдруг я - безбожница, комсомолка, выбросившая бабушкины иконы, - взмолилась:
- Пресвятая Богородица, спаси! - Я знаю, что говорить не могла - рот у меня пересох, и губы не шевелились: я обращалась к Богородице мысленно, но старичок, подойдя ко мне, сказал:
Не тревожься - спасёт…
Операция прошла замечательно, и больную через несколько дней выписали.
Спустя годы узнала она, что оперировал её Святитель Лука (в миру Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий) — российский и советский религиозный деятель, врач-хирург, учёный и духовный писатель.
За веру Святитель Лука неоднократно подвергался репрессиям.
В 1924–1925 годах находился в ссылке в Туруханском крае (Сибирь) по обвинению в контрреволюционной деятельности и шпионаже в пользу Англии.
Врачей в глубинке катастрофически не хватало, и , когда он заявил, что является хирургом и готов помогать людям, в больнице начала не поверили, но к операции допустили.
Он применял свои методики, спасая самых безнадёжных, а когда власти , испугавшись его популярности у народа захотели перевести его в другое место ссылки, весь уезд вышел с топорами на его защиту.
Властям, побоявшимся массового народного бунта, пришлось уступить..