Праздники начинают кончаться, но историй из истории у меня ещё много, и вот одна показательная в своем роде, и даже бомбическая (потому что некоторых от неё будет это самое) - про то, как "борщевики" заставили, можно сказать, силою принудили одного очень даровитого паренька изменить себе и свой выбранной профессии.
Родился он в 1914 году в Крыму, и имя при рождении получил природное для тех мест: Илья Исаакович Мичри (он был караимом по национальности). Так как Крым в начале века 20 стал местом неспокойным и даже опасным - для всех, то парнишка рано осиротел, и попал в беспризорники, а будучи беспризорником, освоил "профессию" вора-медвежатника - специалиста по взлому сейфов.
К 1930-м годам Илья, ставший уже Степаном Дудником благодаря новому паспорту, украденному у какого-то незадачливого путника вместе с чемоданом (он и этой статьи дохода ничуть не сторонился) уже имел солидный "воровской стаж" и попал отбывать за свои деяния срок на строительство Беломорканала. Да-да, того самого, куда "на перевоспитание" отправляли и классово чуждых и классово близких. И вот там, среди тачек с камнями и деревянных бараков, вдруг проявился талант: юный Стёпка начал рисовать стенгазеты и плакаты, и делал это так здорово, что его заметили.
Вот знаменитая фотография 1933 года с Беломорканала. Молодой Степан Дудник рисует агитационный плакат прямо в лагере.
А тем временем Сталин, который не оставлял своих попыток отрешить свободные личности от природного их ремесла, поручил тогда Сергею и Александру Герасимовым, С. Иогансону и И. Грабарю искать даровитых художников в гуще народной. Они и искали, где могли и как умели - с всей ответственностью относясь к порученному им делу. И вот Игорь Эммануилович Грабарь нашёл молодого, но уже матерого Степана уже после отсидки в 1934-м, и пригласил в художественный институт, в Москву, учиться на художника.
И вместо того, чтобы как порядочному медвежатнику вскрывать сейфы, приближая тем падение большевистской власти и вносить хаос, он учится у корифеев живописи, изучает историю культуры и анатомию, но старые привычки всё-таки рукам покоя не давали: первые пару лет он подрабатывал воровством чемоданов на знаменитых московских трёх вокзалах.
Его, конечно, ловили - и милиция не дремала - и хватка привычная от занятий интеллигентских, несвойственных ранее, утрачивалась, и вот, после одного из разбирательств, один из великих мэтров соцреализма, наблюдавший, так сказать, отечески за перековкой свободного духа в строители коммунизма, Александр Герасимов, вызвал к себе проштрафившегося и сказал примерно следующее: "Стёпа, не те таланты развиваешь, больше ведь на поруки не отдадут. Или тебе в лагере сильно нравилось, что вернуться не терпится?".
И беседа возымела-таки целительное действие - Дудник-Мичри завязывает с воровской карьерой навсегда.
И успех приходит к нему в другой.
Он в 1943 году оканчивает Суриковский институт с отличием и оставлен в аспирантуре, среди наиболее перспективных дарований, становится профессиональным живописцем, а потом и профессором, академиком советской уже Академии художеств, и даже дорос до должности председателя Московского союза художников (1968–1972).
В 1984-м он получил звание народного художника РСФСР.
Жил до 1996 года.
А мог бы - да??
Вот так и ломали борщевики людям судьбы - раз, и об колено. И вместо того, чтобы из тюрьмы да на каторгу - творить принуждали. Есть о чем возрыдать.
Картины на аукционах были ТУТ.
Интересно писал человек, не застаивался, пребывал в творческом поиске...
НепоДзензурное отныне тут:
Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях, без кириешек и даже даром есть - чтобы никто не ушел обиженным.