Окончание
Сергей не знал, сколько времени уже ходит по этому подвалу. Часов у него не было, а чувство времени, которое так хорошо отрабатывало у него ранее, здесь никак не проявлялось. Он открывал каждую встреченную на пути дверь.
Зайдя в одну комнату, он вдруг взлетел к самому потолку, как праздничный шарик. С огромным изумлением он сверху вниз осмотрел пустую комнату, придерживаясь руками за потолок добрался до стены, с силой оттолкнулся ногами, вылетел в открытый дверной проем и тут же грохнулся на пол. Что-то хрустнуло у него в боку и в ноге. Он застонал от боли и обхватил колено руками. Осторожно ощупал ногу, опасаясь перелома, но, к счастью, это был просто ушиб.
С трудом Сергей поднялся и, прихрамывая, пошел к следующей двери. Открыл ее, и тут же отпрянул от неожиданности, увидев, что в центре комнаты на длинной веревке, накинутой на шею, висит мужчина. Неподалеку от него лежал стул. Поразмыслив, Сергей зашел внутрь, осмотрелся. По висельнику едва скользнул взглядом, покойников он не боялся. Комната повдоль стен была уставлена какими-то приборами, вверх занимая место почти до потолка. Что-то чуть слышно щелкало, мигали лампочки, да негромко гудел трансформатор.
Сзади послышался шорох, и Сергей обернулся. В комнате ничего не поменялось. Все также перемигивались лампочки на шкафах да висел несчастный висельник, слегка покачиваясь под действием невидимого потока воздуха.
Сергей подошел к нему поближе.
— Кем ты был? Что заставило тебя сделать это? — чуть слышно спросил он. На повешенном была военная форма, местами порванная, местами заляпанная чем-то черным. На плечах виднелись какие-то нашивки. Сергей приподнялся на цыпочках, чтобы разглядеть получше, и невольно заглянул в лицо покойнику. Оно было серого цвета, синий язык торчал изо рта, нос провалился.
И тут мертвец открыл глаза.
Сергей отшатнулся, и, потеряв равновесие, грохнулся на пол. Словно во сне он наблюдал, как висельник поднимает синие руки, неторопливо снимает с шеи веревку. Оставшись висеть в воздухе, мертвец со скрипом размял шею, плечи, и стал спускаться вниз по невидимым ступенькам, протягивая вперед руки.
Сергей, пробуксовав на скользком полу, с трудом поднялся на четвереньки и рванул прочь из комнаты. Закрыл за собой дверь и навалился на нее спиной, тяжело дыша.
— Что за… — продолжить он не успел.
По коридору неспешно проплывала шаровая молния. Маленькая, не больше теннисного шарика, идеально круглая, она с сильным шипением искрила, распространяя вокруг себя запах озона. Сергей замер. Где-то он читал, что шаровые молнии реагируют на движение, поэтому старался даже не дышать, уставившись в одну точку на стене напротив.
И тут в дверь, на которую он опирался, изнутри поскреблись. Искрящийся шар мгновенно метнулся к Сергею и замер напротив его лица. Кожу опалило жаром, искры, долетавшие от шарика, посыпались на волосы, и Сергей взмолился, чтобы они не загорелись. Из комнаты за спиной не доносилось ни звука. Молния некоторое время повисела в воздухе, потом так же неторопливо двинулась дальше по коридору.
Сергей обождал некоторое время, затем пошел дальше. Открыв следующую дверь, с большой опаской осмотрел помещение. Пусто. Он уже было занес ногу, чтобы переступить порог, но понял, что не в силах этого сделать. Не может пересилить внутренний страх, который внушает пустая комната. Он отступил назад и тихо закрыл дверь.
Очередная комната, дверь которой он открыл, также была пуста, только на полу нарисован большой красный крест. Вспомнив пройденные игры, где подобный символ обещал излечение ото всех болячек, Сергей с надеждой ступил за порог. В комнате было тепло, неяркий свет разливался из скрытых светильников. Сразу навалилась усталость, заныл бок и ушибленная нога. Сергей, хромая, подошел к красному кресту и лег в самый центр. Закрыл глаза, и уснул сразу, как провалился в черное ничто.
Проснулся Сергей от неясного шума, доносящегося из коридора. Не вставая, он прислушался к шипению, позвякиванию, пытаясь оценить степень опасности. Ничего не понял, поднялся и на цыпочках подошел к дверному проему.
По коридору полз мужчина в солдатской форме. Он выбрасывал вперед правую руку, с видимым усилием подтягивал вслед за ней тело, и на некоторое время замирал в таком положении. Потом снова выкидывал вперед руку. Лицо его было багрового цвета, волосы слиплись от запекшейся крови. Левую руку он держал в районе живота. За ним волочились сизые кишки, которые оставляли на полу коридора следы то ли крови, то ли дерьма. Сквозь изорванную одежду в нижней части тела проглядывало синеватое тело, на одной ноге не хватало ботинка, только рваный носок. На другую ногу был намотан ремень автомата. Он-то и издавал тот дребезжащий звук, который разбудил Сергея.
Солдат в очередной раз с протяжным кряхтением выбросил вперед руку, подтянулся и поравнялся с дверным проемом комнаты.
— Бог ты мой… — растерянно произнес Сергей.
Солдат замер. Рывком поднявшись с пола, он молниеносно бросился в проем. И тут же был отброшен к противоположной стене невидимым препятствием. Он медленно поднялся, вправил себе шею и сел на корточки, страшно скаля зубы. Глаза его были безумны, одно ухо болталось на тонкой полоске кожи.
Сергей оглядел комнату в поисках чего-либо, что можно использовать для самозащиты, не нашел, и выставил вперед руки, приготавливаясь к драке.
Солдат, казалось, забыл про свои увечья, про вспоротый живот и выпавшие кишки. Он собрался и вновь прыгнул на дверной проем. В этот раз не отскочил, а прилип к прозрачному препятствию, словно к стеклу. Было видно, как солдат тяжело дышал, глядя на Сергея, слюна изо рта пенилась и стекала по подбородку. В том месте, куда падала его слюна, половое покрытие начинало шипеть и дымиться.
Сергей, понимая уже, что ему ничего не грозит, опустил руки и подошел поближе. Солдат за невидимой перегородкой пришел в неистовство. Он несколько раз с силой ударился всем телом о препятствие, затем, как человеческая многоножка, прилипая распухшими ладонями к прозрачной поверхности, резво побежал вверх. Кишки волоклись вслед за ним, автомат соскользнул с ноги и отлетел к противоположной стене коридора. Повисев некоторое время вверху, он опустился вниз головой и замер вверх ногами напротив Сергея. Видимо, поняв, что препятствие ему не преодолеть, тяжело спустился на пол, принял первоначальное положение и, кряхтя и поскуливая, пополз дальше. Забытый автомат так и остался лежать у стены.
Сергей подождал, пока все звуки, доносящиеся из коридора, не стихнут, и выглянул наружу. Пусто.
Он подошел к автомату, поднял, глянул на номер, и даже не удивился, увидев знакомый НГД-1125. Проверил магазин, поцокал языком, убедившись, что тот наполовину пуст.
— Где тебя носило, — чуть слышно пробормотал он себе под нос, закинул автомат на плечо и двинулся дальше по коридору. Чувствовал он себя превосходно. То ли реально это была лечебная комната, то ли просто сон помог, Сергей так и не понял.
И вдруг опять померк свет, позади ярко вспыхнуло, опалило жаром. Завыла сирена, задрожал пол, сверху посыпалась штукатурка. Сергей упал на пол и прижал ладони к ушам. Голову раскалывало от нестерпимого звука. Глаза жгло даже сквозь закрытые веки. Не выдержав, он заорал, вторя сирене, и вдруг всё стихло. Он еще некоторое время полежал на полу, затем, со стоном поднялся, огляделся, и не поверил своим глазам. Рядом с ним была дверь, над которой горела надпись «Выход». Он рванул к ней, ударил всем телом и ввалился в родной коридор.
Навстречу вскочили двое солдат, вскинули автоматы, третий кинулся к пулемету, и тогда он отбросил автомат в сторону, поднял руки и закричал:
— Свой! Я свой, не стреляйте!
— На пол! — орали они, — лечь на пол!
Сергей, по-прежнему держа поднятыми руки, покорно бухнулся на колени, затем лег плашмя, руки сцепил в замок на затылке.
— Свой я, свой, — шептал он, прижимаясь щекой к полу.
*****
Сергей в который раз уже налил себе воды из графина и выпил. Его мучала жажда.
— Давай еще раз, по порядку, — попросил Петр Иванович. Он поправил камеру, и сел на своё место, рядом с полковником.
Сергей вздохнул, и начал опять рассказывать свои приключения с самого начала. Рассказал про смех, про открытую комнату и следы крови, которые увели его в страшный подвал. Про встреченного солдата и загадочные комнаты. Пока он рассказывал, глядя на мигающий глазок камеры, за ним наблюдали трое человек. Первый — его начальник, Петр Иванович. Второй, массивный, почти квадратный, с полковничьими погонами на расстегнутом кителе, и третий, молчаливый сухощавый человек в штатском. Они не представились Сергею, и тот мог только догадываться, кто были эти двое.
Рассказывая, краем глаза он заметил, как открылась дверь, в комнату зашла молоденькая девушка и протянула Петру Ивановичу бумажную папку. Тот поблагодарил и девушка, кинув заинтересованный взгляд на Сергея, удалилась.
Когда он закончил, Петр Иванович открыл папку и спросил:
— Сможешь опознать по фотографии солдата? Как там его звали?
— Иван Корнилов, номер АБ-054, опознать смогу.
Петр Иванович разложил перед ним черно-белые фотографии.
Сергей перебрал снимки и уверенно вытащил два фото. На одном Иван в военной форме стоял навытяжку рядом с бюстом Ленина, за его спиной виднелись слова "Пролетарии всех стран…". На втором, сделанном, видимо, на паспорт, с отрезанным уголком, он был в штатском, с серьезным лицом, но глаза по мальчишечьи озорные.
— Уверен?
— Уверен, — твердо ответил Сергей. — У меня профессиональная память на лица.
Петр Иванович переглянулся с полковником, но ничего не сказал.
— Ну хорошо. Теперь посмотри, художник правильно воспроизвел те комнаты, которые ты видел?
Сергей взял протянутый планшет, запустил слайд-шоу. Внимательно рассмотрел рисунки, поморщился, увидев мертвяка, замершего вверх ногами в дверном проеме.
— В целом, всё верно. Хороший художник.
— Значит, говоришь, что не чувствовал ни голод, ни жажду, пока там был?
Сергей отрицательно покачал головой.
— Вообще не чувствовал. Даже мысли не возникало.
— Как же ты мог продержаться две недели без еды?
— Я даже не понял, что прошло две недели. Там не чувствуется время. Идешь да идешь себе… Спасибо вам, что жену успокоили. Не думаю, что она поверила в внезапную командировку, но хоть что-то, а не полная неизвестность…
Петр Иванович помолчал. Потом поднялся.
— За то, что ты рисковал жизнью, мы тебя вознаградим, премия уже перечислена. Немалая, кстати. Была бы больше, но мы выписали тебе штраф за нарушение инструкций. Потом приказы подпишешь. Разницу, как я уже сказал, перечислили.
Сергей равнодушно пожал плечами.
— Ну, в принципе, всё, у нас больше вопросов нет. Подпиши вот здесь Соглашение о неразглашении и можешь идти. Не забудь, в среду тебе снова заступать.
— Я не приду, — спокойно сказал Сергей, расписываясь в указанном месте. — Я увольняюсь. Мне такие приключения нафиг не нужны. Всего хорошего.
— Постойте-ка, молодой человек, — подал голос полковник. — Вы уверены в своем решении?
— Абсолютно уверен, — так же спокойно ответил Сергей, — у меня жена и маленький ребенок. И кот, — зачем-то добавил он.
— Ну так вы и должны в первую очередь о них подумать. Если я не ошибаюсь, вас уволили два года назад из полиции с так называемым «волчьим билетом». И вы два года перебиваетесь с грузчика на охранника, и отовсюду вас через месяц-другой выгоняли.
— Не ошибаетесь, — мрачно сказал Сергей, глядя в сторону.
— Причину мы тоже знаем… Вроде умный молодой человек, зачем же вы решили разворошить это осиное гнездо у себя в полиции? Думаете, героем станете? Или решили, что вы хороший следователь, и вытянете это дело? Благодарите судьбу за то, что вас самого в тюрьму не посадили, видимо пожалели, жена на сносях была…
— Я хороший следователь, — вспылил Сергей. — Был хорошим следователем…
— Ну, следователь вы плохой, на мой взгляд, — подал голос мужчина в штатском, сидевший за полковником. — Вы не видите главного, и не умеете делать выводы.
Сергей угрюмо молчал.
— Давай так. Мы на тебя давить не будем. Но учти, что здесь, именно здесь, у нас, ты будешь получать приличную зарплату за непыльную, в сущности, работу. — Сергей встрепенулся, но Петр Иванович не дал ему вставить слово и продолжил, — Ты попал в такую историю только из-за того, что нарушил инструкции. Но здесь есть и моя вина. Я должен был сам тебя проинструктировать, а не доверить твоему напарнику. Но теперь ты научен на собственном опыте. Стрелянный воробей. И будешь знать, что не стоит лезть куда не следует. Посидишь пока в «наружке», а там посмотрим… С твоим опытом нужна более интересная работа, чем на пропускном пункте сидеть.
— Не дадут работать на более интересной работе, — хрипло сказал Сергей, по-прежнему глядя в сторону.
— Твои бывшие начальники из полиции нам не указ, — рассмеялся полковник. — Если сунутся, мы быстро найдем на них управу.
— Так что подумай, Серёжа, хорошенько подумай, — продолжил Петр Иванович. — И в среду тебя ждем либо на смену, либо за документами, тут уж как решишь. Мы больше просить не будем. Ну а то, что рассказывать о том, что здесь произошло, смертельно опасно, для тебя опасно, ты и сам понимаешь. Иди, Анна проводит тебя до выхода.
Сергей посмотрел на него и молча вышел из кабинета. Молоденькая девушка поднялась с кресла и пошла по коридору, Сергей двинулся за ней.
— Вот здесь мужская раздевалка, в шкафу 183 все ваши вещи, — она указала на дверь и протянула небольшой ключ от шкафа. — Переоденетесь, сдадите форму и через дверь на противоположном конце пройдете на выход.
Анна улыбнулась на прощание и пошла назад.
Сергей зашел в раздевалку, устало опустился на скамью возле шкафчика. Расстегнул рубашку, стянул штаны. Что-то выпало из кармана, и, звеня, покатилось по полу. Сергей догнал и поднял выпавший предмет. Это была монета, большая, жёлтая, на одной стороне указан номинал «5 копеек» и год выпуска 1961, на второй — герб СССР. Сергей зажал в руке счастливую монету встреченного им солдата, которая волей судьбы досталась ему, и вернулся на скамью. Он рассеянно подкинул пятак раз, другой, вспоминая молоденького Ивана, и вдруг осознание накрыло его. Он оторопело уставился на пятак, губы округлились в изумлении. «Вы плохой следователь», — вспомнились слова человека в штатском, — «Вы не видите главного».
Сергей очумело потряс головой, встал, прошелся по раздевалке.
— Да быть такого не может, — пробормотал он. — 1961 год…
Голова пылала, всё вдруг поплыло перед глазами, и Сергей снова опустился на скамью. Левитация и живые мертвецы не произвели на него такого сильного впечатления, как догадка про Ивана. Ну а если так, то не будет ли он дураком, увольняясь из столь загадочного места? Это сейчас он в наружке, но можно же и перейти на охрану самого объекта. Если соблюдать инструкции, то ему ничего не грозит, а Петр Иванович правильно сказал, он уже стрелянный воробей, теперь будет осторожней. С другой стороны семья, Марина и маленький Тёмка…
Он раскрыл ладонь, взглянул на пятак и вдруг решился:
— Значит так, решка — увольняюсь, орел — остаюсь.
Поколебался, и с усмешкой добавил:
— Зависнет в воздухе — уеду с женой и Тёмкой из города.
Сергей вздохнул и подкинул монету.
0 постов • 0 подписчиков
Подписаться Добавить пост