Найти в Дзене
С книгой в обнимку

"Энтомология для слабонервных"

Катя Качур заворожила меня с первой прочитанной книги, а в каждую новую проваливаюсь с первых абзацев. На этот раз никакого магического реализма, все узнаваемо и не такие уж редкие экземпляры в Катиной коллекции насекомых. Время действия - от 50-х до 90-х с экскурсами-воспоминаниями в начало века. В "Виньетке тутового шелкопряда" Аркашка Гинзбург живет с родителями в коммуналке. Впечатлительный мальчик реагирует высоченной температурой на каждое сильное впечатление, тем более - на труп неизвестного в привокзальной уборной. С нежностью замирает над коробкой с червями тутового шелкопряда вместе с сумасшедшей Лидкой, над которой шефствует вся квартира. С Левкой и Элькой выслеживает подозреваемого в убийстве в духе книг Анатолия Рыбакова. Лучшая история в книге, сразу цепляющая на крючок. Ощущение, что она была написана как самостоятельное произведение, а всё остальное нарощено позже. В "Параболе стрекозы"- Аркашка-подросток влюбляется в девочку из много-многодетной семьи Ульянку.
Оглавление

Катя Качур заворожила меня с первой прочитанной книги, а в каждую новую проваливаюсь с первых абзацев. На этот раз никакого магического реализма, все узнаваемо и не такие уж редкие экземпляры в Катиной коллекции насекомых.

Семейная сага в 4 новеллах

Время действия - от 50-х до 90-х с экскурсами-воспоминаниями в начало века.

В "Виньетке тутового шелкопряда" Аркашка Гинзбург живет с родителями в коммуналке. Впечатлительный мальчик реагирует высоченной температурой на каждое сильное впечатление, тем более - на труп неизвестного в привокзальной уборной. С нежностью замирает над коробкой с червями тутового шелкопряда вместе с сумасшедшей Лидкой, над которой шефствует вся квартира. С Левкой и Элькой выслеживает подозреваемого в убийстве в духе книг Анатолия Рыбакова.

Лучшая история в книге, сразу цепляющая на крючок. Ощущение, что она была написана как самостоятельное произведение, а всё остальное нарощено позже.

В "Параболе стрекозы"- Аркашка-подросток влюбляется в девочку из много-многодетной семьи Ульянку. К ним приклеивается Зойка - девочка-подкидыш со страшной судьбой. Осиротевшую её отдали на время Ульянкиной матери по принципу "одним ребёнком больше, одним меньше" и с тех порт она выбрала Ульянку своим кумиром, повторяя каждый её шаг. Кипят шекспировские страсти и покоряются ветряные мельницы.

Это было ярко и красиво.

В "Коронации пчелиной матки" герои выросли, передружились и переженились, а Ульянку сделала своей слушательницей и хранительницей тайн Аркашина бабка Лея, при имени которой вздрагивают младшие поколения семьи.

Тут я радовалась за Зойку, которая наконец обрела свою жизнь, не пытаясь копировать Ульянкину.

В "Страна шмелей" выросшая Ульянкина дочь находит любовь, едва не потеряв лучшее в себе.

Самая слабая новелла.

Впечатления

✅ От рассказа к рассказу картинки сменяются, как в калейдоскопе, но мне хотелось большей связности между ними, хотелось не отпускать главных героев на задний план.

✅ Вся в романе держится на женщинах, будь то девочка Эля, без которой не раскрылось бы преступление, многодетная Мария Иванкина, ставшая матерью для сироты-приемыша Зойки или сама Зойка, без которой пропали бы младшие Иванкины. Такое "время женщин".

И персонажи получились объемные - хоть еврейская мамаша Бэлла, хоть истязательница-прабабка Лея, которую передают друг другу погостить, перекрестившись и ликуя, семьи её сыновей.

Но как-то обидно за Аркашку. Он так ярко показан в первых 2 рассказах - умненький мальчик с обостренным чувством справедливости, считающий себя трусом и храбро защищающий слабых. И совершенно никакой во взрослой жизни.

✅ Все тот же, что и в других Катиных книгах, поэтичный, полный метафор язык, наслаждалась:

Буквы, написанные её рукой, как в пьяной лодке, колотились из стороны в сторону. Строки распадались, слова стыдились друг друга и рвались прочь к краям страницы…

Или:

Мартовское солнце, как вор, лезло пятернёй в форточку, обещая украсть тяжёлые шубы и валенки с прошедшей зимы. Бэлла, подыгрывая грабителю, махом отодвинула занавеску, впустив за обеденный стол солнечных зайчиков.

Или вдруг кольнёт - как это верно:

Шасси опускаются, колеса цепляют замлю, и судно, выпавшее из ладоней Бога на московский бетон, нервно трясётся, удивляясь очередному спасению.

✅ Отдельное удовольствие - стихи, что записывают в тетрадку несколько поколений женщин семьи Гинзбург. Это не высокая поэзия, но в них что-то очень близкое, похожее на стихи, которые пишут впечатлительные, много читающие девушки всех времен, не исключая меня. Не зря читателю кажется, что стихи написаны не разными персонажами, разделенными годами и десятилетиями, а одной рукой.

... То ли дождь звенел, а то ли звёзды падали.
Лето знойное стояло, снегопады ли.
То ли вороном кричала птица, то ль скворцом,
То ли было то началом нашим, то ль концом.
То ль свободная я птаха, то ли поймана,
То ли в церкви слушать Баха, то ль Бетховена,
То ли звать тебя мне милым, то ль чужим,
То ли кончились чернила, то ли жизнь.

✅ Метафора человеческой жизни как жизни насекомых - то нежного шелкопряда, то трепетной стрекозы, то пчелиной матки - мне показалась притянутой за уши, хотя не спорю - красиво).

✅ Очень резал глаз и слух суффикс "к" в именах - "АркашКа", "УльКа", "ЗойКа"...

Итого 9/10.

А вы читали что-нибудь у Кати Качур? "Ваш" это автор или совсем нет?