Новый год — время чудес, семейных традиций и ярких впечатлений. Особенно ждут праздника дети, для которых ёлка, подарки и новогодние представления становятся частью волшебного мира детства. Но, к сожалению, не у всех малышей этот праздник складывается так, как хотелось бы. История Стефана Оганесяна — наглядный пример того, как взрослые разногласия могут лишить ребёнка новогоднего настроения.
Пока другие экс‑участники реалити‑шоу, ставшие родителями, активно делятся в соцсетях праздничными фото и видео — заснеженные ёлки, сверкающие гирлянды, счастливые детские улыбки у подарочной коробки, — в семье Оганесян царит совсем иная атмосфера. Стефан, несмотря на юный возраст, оказался лишённым даже базовых атрибутов новогоднего торжества. Ни домашней ёлки, ни похода на праздничное представление — ничего из того, что обычно наполняет декабрьские дни детским восторгом.
Ситуация осложняется тем, что родители мальчика сейчас живут раздельно. Саша Черно и Иосиф Оганесян, некогда составлявшие пару на проекте, теперь выстраивают жизнь порознь — и, судя по всему, координация в вопросах воспитания сына даётся им непросто. Когда Саша, по её собственному признанию, «наиграла на рестик» (то есть накопила на ресторан), она отправила Стефана к отцу. Так мальчик оказался в доме Иосифа, где вместо праздничного настроения его ждал обычный быт.
Иосиф Оганесян, взяв на себя роль временного опекуна, сосредоточился на повседневных задачах. В соцсетях он охотно делился кадрами, демонстрирующими успехи сына: вот Стефан что‑то мастерит, вот читает, вот увлечённо играет. Однако за этими позитивными снимками проглядывает иная реальность: отец, похоже, больше озабочен созданием контента, чем организацией настоящего праздника для ребёнка. Более того, на фоне публикаций о достижениях сына Иосиф начал продвигать собственную методику по развитию речи — предложение, которое подписчики восприняли скептически. Многие предположили: это не столько просветительский проект, сколько попытка заработать, особенно на фоне слухов о том, что Иосиф вновь остался без постоянной работы и теперь рассчитывает на доход от рекламы.
Между тем Новый год — это не просто календарная дата. Для детей это время, когда оживают сказки, когда каждый день наполнен предвкушением чуда. Отсутствие ёлки, праздничных украшений, походов на представления — всё это не мелочи, а важные элементы эмоционального опыта. Ребёнок не понимает сложных родительских перипетий, он просто чувствует: что‑то пошло не так, праздник обошёл его стороной.
Возникает вопрос: почему при всех возможностях (а бывшие участники реалити‑шоу редко испытывают острый дефицит внимания или ресурсов) родители не смогли организовать для Стефана хотя бы минимум праздничного антуража? Возможно, причина в отсутствии договорённости между Сашей и Иосифом: каждый живёт своей жизнью, а ребёнок становится заложником их несогласованных действий. Возможно, дело в усталости: оба родителя, судя по их публичным высказываниям, считают, что праздники нужны в первую очередь им самим — как передышка от рутины. Но тогда кто позаботится о том, чтобы у ребёнка остались тёплые воспоминания о Новом году?
Конечно, нельзя исключать, что ситуация выглядит драматичнее именно в медийном поле. В реальной жизни, возможно, Стефан не ощущает себя обделённым — дети умеют находить радость в мелочах. Но публичный образ его новогодних каникул создаёт тревожный прецедент: когда родительские амбиции, занятость или конфликты вытесняют простые детские радости.
История Стефана Оганесяна заставляет задуматься: что важнее — выкладывать в соцсети красивые кадры с ёлками и подарками или действительно создавать для ребёнка атмосферу праздника? И если взрослые не могут договориться даже о таком, казалось бы, очевидном деле, как новогодняя ёлка, то что говорить о более серьёзных аспектах воспитания?
В конечном счёте Новый год — это не про дорогие подарки и профессиональные фотосессии. Это про внимание, про время, проведённое вместе, про ощущение, что ты — часть чего‑то большого и доброго. И если родители не находят в себе сил подарить это ребёнку, то, возможно, стоит пересмотреть приоритеты. Ведь детские воспоминания формируются здесь и сейчас, и упущенные моменты уже не вернуть.