Вовка раздухарился, ведь они шли в компании Наташки и Светки, он рассказал, что под конец года на всё забил, все учителя ему «по боку», «родаки» тоже не в зоне его внимания, и вообще он такой, что ему на всё плевать. Закончив свою пламенную речь, которая, по его мнению, должна была произвести на девушек впечатление, особенно на Светку, он смачно харкнул на землю.
Он сто раз так делал, и в одиночку, и при пацанах, и при девчонках, но в этот раз, как только его плевок достиг земли, сердце словно схватила и сжала чёрная ледяная рука. Он побледнел, захрипел, и последнее, что увидел – удивление на лице Светы. Света. Интересно, почему он раньше её так не называл?
Всё это произошло, когда рядом с компанией подростков проходила худенькая смуглая женщина в облегающем платье с оранжево-жёлтыми переливами в лучах заходящего осеннего солнца. Когда плевок Вовки коснулся планеты Земля, бровь женщины слегка дрогнула ввысь. Но она продолжила идти дальше, а сердце школьника замерло навсегда. Ведь он не мог даже подумать, что слова его и поступок достигнут богини планеты Земля, которая вздумала в тот вечер посетить мир людей, посмотреть, чего они нагородили за последнюю тысячу лет. Просто чистая случайность, что Вовкин плевок пришёлся аккурат в богиню, которая ни много ни мало представляла всю нашу огромную Землю.
Вовка очнулся во тьме. Он не мог двигаться, или мог, но куда, если вокруг тьма? Он пробовал кричать, но не слышал крика, не чувствовал тела и лёгких. Он не мог себя коснуться, он вроде как был, и в тоже время его не было. Себя осознавал, мог вспомнить свою жизнь, а дальше всё. Ни вперёд, ни назад, ни влево, ни вправо, ни вверх, ни вниз. Нельзя ни заплакать, ни заорать, нельзя было сделать ничего… Видимо, это то самое место, которое люди называют адом.
Сколько Вовка барахтался в темноте он не помнил, когда вдруг возле уха, или в голове? Или где-то, раздался жутковатый бархатный шёпот: - ТЫ УМЕР… УМЕР… УМЕР…
Если бы Вовка мог, он бы вздрогнул. Но тела не было и от этого было ещё страшнее. А неведомый голос продолжал: - ТЕПЕРЬ ТЫ ЧАСТЬ ПЛАНЕТЫ. ТЫ ЧАСТЬ ЗЕМЛИ, НА КОТОРУЮ ПЛЮНУЛ. ТЫ ТЕПЕРЬ ЧАСТЬ ВСЕХ ПЛЕВКОВ ТАКИХ ЖЕ КАК ТЫ.
Куда пропала вся бравада? Смелость? Или этого ничего и не было? Просто за своим показушным бахвальством Вовка прятал свои неудачи… свою лень. Лень учиться, лень что-то делать полезное и хорошее. На что он тратил свою жизнь? На то, чтобы получать уважение пацанов и жалкие хихиканье девчонок, которые слушали его бред? И что теперь?
Вовке было очень грустно, до жути жалко себя, и ещё страшнее от того, что он не знал, что его ждёт и ждёт ли что-то вообще.
Прошло ещё сколько-то времени. Он не мог ощутить сколько. Ведь он не спал, не ел, и ничего такого ему совершенно не хотелось. Он просто был. Сознание 15-летнего пацана в бесконечном чёрном ничто. В какой-то момент он начал просить прощения у всех богов, каких знал, у родителей, у пацанов, у Светки. И молился, чтобы вернулся тот жутких голос. Хотя бы этот голос…
- ЗНАЕШЬ, - вдруг снова внезапно зашелестело в голове, - ЛАДНО, НА ЭТОТ РАЗ, КАК ГОВОРЯТ У ВАС, ЛЮДЕЙ, ОГРАНИЧИМСЯ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕМ. НО ТЫ БУДЕШЬ ВСЁ ПОМНИТЬ, ЧТО ТУТ СЛУЧИЛОСЬ. ПРОЩАЙ. ЖИВИ МУДРО. УВАЖАЙ СВОЙ ДОМ, СВОЮ ПЛАНЕТУ.
- Вовка! Вовка! – Света била его по щекам, где-то завывала сирена скорой, которую вызвала Наташа. – Наконец-то! Мы уже думали тебе всё… совсем…
Парни помогли товарищу подняться с земли, а Вовка, вдруг упал на колени и заплакал навзрыд. Все стояли молча вокруг него, подъехала, мигая спец-сигналами, скорая. Медики проверили состояние подростка. Всё было в норме. Только на груди, там, где сердце, был небольшой, правильный ожог, похожий на тату, в форме планеты Земля.