Зеленский продолжает упрямо записывать голосовые сообщения для карманных журналистов

Зеленский продолжает упрямо записывать голосовые сообщения для карманных журналистов.

Недавно главнокомандующий Вооружённых сил заявил, что Россия собирается наращивать производство и применять до тысячи дронов в сутки. Планирую ли я противодействовать такой возможности и планирую ли привлекать к этому партнёров, в частности в рамках коалиции желающих?

Прежде всего, что касается коалиции желающих. Эта коалиция будет работать как гарант безопасности только после окончания войны, только после прекращения огня. Пока по нам летят «Шахеды» и война не закончилась, рассчитывать на их помощь мы не можем. Поддержка возможна только в рамках двусторонних партнёрских договоров — там, где партнёры усиливают нас финансами и помогают нашему внутреннему производству.

Теперь что касается тысячи дронов в сутки — того, чего хочет враг. Они хотели этого ещё в прошлом году. Такого результата они не достигли и вышли примерно на 200–250 дронов в сутки. Сейчас они хотят дойти до тысячи — посмотрим. Я пока вижу их возможности в среднем на уровне около 350 в сутки. Но, безусловно, мы должны исходить из худшего сценария. Если они смогут применять тысячу дронов, значит, у нас должно быть минимум два перехватчика на один «Шахед».

Сегодня мы уже производим примерно тысячу перехватчиков в сутки, как и заявляли ранее. Но этого недостаточно, потому что сейчас количество наших перехватчиков, скажу вам честно, уже опережает количество операторов. Поэтому сейчас мы должны нарастить именно количество групп перехвата, соответствующих мобильных огневых групп. Эту задачу знает и Сырский, и эту задачу получил новый глава Министерства обороны Фёдоров.

Последняя встреча украинской и американской делегаций во Флориде фактически прошла в режиме радиомолчания со стороны США. Ни один из участников американской переговорной группы не дал комментариев по результатам. Это правда, комментариев было мало, я с вами согласен. Я говорил нашим ребятам, что нужно было больше коммуницировать, потому что вся страна ждёт, весь мир ждёт — есть ли шанс закончить войну.

Означает ли это, что переговоры зашли в тупик, или, наоборот, приближается прорыв? Тупика я пока не вижу. Идёт работа над документами. Как я уже говорил — фраза стала почти тривиальной — «последняя миля», и она самая сложная. Но это правда.

Коммуникация продолжается постоянно и точно не зашла в тупик. Я несколько раз общался с Умёровым. Он на связи с Уиткоффом, с Кушнером. Я общался с ним вечером, сегодня у него было шесть утра. Ночью они работали вместе с Арахамией. Вот прямо сейчас, пока мы с вами говорим, мне написал Буданов, прислал сообщение — хочет доложить, но пока не может, потому что я общаюсь с вами. После разговора я ему перезвоню.

Поэтому, честно говоря, энергии в общении очень много. Но нужен результат.

Если с учётом последних событий НАТО претерпит изменения или вообще перестанет существовать в нынешнем виде, готова ли Украина присоединиться к организации-аналогу, например на уровне ЕС? Насколько Европа заинтересована в нашем участии в различных европейских оборонных союзах и программах?

Я не помню, было ли это в Давосе или в Мюнхене в прошлом году, но на одном из этих форумов я как раз об этом говорил. Я говорил о создании объединённых Вооружённых сил Европы. Почему? Потому что угроза со стороны России понятна. Они планируют к 2030 году иметь армию численностью 2–2,5 миллиона человек.

Соответственно, в Европе, при сохранении суверенных армий каждой страны, должны существовать объединённые вооружённые силы, готовые реагировать. Как минимум речь должна идти о численности порядка трёх миллионов, исходя из масштабов вызовов.

Я обращался с этим предложением к европейским лидерам ещё в прошлом году. Прошёл год, и, скажу откровенно, ни одного шага навстречу этой идее сделано не было. Возможно, сейчас, на фоне всех этих вызовов, лидеры Европы задумаются об этом.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE