В частных беседах со своими приятелями, знакомыми и читателями я всё больше (и всё громче) слышу одну и ту же сформулированную следующим образом мысль: мы вместе с ними жить не хотим.
Ну понятное дело, что под ними имеются в виду братья наши бывшие.
И ведь дело не в какой-то злости русских людей (хотя объективной озлобленности на товарищей по ту сторону ленточки никто не отменял).
Дело всё - в том, что всегдашний некоторый русский идеализм мышления сейчас уже сменяется реальностью (ну за четыре года-то и подслеповатый может в подробностях рассмотреть предлагаемый объект).
Украинцы - в том их изводе, который имеется там сейчас, - как мне кажется, прошли уже точку невозврата в нашу с ними общность. И это интуитивно чувствуют многие.
Кем они там дальше будут (и будут ли как общность вообще или растворятся в других народах и странах) - покажет время. Но факт в том, что принимать к себе, как своих, эту орду в массе своей маловменяемых, враждебно настроенных по отношению ко всем российским гражданам людей - это означает подложить под собственное общество, под собственное будущее огромную бомбу, которая потом может рвануть и всё уничтожить изнутри.
Кто хотел, тот уже тем или иным образом оказался среди нас. Я даже, знаете ли, иногда бабушек и дедушек там, на Украине, не понимаю. Тех, которые остаются дома и не уезжают вплоть до того момента, пока ЛБС не придет к ним в дом. Нет, ну то, что многим некуда ехать и в общем-то, в философском смысле, всё равно уже (особенно когда возраст почтительный), - это, наверное, можно понять. Но то, что тактика ведения боевых действий при наличии в населенном пункте подобной бабушки с нашей стороны будет другой, - это же тоже очевидно. И сколько ребят сложат свои головы только потому, что этой самой бабушке было всё равно и она никуда не уехала? И ей же потом наш противник будет прикрываться. Выходит, что - осознанно или нет - этой бабушке всё равно на наших ребят, на наших солдат. Тогда от кого и от чего они ее освобождают? Да и не всегда бабушки были бабушками. Когда всё начиналось, они были вполне себе молодыми людьми, имевшими возможность наблюдать проблему в ее развитии (ну раз дожили до почтенных седин). И наблюдать эту проблему они имели возможность изнутри. Не с Камчатки (где, может, и можно было ее не заметить), а непосредственно с украинского хутора.
Я не призываю ни к чему, я как публицист просто наблюдаю общественные настроения и размышляю. Я и своих детей наблюдаю. У них вообще никогда не было и нет ненависти к людям по какому-то национальному признаку. Но дело ведь не в национальности в случае с политическим украинством. Это же не национальность, а состояние души. А к подобному состоянию души лично у моих детей УЖЕ сформировано стойкое неприятие на своего рода иммунном уровне. И когда я слышу, как мой сын поёт популярную среди подростков песню (на мелодию песни из "Бременских музыкантов") про "ничего на свете лучше нету, чем пустить по Киеву ракету", то я, слыша это, совершенно не понимаю, каким образом всё это будет сшиваться в будущем. Тем более что и возразить на эту песню, особенно ввиду моей личной истории в этой страшной войне, мне особенно и нечего. И чем дальше и дольше длится СВО, тем меньше у меня (и у многих из тех, с кем лично я на этот счёт общаюсь) понимания относительно того, а как оно вообще возможно - жить вместе после всего. И этого всего, после которого невозможно жить вместе, становится всё больше и больше. Да и Бог знает, что ещё нас ждёт и что ещё будет включено в это всё...