Не зная, распознать в Луангпрабанге одну из самых интересных для туриста локаций Лаоса сложно. Небольшой город запрятан в сердце страны на берегу Меконга. До 1975 года он был столицей одного из вошедших в республику королевств, а сегодня является объектом всемирного наследия ЮНЕСКО. Чем он может пленить и что в нем посмотреть туристу — рассказала Yelena Ptashinskaya. Здесь отзыв в сокращении, орфография и пунктуация автора сохранены. Кто бы мог подумать, что меня — такую, травмированную советским детством — так пленит отсталая коммунистическая страна. Точнее, одно место в ней. Город, больше похожий на деревню. Совершенно очаровательный Луанг Прабанг, куда мы отправились после Бангкока. Как только прилетели — это был культурный шок. После аэропорта Бангкока, который выглядит как транспортный центр мирового класса, аэропорт Луанг Прабанга воспринимается как машина времени. Ты выходишь в обшарпанный райцентр Советского Союза 70-х годов. И даже цвет формы пограничников такой же. Единственн
Не зная, распознать в Луангпрабанге одну из самых интересных для туриста локаций Лаоса сложно. Небольшой город запрятан в сердце страны на берегу Меконга. До 1975 года он был столицей одного из вошедших в республику королевств, а сегодня является объектом всемирного наследия ЮНЕСКО. Чем он может пленить и что в нем посмотреть туристу — рассказала Yelena Ptashinskaya. Здесь отзыв в сокращении, орфография и пунктуация автора сохранены.
Кто бы мог подумать, что меня — такую, травмированную советским детством — так пленит отсталая коммунистическая страна. Точнее, одно место в ней. Город, больше похожий на деревню. Совершенно очаровательный Луанг Прабанг, куда мы отправились после Бангкока.
Как только прилетели — это был культурный шок. После аэропорта Бангкока, который выглядит как транспортный центр мирового класса, аэропорт Луанг Прабанга воспринимается как машина времени. Ты выходишь в обшарпанный райцентр Советского Союза 70-х годов. И даже цвет формы пограничников такой же. Единственное, что хоть как-то компенсирует эту депрессивную «советскую реальность» — это живописные горные пейзажи вокруг.
Дорога из аэропорта в город проходила через местные бедные деревни, где прямо как в советском прошлом стоит обшарпанный сельсовет с колоннами и красными флагами. Я думала, что такие вещи теперь можно встретить только в сувенирных магазинах. Я правда ни разу не была в Китае и Вьетнаме, но говорят, там их ещё больше. Так что первое впечатление у меня было простым: Лаос — большой колхоз.
Доехали мы быстро, минут за 15, в тот самый милый центр, который я столько раз видела на туристических фотографиях (правда без флагов). Заселились в хорошую гостиницу с фасадами в колониальном французском стиле, недавно отремонтированную. Балкон выходил на главную набережную реки Меконг.
Всё вокруг дышало тихой провинцией: внизу тусовались местные гопники в трениках с пивом и картами, а с реки доносились звуки китайской попсы с длинных экскурсионных кораблей (Течет рекааааа Волгаааа). Тётка, продававшая билеты на эти речные круизы, скучала — желающих почти не было.
С деньгами и едой мы разобрались минут за 20 — ATM были на каждом шагу. Раздобыв немного наличных, мы сразу записались на закатный речной круиз по Меконгу, выбрав самый большой корабль с открытой верхней палубой. Похоже, это одна из главных достопримечательностей Луанг Прабанга: Меконг для них — река жизни, почти самая длинная в Азии и главная транспортная артерия страны (по крайней мере до строительства китайской железной дороги).
Когда оказываешься посреди этой реки, сразу чувствуешь: она мощная и спокойная, и именно она задаёт ритм жизни Луанг Прабанга — а может, и всего Лаоса. Я обожаю места, где горы встречаются с водой. Ландшафт задаёт границы, вода расширяет горизонты.
Но на Меконге водные просторы и горы находятся в каком-то волшебном равновесии: силуэты гор, спускающиеся к горизонту, и огоньки проплывающих кораблей выстраиваются в свой собственный парад планет. Всё это производит завораживающее впечатление, и мне сразу захотелось совершать такие прогулки каждый вечер, превратив их в ритуал. И, как потом оказалось, Луанг Прабанг — это вообще место ритуалов.
На ужин нам посоветовали Tamarind — ресторан, который рекомендуют всем западным туристам. Но мы до него не дошли и остановились в Bamboo Tree. И там я снова влюбилась — в лаосскую еду. В самый простой куриный супчик, самый дешёвый, с кучей зелени.
Кажется, на этом мог закончиться наш волшебный вечер. Но романтическое место в Лаосе оказалось выбрано в совершенно не романтическое время. В этот день в Лаосе праздновали День независимости, и по всей стране шла большая пьянка. Я специально заказала номер с балконом и видом на реку. И ровно под этим балконом, рядом с трансформаторной будкой, местные гуляки устроили настоящий рок-концерт, пытаясь перекричать свои собственные усилители.
Луанг Прабанг славится тем, что каждое утро здесь проходит церемония раздачи еды монахам — и это целое событие. Люди с корзиночками и рисом выстраиваются вдоль улиц и подают еду монахам, проходящим мимо из храмов.
Было шумно, хаотично и, честно говоря, похоже на пример того, как местные духовные практики превращаются в аттракцион для туристов.
Утро было пасмурным (как и весь Луанг Прабанг). Черепичные крыши храмов и домов уходили в туманные горы. Туристы расходились на завтраки и экскурсии...
А у нас в программе была поездка на водопады Куанг Си. Боже упаси ехать туда с групповым туром. Поэтому ребята на ресепшене подогнали нам такси с водителем в самый ранний вариант, чтобы быть на месте прямо к открытию.
Наш водитель всё правильно нам рассказал, и посоветовал сразу идти к большому водопаду. Мы как чемпионы — на трэйл пришли первыми, и на водопаде тоже были самые первые. И получили свою награду — божественное чудо природы.
Словами сложно описать, но кто бы мог подумать, что из таких пасмурных, пастельных тонов сложится такая чудная, чуть туманная благодать из наслаивающихся потоков! Захотелось по-буддийски благословить весь северный Лаос и просто стоять рядом, в спокойной радости, будучи частью этой красоты.
На всё у нас ушло полтора-два часа. Всё недолго, быстро и очень красиво. Вернулись к входу, где уже вовсю кипела жизнь: рынок гудел, подъезжали вагончики с толпами туристов. Мы похвалили себя за раннюю прозорливость — приехать раньше всех и увидеть водопад в тишине, можно сказать, в первозданной священной красоте.
После удачной утренней поездки захотелось чего-то простого и лёгкого. После обеда мы решили взять в гостинице велосипеды и прокатиться на другой берег, проверить мастерские местных народных промыслов. В теории это звучало очаровательно.
В реальности оказалось очень даже страшно. Велосипеды были старыми, тормоза — несмазанные, руль — разбитый, передачи работали лишь теоретически. Дороги хаотичные, мопеды появляются из ниоткуда...
Магазинчики—мастерские были ничего, но не настолько, чтобы сказать «вау». За ними делали рисовую бумагу и ткали какие-то половики. Мы купили графическое изображение женщины с плетёным коромыслом, тканый рюкзак и отправились назад в таком же страхе, как и приехали. Этот путь стал ещё одним лаосским приключением.
От джет-лага я так и не избавилась, поэтому на следующее утро я снова захотела пойти посмотреть на alms-giving церемонию. Опять утро началось среди почти сказочных французских домиков с фонарями. Я нашла самый главный храм, зашла в калитку, заметила издалека несколько монахов, спряталась за ступу и стала ждать, что же дальше будет.
Вокруг никого не было, и мне было немного стыдно и страшно — что я проявляю неуважение, что меня сейчас найдут, отругают, выгонят и т. п. Но это был пример победы любопытства над принципами, и я продолжала смотреть на силуэт храма на фоне потихоньку розовеющего неба.
Постепенно группа монахов собралась человек из семи и выстроилась. У входа на территорию появились пара местных мужиков с корзинками и рисом и одна женщина, сидящая неподалёку. И всё. Мужики продолжали болтать между собой, раздавая рис. Женщина приложила корзинку ко лбу и тоже потихоньку начала раздавать рис монахам, проходившим в ряд. Я дождалась, пока они выйдут за ворота, и потихонечку побежала за ними.
А они действительно направились на главную улицу, но я уже шла дальше с осознанием выполненной миссии и знанием того, что теперь я знаю, как всё на самом деле.
Мне повезло увидеть церемонию такой, какой она должна быть. Без рядов пластиковых стульев, без навязчивых продавцов риса, без крика. Просто спокойный ритм шафрановых роб, проходящих в ежедневном служении.
На главной улице опять был шум, но я его уже не боялась. Всё закончилось быстро, и рассвет застал меня на территории одного из храмов. Я склонялась без дела, любовалась узорами, вникала в конструкцию крыш и дождалась, наконец, группы монахов, вернувшихся со сбора еды.
Они выстроились перед воротами храма, начали что-то петь и потом разошлись по своим домикам. Опять стало по-утреннему тихо. Жизнь шла в своём ритме. Рядом прошла собака, пару детей-монахов вышло что-то принести, где-то в соседнем дворе развели костёр, и Луанг Прабанг снова проснулся.
У нас были планы на знакомство с местной природой, и мы отправились на тур в резервацию к слонам. По рекомендации чата GPT выбрали тур с MadlaLаo Elephant Conservation, как более аутентичный и этический. У каждой из подобных организаций своя философия в отношении животных. Нас забрали из гостиницы в группе из пяти человек, и всю дорогу рассказывали о слонах и о MandaLao.
Название Лаоса переводится как «страна миллиона слонов», но из-за жестокой вековой эксплуатации их в Лаосе осталось всего 850. Madаlao решили посвятить себя их консервации и, возможно, размножению, если получится. У слонов с этим проблемы: период овуляции у них длится всего пару дней за четыре месяца.
В MadaLao слонов разрешают кормить и гулять с ними. Всё остальное — типа «страшно» и «нервирует». Поэтому сначала мы с ними под чутким руководством развлекались у кормушки, чтобы они к нам привыкли, а потом пошли с ними на прогулку. Нюх у них очень сильный: когда у кого-то в руках еда, они сразу тянутся к ней. Один из проходящих мимо слонов забрал у меня сахарный тростник, который гид дал мне погрызть.
Зрелище было захватывающим, мощным и медленным. Не зря его в Madlalo называли терапевтической прогулкой.
Через пару часов нас вернули на ланч в гостевые шалаши и потом повезли ещё на один водопад — Тад Сэ. Туда мы добирались на местной узкой лодке, это проходило в сельской местности среди полей, ферм и вдоль реки. Живописнейшие пасторали и тот же медленный и спокойный ритм.
Сами водопады не такие внушительные, как Куанг Си, но больше приспособлены для купания. Всё в известняковых террасах и очень голубой воде. Тоже очень терапевтическое впечатление.
Домой вернулись ближе к вечеру и убедились, как хорош Луанг Прабанг в закатных лучах. А в вечерних огнях он вообще просто сказочный, хоть на ночную жизнь у нас совсем не было сил.
На следующий день мы записались на тур по городу, куда входило участие в церемонии подношения еды. Я как-то боялась этой шумной улицы и не хотела участвовать...
И как только монахи показались, сказал приложить корзинку ко лбу и попросить у Будды то, чего я хочу. Я с ужасом уставилась на корзинку и подумала: «Боже, какой-такой Будда, что же я тут делаю?». Но на всякий случай попросила мира.
Монахи проходили группами человек по восемь из разных монастырей, и через нас прошло несколько таких групп. Среди них было много детей. В монастырь можно уходить с 12 лет и продолжать учиться там. А оставить монастырь можно когда захочешь и продолжать жить обычной жизнью.
После завтрака мы отправились на утренний рынок, где кипит вся жизнь и где можно увидеть все страсти, которые люди готовы есть.
А после рынка нас ждал главный национальный музей с главным храмом Золотого Будды — от имени которого и происходит название города. Луанг — королевский, Прабанг — вид Будды. Там же находится и бывший королевский дворец, который построили французы в начале XX века.
Наш Дун [гид — прим. ред.] особо подчеркнул, что построили его бесплатно, и вот Советский Союз, например, тоже много больниц построил бесплатно, потому что был «friendship». А вот эти китайцы… ничего бесплатно не делают, хотят денег и на работу местных не нанимают и даже гидов местных не берут для экскурсий. Привозят своих и грузят своих туристов тем, что хотят. Ай, безобразие!
Мы пошли смотреть дворец. Где-то было богато, где-то скромно, но больше всего понравился ландшафт вокруг, как и везде в Луанг Прабанге. Где всё, что делают люди, становится частью природы.
Потом завёл нас на гору Фуси. Там не только чудесная панорама окрестностей, но и множество разных статуй. Каждый день недели соответствует своему Будде — то есть по позе, в которой он сидит или стоит. У вас такой Будда, в какой день недели вы родились. Понедельник — Будда с ладонями впереди, вторник — Будда лежит и так далее.
И ещё там оказалось много камней с подпорками. Оказывается, кроме Будды, лаосцы продолжают поклоняться духам и верят, что падающие камни нужно подпирая палочками, чтобы помочь духам их удержать, и это поможет удержать мораль и страну. О как.
Закончили мы курс в квартале храмов. Я была уже изрядно утомлена и запомнила только то, что главный храм избежал разрухи в XVII веке, потому что напавшие китайские пираты устроили там лагерь. А что происходило с принцами и принцессами, кто на ком женился, с кем воевал и откуда куда переносил столицу — мне уже было всё равно.
Мне просто было хорошо, что я нахожусь в таком мирном месте, на берегу Меконга, любуюсь замысловатыми узорами на колоннах храмов, и завтра утром я опять буду сидеть и смотреть на спокойную реку. И это будет не расписание, а ритуал.
Когда шли домой, увидели детей в школе. Пионеры с галстуками на заборе. Лет семи. Они начали махать руками и кричать «Hello!». Явно хотели пообщаться. Я подошла и спросила, как их зовут. Простые слова: «Thank you», «Yout name» и т. д. Один ребёнок протянул мне соломенную племенную штуку, наверное, для ручки, чтобы легче было писать.
Получился самый сентиментальный сувенир.
Как будто Юго-Восточная Азия, тронутая моими восторгами, прикоснулась ко мне в ответ.
Когда я думаю о Луанг Прабанге, я не думаю о том, что мы делали. Мне больше вспоминается спокойная красота, которую не потребляешь, а в которой растворяешься. И в этом есть то самое равновесие, которое приносит туман, храмы в утренней дымке, река, спокойно текущая рядом. И всё это — как напоминание, что мир может быть тихим и великодушным.
Полезные ссылки Туристер.Ру
Текст и фото: Туристер.Ру