2026 год начался в напряжении. Где-то обострились политические конфликты между странами, где-то ухудшилась экономика. В такой ситуации абсолютно нормально задаваться вопросом: «А что же ждёт нас дальше?»
Я составила максимально продуманный запрос к нейросети DeepSeek, чтобы получить глубокое, развёрнутое прогнозирование с высокой точностью на 2026 год. Это не фантазии искусственного интеллекта, а анализ текущих трендов и системных закономерностей. ИИ опирается на открытые данные (МВФ, Всемирный банк, национальная статистика), стратегические документы государств, экспертные оценки аналитических центров и научную литературу.
Прогноз основан на комбинации экстраполяции текущих системных трендов и анализе их взаимосвязей. Методология включает сценарное планирование, анализ паттернов исторического поведения в схожих условиях (кризис, гонка вооружений) и оценку устойчивости политико-экономических моделей, прежде всего через призму реализма в международных отношениях и политической экономии.
Ключевые глобальные тренды на 2026 год
Прогнозирование будущего – задача исключительной сложности из-за множества динамичных и непредсказуемых факторов (таких как внезапные кризисы, выборы, технологические прорывы или природные катаклизмы). Однако на основе можно выделить наиболее вероятные сценарии развития.
Геополитика и безопасность
- Углубление биполяризации: мир будет продолжать делиться на блоки, ориентированные на США/НАТО и на Китай/Россию, с растущим значением «Глобального Юга» как арены конкуренции и партнерства.
- «Горячие» конфликты в «замороженном» состоянии: высока вероятность, что конфликт в Украине перейдет в затяжную позиционную фазу с периодическими эскалациями, но без решительного перелома. Напряженность в Восточной Азии (вокруг Тайваня, Южно-Китайского моря) останется критически высокой.
- Гонка вооружений и милитаризация: ускоренное развитие технологий (искусственный интеллект, автономные системы, гиперзвуковое оружие, кибер- и космические средства). Рост военных бюджетов по всему миру.
Экономика
- Фрагментация мировой экономики: усиление деглобализации, «дружеского аутсорсинга» (friend-shoring) и протекционизма. Формирование отдельных технологических и платежных экосистем.
- Кризис долга и замедление роста: проблемы с суверенным долгом многих развивающихся стран, высокие процентные ставки в развитых экономиках. Возможна рецессия в некоторых регионах.
- Энергетический переход и борьба за ресурсы: неравномерный отказ от ископаемого топлива, сохраняющаяся волатильность цен на энергоносители. Обострение конкуренции за критические минералы (литий, кобальт, редкоземельные металлы).
Технологии и климат
- ИИ как поле конкуренции: гонка за лидерство в искусственном интеллекте станет ключевым элементом национальной мощи. Будут усиливаться попытки регулирования и контроля над технологиями.
- Климатические аномалии и адаптация: учащение экстремальных погодных явлений будет оказывать давление на сельское хозяйство, миграцию и инфраструктуру, усугубляя социальное неравенство.
«К 2026 году мир будет в большей степени определяться инерцией сегодняшних кризисов, чем радикальными новшествами» – ИИ.
Дополнительные глобальные аспекты
Кризис глобального управления и институтов
ООН, ВТО, МВФ будут терять легитимность и эффективность в условиях биполярного мира. Возрастет роль региональных и ad-hoc союзов (например, БРИКС+, Организация исламского сотрудничества, АСЕАН).
Риск «дипломатии без правил»: усиление тактики «серой зоны», шантажа (энергетического, продовольственного, миграционного), использования частных военных компаний (ЧВК) и кибератак ниже порога объявления войны.
Демография и миграция как оружие и вызов
Демографический разлом: стареющее население Европы и Восточной Азии vs. молодежный бум в Африке и Южной Азии. Это создаст колоссальное миграционное давление на США и ЕС, что будет радикализировать внутреннюю политику.
Миграционные кризисы могут инспирироваться или использоваться государствами как инструмент гибридной войны (как на границе Беларуси и ЕС в 2021).
Информационная сфера и когнитивная безопасность
Война нарративов станет центральным фронтом. Глубокая фальсификация (deepfakes), нацеленные кампании дезинформации для влияния на выборы и подрыва социального доверия в странах-противниках.
Распад общего информационного пространства: люди в разных блоках будут жить в абсолютно разных картинах реальности.
Арктика как новая точка конфликта
Таяние льдов откроет новые транспортные пути и доступ к ресурсам. Обострятся территориальные споры и милитаризация Арктики (РФ, США, Канада, Норвегия, Китай как «близарктическое государство»).
Прогноз основан на на комбинации методов анализа данных, экспертных оценок и выявления системных закономерностей.
Прогноз для России на 2026 год
Это не предсказание, а аргументированное определение наиболее вероятного диапазона будущих состояний, исходя из действующих ограничений, интересов ключевых игроков и инерции текущих кризисов. Поэтому прогноз консервативен и описывает скорее «новую нормальность» 2026 года, сформированную логикой геополитической конфронтации, технологической гонки и адаптации к перманентной нестабильности, а не внезапные революционные изменения.
Политическая система
- Максимальная стабильность и преемственность. Ключевые решения будут приниматься в очень узком кругу. Силовые структуры и спецслужбы сохранят доминирующее влияние.
- Идеология: усиление консервативно-традиционалистской, антизападной и государственнической риторики. Возможна дальнейшая консолидация общества вокруг идей «осажденной крепости» и суверенитета.
- Управление элитами: продолжение балансирования между различными кланами (силовики, технократы, сырьевой сектор). Риск внутренней напряженности будет купирован перераспределением ресурсов и жестким контролем.
Экономика
- «Мобилизационная» модель и автаркия: экономика окончательно перестроится под логику военного времени и импортозамещения. Приоритет – ВПК и смежные отрасли.
- Устойчивость, но без роста: экономика стабилизируется на новом, более низком уровне. Высокий дефицит бюджета будет покрываться за счет резервов, новых госзаймов и ослабления рубля. Уровень жизни населения будет постепенно снижаться, но не катастрофически.
- Переориентация торговли: углубление экономических связей с Китаем, Индией, Турцией, странами Ближнего Востока и Африки. Торговля в национальных валютах станет нормой. Зависимость от китайских технологий и инвестиций резко возрастет.
- Санкционное давление: санкции останутся и ужесточатся (возможны вторичные санкции). Доступ к высоким технологиям и сложным финансовым услугам будет крайне ограничен.
Военная и внешняя политика
- Фокус на конфликте с Западом: главным приоритетом остается специальная военная операция (СВО) в Украине. К 2026 году РФ, вероятно, будет стремиться консолидировать контроль над занятыми территориями и перевести конфликт в «замороженное» состояние на своих условиях.
- Армия: продолжение структурной перестройки армии – увеличение численности, оснащение опытом войны, развитие ВПК. Армия останется главным социальным лифтом и получателем ресурсов.
- Союзники и сферы влияния: укрепление союза с Беларусью, углубление стратегического партнерства с Китаем (с оглядкой на зависимость). Активная работа по дестабилизации Запада через информационные кампании, кибератаки и поддержку альтернативных политических сил.
- Постсоветское пространство: давление на страны Центральной Азии и Закавказья для сохранения лояльности. Риск новых вспышек напряженности (например, вокруг Нагорного Карабаха или в Молдове/Приднестровье).
Социальная сфера
- Демография: продолжение негативных демографических тенденций (сокращение населения, отток квалифицированной молодежи, старение), усугубленных потерями в СВО.
- Общество: усталость от конфликта и экономических трудностей будет нарастать, но открытые формы протеста будут быстро подавляться. Основной моделью станет «внутренняя эмиграция» и адаптация к новой реальности.
- Идеологическая мобилизация: усиление патриотического воспитания в школах и вузах, пропаганда традиционных ценностей.
Внутренняя трансформация элит и экономики
- «Охотники за рентой» vs. «технократы военного времени»: борьба между кланами, стремящимися извлечь выгоду из изоляции (через госзаказы, импортозамещение), и прагматиками, пытающимися сохранить остатки эффективности. Победа первых чревата ускоренной деградацией госаппарата и ВПК.
- Теневая приватизация государства: фактический переход ключевых активов и потоков под контроль силовых структур и связанных с ними частных интересов, что подрывает долгосрочную экономическую устойчивость.
Региональное неравенство и центробежные силы
- Москва и регионы-доноры (нефтегазовые, металлургические) будут получать все ресурсы. Депрессивные регионы, особенно национальные республики, несущие непропорциональные потери в СВО, могут стать источниками скрытой социальной напряженности.
- Символический сепаратизм: не распад страны, но рост пассивного недовольства и локальной идентичности (как в Сибири или на Дальнем Востоке), где лозунг «хватит кормить Москву» может получить новое звучание.
Религиозный фактор и традиционные ценности
Русская Православная Церковь и другие традиционные конфессии станут еще более важными агентами государственной идеологии, консолидации общества и мягкой силы за рубежом (особенно на постсоветском пространстве).
Ужесточение законодательства в сфере морали, ЛГБТ, гендерной идентичности как часть «цивилизационного противостояния» с Западом.
Адаптационная способность населения
Ключевой фактор стабильности – феноменальная горизонтальная адаптация россиян. Рост теневой экономики, бартера, самозанятости, «импортозамещения» в быту (от садоводства до кустарных мастерских). Государство может делегировать населению заботу о себе, представляя это как «возврат к истокам и самообеспечению».
Наука и образование
- «Утечка мозгов 2.0»: отток не просто ученых, а целых научных школ. Изоляция от мировых журналов и коллабораций приведет к быстрой архаизации науки, кроме узких сегментов, связанных с оборонкой.
- Образование: усиление идеологизации, патриотического воспитания и ориентации на «суверенную науку». Технические специальности будут приоритетны, гуманитарные – под жестким контролем.
Мета-тренд, объединяющий все аспекты
Уход от «нормальности» 2010-х. Мир и Россия в 2026 году будут оперировать в новой логике, где понятия «стабильность», «рост», «глобализация» заменятся на «устойчивость», «выживание», «конкуренция цивилизационных проектов». Главный вопрос – не «вернётся ли всё как было», а «какая новая нормальность установится и как в ней жить».
Вероятные «черные лебеди»
- Резкая дестабилизация в Китае (экономический кризис, проблемы у руководства), которая радикально изменит расклад для России.
- Смена власти в США и кардинальный пересмотр политики (в любую сторону — от усиления конфронтации до поиска разрядки).
- Крупная технологическая/экологическая катастрофа.
- Внутриэлитный переворот или резкое ухудшение здоровья ключевых фигур в России.
Вывод
К 2026 году мир, скорее всего, станет еще более разделённым, милитаризованным и конкурентным. Россия будет находиться в состоянии устойчивой геополитической конфронтации, с экономикой, перестроенной на военные рельсы, и обществом под усиленным контролем. Ее будущее будет в значительной степени зависеть от исхода конфликта в Украине, прочности союза с Китаем и внутренней стабильности. Точность прогноза будет определяться тем, как эти факторы пересекутся в ближайшие два года.
Это аналитический прогноз, а не абсолютная истина. Реальность всегда вносит свои коррективы.
Ещё одна моя статья по теме: