Мир социальных сетей порой напоминает кривое зеркало, где исторические факты искажаются в угоду политической истерии. Недавно, просматривая комментарии в режиме предпросмотра в одной из созданных мною групп Фейсбука, я наткнулся на рассуждения некоего человека с фамилией Зухбая. С пылом, достойным лучшего применения, он пытался убедить аудиторию в том, что народ апсуа (абхазы) ‒ вовсе не исконные жители своей земли, а пришельцы с Северного Кавказа, якобы переселившиеся из аула с одноимённым названием. В качестве «неопровержимого доказательства» он приводил найденную в интернете картинку с текстом, подтверждающим само существование аула Апсуа.
Горькая ирония этой ситуации заключается в том, что подобные ложные теории громче всех выкрикивает человек, чья собственная фамилия хранит в себе абхазские корни. Род Зухбая берёт начало от абхазской фамилии Зухба, которая, в свою очередь, имеет адыгское происхождение. Но в пылу антиабхазской полемики такие «исследователи» предпочитают игнорировать правду собственного имени.
Я предвижу, как в ответ на эти строки на меня вновь обрушится волна критики со стороны мегрельских, грузинских и сванских пользователей, которые поспешат указать на окончание моей фамилии. Но спешу их успокоить: если даже в моём фамильном имени было бы 10 мегрельских окончаний, мегрельской от этого она не стала бы, ибо истину не обмануть. Мой генетический код ‒ гаплогруппа J1 M267 (если мои оппоненты понимают о чём идёт речь) ‒ говорит сам за себя. Это не закавказская кровь. Это древние еврейско-арабские и дагестано-чеченские линии, частично распространившиеся в Иране и других странах Востока. Биология не знает политики, она знает только факты.
Что же касается аула Апсуа, ставшего камнем преткновения в этих спорах, то его история ‒ это не хроника «заселения Абхазии апсуйцами», а трагическая летопись мужества абазинского племени шахгиреевцев. В первой половине XIX века их жизнь была неразрывно связана с громом Кавказской войны. Племя, обитавшее в суровых ущельях Малой Лабы, пережило огонь и разорение: осенью 1837 года после кровопролитного боя их старые жилища были сожжены отрядами российского генерала Засса.
Лишь в 1863 году уцелевшие шахгиреевцы приняли тяжёлое решение покинуть родные горы и спуститься на берега Большого Зеленчука, основав там поселение Шахгиреевский, известное на их родном языке как Чагьарыйа. Спустя десятилетия, в 1929 году, советская власть переименовала этот аул в Апсуа. Так аул, созданный меньше века назад на территории современной Карачаево-Черкесии, стал живым памятником народу, прошедшему через изгнание.
Пытаться выдать название этого молодого поселения за доказательство «пришлости» древнего народа апсуа (абхазов) ‒ значит не просто лгать, но и расписываться в полном незнании истории Абхазии и Кавказа. Настоящее знание требует вдумчивости, а не пены у рта в комментариях.
В этом и заключается величайший парадокс наших дней: люди, чьи предки веками ковали историю Кавказа, сегодня с пеной у рта пытаются доказать чужеродность собственного народа на исконной родине. Когда некий пользователь Фейсбука по фамилии Зухбая, чей род берёт начало от абхазской фамилии Зухба, заявляет о «пришлости» абхазского народа (народа апсуа), он совершает не просто историческую ошибку. Он падает в лужу собственного невежества, пытаясь выдать аул, созданный в 1929 году из-за последствий Кавказской войны, за некий «древний центр апсуйского переселения». Трудно представить более нелепое зрелище, чем человек, который воюет с собственными предками, вооружившись случайной картинкой из интернета.