В последний вагон уходящего поезда.
Сначала раздумывал, а стоит ли писать о мероприятии, которое уже закончилось, но, пораздумав, решил, что стоит. Картины Карла Брюллова хоть и разъехались уже по местам своего постоянного местонахождения, однако же история их возникновения не изменилась, и, возможно, кому-то будет интересно то, о чём я здесь рассказажу.
С 10 июня 2025 года по 18 января 2026 года в Новой Третьяковке, что на Крымском Валу, проходила выставка «Карл Брюллов. Рим — Москва — Петербург», картины знаменитого художника для этого события предоставили 17 музеев России и Национальная галерея Армении, а также две частные коллекции. Согласитесь, уже один этот факт не просто намекал, а кричал в голос: надо идти, другого такого шанса может и не быть!
И мы чуть было этот шанс не упустили, но вовремя спохватились и успели запрыгнуть в вагон уходящего поезда, посетив выставку в последний день её работы.
Надо, кстати, отдать должное устроителям этого действа, давшим возможность посетителям насладиться творениями Карла Павловича чуть дольше заявленного изначально времени. Все январские дни, начиная со второго числа, работа выставки была продлена на два часа, заканчиваясь не в 21:00, как обычно, а в 23:00.
Встречала нас одна из самых узнаваемых работ Брюллова — «Всадница», созданная им в 1832 году в Милане по заказу графини Юлии Самойловой, покровительницы художника и его музы. На картине изображены воспитанницы графини — дочери знаменитого итальянского композитора Джованни Пачини, старшая Джованнина и младшая Амацилия.
Этим полотном открывалась не только вся выставка, но и первая её часть, получившая название «Рим».
Рим.
После окончания в 1821 году Императорской Академии художеств в Петербурге Брюллов получил большую золотую медаль и право на пенсионерскую поездку за границу, однако президент Академии настоял на том, чтобы художник оставался в стенах учебного заведения ещё три года для совершенствования мастерства, назначив наставником малоодарённого преподавателя. Карл отказался и от наставника, и от поездки, но уже через год получил новую возможность практиковаться за границей, предоставленную ему меценатами Общества поощрения художников.
В Италию Карл Брюллов со своим братом Александром прибывает в мае 1823 года, и с этого времени начинается первый итальянский период его жизни, продлившийся до 1835-го.
К итальянскому периоду относится один из автопортретов художника, написанный им в 1833 году.
По прибытии в Италию Карл увлёкся жанровой живописью, и первой его удачной работой в этом стиле стала картина «Итальянское утро», написанная в 1823 году. К сожалению, эту работу вживую сейчас увидеть очень сложно, она находится в коллекции художественной галереи в городе Киль, Германия, однако у нас есть возможность любоваться парной картиной, созданной по заказу императора Николая I, поражённого оригинальностью полотна.
В пару к «Итальянскому утру» художник пишет «Итальянский полдень (Итальянка, снимающая виноград)», однако эта картина не понравилась ни императору, ни Обществу поощрения художников, с которым Брюллов разорвал после этого отношения.
В запасниках Государственной Третьяковской галереи хранится второй вариант этой картины, написанный автором в 1831 году, но на этой выставке она почему-то не экспонировалась.
В продолжении жанровой темы, в том же 1827 году, из-под кисти Карла Брюллова создаёт полотно «Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя». Для нашей семьи — очень памятная картина, её репродукция висела в одной из комнат в доме у родителей моей жены.
«Вирсавия», одна из сцен, созданных на библейскую тему. Работая над этим полотном, Брюллов впервые писал живую натурщицу.
«Портрет детей графа Льва Петровича Витгенштейна с няней-итальянкой» — картина, место нахождения которой долгое время было неизвестно, и только в начале XXI века установили, что она принадлежит князю Константину Гогенлоэ в Шиллингсфюрсте, прямому потомку девочки, изображённой на холсте, Марии Львовны Витгенштейн, в замужестве — Гогенлоэ-Шиллингсфюрст.
Когда картина была выкуплена у князя московским коллекционером, точно неизвестно, но то, что теперь ее место — в частной коллекции в Москве, указано на табличке под картиной.
В этот же итальянский период в творчестве Брюллова появляется, помимо жанровых сцен, вторая существенная линия: он обновляет важный для русской культуры жанр парадного портрета.
«Портрет великой княгини Елены Павловны с дочерью Марией». К слову говоря, одно из полотен, которое можно было рассматривать в паре. По соседству на стенде располагался «Портрет великой княгини Елены Павловны», вариант небольшого формата, созданный в процессе написания основной картины. Первое произведение живописи после выставки уедет в Санкт-Петербург, второе останется в Москве.
«Портрет графини О. И. Орловой-Давыдовой с дочерью Н. В. Орловой-Давыдовой». Особенностью этой картины является то, что изначально на ней был изображён и сам граф, подъезжающий верхом на коне к балкону, где сидит его жена с дочерью, однако в какой-то момент Брюллов забросил работу над ней, и сюжет остался незаконченным.
Скорее всего, уже после смерти художника, часть холста с фигурой графа была отрезана, а картина завершена немецким художником Конрадом Дорнером, зарисовавшем и ладонь графа, лежавшую на перилах балкона.
«Портрет А. Н. Демидова на коне». Оригинал картины находится в Галерее нового искусства во Флоренции, мы же имели возможность увидеть вариант портрета работы Брюллова, начатый в 1831 году, но так и оставленный незавершённым в его мастерской в Риме. После смерти Карла Павловича в 1852 году портрет был дописан его учеником-итальянцем Керубино Корньенти.
Именно Анатолий Николаевич Демидов, наследник богатейшего рода российских предпринимателей, был заказчиком полотна, произведшего настоящую сенсацию в Европе и России, — «Последний день Помпеи». Но прежде, чем я перейду к этому эпохальному произведению, размещу здесь портрет ещё одного человека.
Микеланджело Ланчи, археолог, участник раскопок древнеримского города Помпеи. Аудиогид, которым мы пользовались на выставке, сообщил нам, что Карл Брюллов пользовался советами профессора при создании своего шедевра. Согласитесь, звучит логично, однако почему-то нигде в интернете упоминания об этом я не нашёл, во всех источниках в этом контексте упоминается лишь незаконченное полотно «Всеразрушающее время».
Работа над картиной «Последний день Помпеи» заняла шесть лет, и на первом этапе, с 1827 по 1830 годы включала в себя только создание набросков и эскизов. Два из них были представлены на выставке в этой части зала.
Само же полотно создавалось с 1830 по 1833 годы. Следуя традиции искусства Возрождения, Карл Брюллов изобразил на картине самого себя, с ящиком на голове, в котором видны кисти и прочие принадлежности живописца.
Кроме того, трижды, а может даже и четырежды, он пишет лицо своей возлюбленной и музы — графини Юлии Самойловой. Первый раз — молодая пара с двумя детьми в левой центральной части, укрывающаяся накидкой. Второй раз — дама, стоящая на ступенях, чуть выше этой пары. Третий — женщина с двумя девочками, прижавшимися к ней, в левом нижнем углу картины, есть даже предположение, что девочки написаны с воспитанниц графини, Джованнины и Амацилии, героинь картины «Всадница». И возможная четвёртая фигура — тело матери чуть ниже центра полотна. Всё это, конечно же, предположения исследователей творчества художника, но все основания для этих предположений, в виде сходства героинь картины с Самойловой, налицо.
Впервые полотно было показано в 1833 году на выставке в академии Брера в Милане, в марте 1834 выставлялось в Лувре, в Париже, а летом того же года было отправлено Демидовым в Санкт-Петербург, в подарок императору Николаю I.
Император, увидев картину, пожелал чтобы Брюллов занял место профессора Императорской Академии художеств в Петербурге, и передал ему распоряжение возвращаться на родину.
Москва.
Между итальянским и петербургским был ещё один, короткий, длиной в несколько месяцев, московский период.
Карл Павлович не ограничился участием в торжественных приёмах, устраиваемых в его честь, он также продолжал работать, создав за это время несколько картин.
«Портрет графа А. К. Толстого в юности». Написан в Москве сразу по возвращении Брюллова на родину.
«Гадающая Светлана» — единственное полотно художника, созданное на тему русского национального быта. Написана в подарок писателю Алексею Перовскому, в чьем доме Брюллов жил в Москве, и где ему удалось воочию наблюдать процесс гадания в канун святок.
Кроме чисто московских работ автора, в этом разделе присутствуют также и более ранние, и более поздние его произведения. Одно из таких — «Нарцисс, смотрящийся в воду», первая значительная работа Брюллова, выполненная во время учёбы в Академии художеств, за которую в 1819 он получил золотую медаль второго достоинства.
Здесь же экспонировалась картина «Бахчисарайский фонтан (Жёны Гирея у фонтана)», работа над которой продолжалась с 1838 по 1849 годы. Брюллов начал работу вскоре после смерти Пушкина, создав своего рода художественный памятник в честь великого русского поэта, с которым художнику посчастливилось познакомиться в Москве. Видимо, именно этот факт сподвиг устроителей поместить «Бахчисарайский фонтан» в московский сектор на выставке.
И ещё одно интересное произведение, начатое Брюлловым в Москве, а законченное уже в Санкт-Петербурге, — «Портрет И. П. Витали». На картине запечатлён Иван Петрович Витали, работающий над бюстом Брюллова, который не просто позировал скульптору, а ещё и параллельно работал над его портретом.
Сам бюст был впоследствии использован для изготовления мраморного надгробия художника, похороненного в 1852 году на кладбище Монте Тестаччо в Риме.
Петербург.
В конце мая 1836 года Карл Павлович Брюллов, после почти 13 лет жизни в Италии, вернулся в свой родной город Санкт-Петербург.
В Петербурге за художником закрепилась слава виртуозного портретиста. Считалось престижным, когда такой мастер соглашался запечатлеть кого-то на холсте, и многочисленные парадные портреты русской знати того периода принадлежат кисти Брюллова.
«Портрет генерал-адъютанта графа Василия Алексеевича Перовского». Это полотно является единственным примером парадного портрета, написанного художником в героико-романтическом духе.
Портрет старшего брата Александра Карл Брюллов написал, как предполагают исследователи его творчества, в честь награждения того в марте 1839 года орденом Святого Владимира 3-й степени за участие в восстановлении Зимнего дворца после пожара 1837 года.
В 1839 году в Петербург, чтобы вступить в права наследства, возвращается муза и возлюбленная художника, графиня Самойлова, и в период с 1839 по 1842 годы был написан неоконченный «Портрет графини Ю. П. Самойловой, удаляющейся с бала с приемной дочерью Амацилией Пачини». На табличке под картиной указан 1842-й, в этот год Юлия Павловна окончательно покинула Россию и поселилась в Италии.
Главной же работой петербургского периода жизни Брюллова должна была стать картина «Осада Пскова польским королём Стефаном Баторием в 1581 году».
Сразу по возвращении в Петербург Карлу Павловичу было присвоено звание младшего профессора Академии художеств, а для получения звания старшего профессора было предложено написать эпическое полотно на тему из русской истории, однако «Осада Пскова» так и осталась незаконченной.
Николай I обратился к художнику с предложением написать картину на сюжет «Взятие Казани», но когда Брюллов высказал пожелания взять за основу события Ливонской войны, император не только согласился, но ещё и распорядился снарядить экспедицию к месту события и делегировать мастеру группу историков для консультаций.
Вместе с археологом, живописцем и историком Ф. Г. Солнцевым летом 1836 года Карл Брюллов посетил Псков, осматривал развалины крепостной стены, изучал археологические артефакты, русские костюмы и воинскую амуницию: старинное оружие, шлемы, мечи и латы.
Работу над картиной он начал в 1839-м, однако из-за чрезмерной опеки и постоянного контроля над процессом создания со стороны Академии быстро потерял к ней интерес. Работа шла вяло, и в 1843 году Брюллов поворачивает недописанную, как он её назвал, «Досаду Пскова», лицевой стороной к стене, пишет на обороте холста дату: «11 Iюля 1843, одинадцатово», и больше к этому полотну не возвращается.
С 1843 года художник уже был занят выполнением ответственного государственного заказа.
Исаакиевский собор.
В числе прочих лучших живописцев и скульпторов академической школы Карл Павлович Брюллов получает приглашение участвовать в росписи Исаакиевского собора.
Согласно распределению работ, ему достаётся самая большая композиция площадью 800 квадратных метров — плафон главного купола, для которого мастер пишет сюжет «Богоматерь во славе в окружении святых».
Кроме того, на Брюллова возлагаются обязанности по росписи четырёх парусов в центральном нефе, где ему поручили изобразить четырёх евангелистов, восьми композиций в барабане с фигурами остальных апостолов, а также четырёх эпизодов «Страстей Христовых».
Работа над эскизами заняла у Карла Павловича пять лет, и только в 1848 году он приступает к самой живописи.
Однако слабое здоровье не даёт возможности Брюллову полноценно работать в сыром недостроенном соборе, тяжёлые условия привели к прогрессированию болезни сердца, и художник на семь месяцев оказывается прикованным к постели.
В первый же день, после того как он смог наконец-то встать, Брюллов пишет, по свидетельствам учеников, всего за два часа свой автопортрет, на котором он предстаёт перед нами измождённым, с уставшим лицом и безвольно опущенной кистью правой руки.
В феврале 1849 года художник попросил об освобождении от работ, по настоянию врачей в апреле того же года уехал на лечение в Италию, где и скончался в 1852 году.
Заказ для домовой церкви графа Н. В. Адлерберга.
В тот же период, когда Брюллов занимался созданием эскизов для росписи Исаакиевского собора, он получил заказ на создание запрестольного образа для домового храма графа Адлерберга.
Образ выполнен как «транспарентная», то есть прозрачная картина, такие произведения размещаются на фоне окна, имитируя витраж. Расчёт автора — на подсветку с тыльной стороны, придающую храмовому пространству торжественно-праздничное звучание с мистическим оттенком.
Оригинал картины, выполненной маслом по холсту, находится в Государственном русском музее, а впервые она была показана зрителю в экспозиции выставки «Великий Карл. К 225-летию со дня рождения К. П. Брюллова» в Михайловском дворце в Санкт-Петербурге, проходившей с 18 октября 2024 по 2 мая 2025 года.
Вообще картина требует серьёзной реставрации, поэтому в Москву её не привезли, нам пришлось довольствоваться подготовительным картоном в размер образа, находящимся в коллекции Государственной Третьяковской галереи. Скандальную историю с конфискацией оригинала у семьи коллекционеров, ввёзших его в Россию для экспертизы, здесь рассказывать не стану, кому интересно — сам найдёт в интернете.
Эскизы, портреты, пейзажи, жанровые сцены.
Небольшой раздел экспозиции, не имеющий собственного названия. Очень интересные работы, возле которых можно зависнуть надолго, рассматривая эмоции на лицах героев картин.
В разделе — ещё несколько эскизов к «Последнему дню Помпеи» из коллекций различных музеев.
Картины, созданные по мотивам поездки по Греции и Турции в 1835 году.
Название одного из произведений даже читать долго, не то что его рассматривать. «Портрет герцога М. Лейхтенбергского, Э. Мюссара, Е. И. Мюссара, княгини П. Р. Багратион, князя А. А. Багратиона, М. И. Железнова, Н. А. Лукашевича, К. П. Брюллова (Прогулка)».
Здесь же — один из более чем тридцати написанных Брюлловым автопортретов. Этот — из чьей-то частной коллекции.
Мастер неоконченной картины.
И последняя часть экспозиции — раздел «Мастер неоконченной картины».
Брюллов был экспрессивным человеком, проникшийся идеей он мог работать над произведением, что называется, без перерывов и выходных, однако как загорался мгновенно, так же быстро мог и перегореть.
Художник не закончил ни одного своего произведения на историческую тему, кроме «Смерти Инессы де Кастро», созданной по сюжету из португальской истории и поэмы Л. В. Камоэнса «Лузиады», и эпохального «Последнего дня Помпеи». Более того, Брюллов не выполнил ни одного императорского заказа!
В экспозиции выставки представлен «Портрет великой княжны Марии Николаевны», этюд для неосуществлённого группового портрета семьи императора Николая I. Летом 1837 года, по желанию государя, Карл Павлович приступил к написанию портретов императрицы и великих княжон, Марии, Ольги и Александры, но на этапе этюдов всё и остановилось, поскольку императрица и великие княжны находили какой-нибудь предлог, чтобы не сидеть подолгу позируя. Приехав в очередной раз в Петергоф и узнав, что сеанса опять не будет, Брюллов собрал все эскизы, уехал в Петербург. Узнав об этом, Николай I рассердился и распорядился более не принимать художника при дворе.
Интересен также портрет русского писателя Крылова. Брюллов торопился закончить полотно за один сеанс, но не успел написать кисть руки Ивана Андреевича. Закончил произведение уже ученик Карла Павловича, Фаддей Горецкий, который спустя десять лет дорисовал руку.
И ещё небольшая галерея картин, незаконченных или завершённых позже.
Помимо прочего, Брюллов рисовал также шаржи на своих коллег и друзей, некоторые из них представлены в экспозиции этого раздела.
Подводя итоги.
Выставка впечатлила. Увидеть работы одного мастера в одном месте — возможность уникальная, и мы рады, что успели ей воспользоваться.
К слову говоря, подготовку и запуск новых выставок филиал Государственной Третьяковской галереи на Крымском Валу прекращает в связи с техническим состоянием здания и планами по реконструкции, которая уже давно назрела.
Возможность капитального ремонта возникла, скорее всего, совсем недавно, с открытием нового корпуса на Кадашевской набережной, который, в дополнение к Инженерному корпусу, сможет взять на себя часть нагрузки по размещению временных экспозиций.